Генезис снайперского искусства сквозь призму международных конфликтов п.п. ХХ в.

0

Министерство образования и науки Российской Федерации

ФГБОУ ВПО «Магнитогорский государственный университет»

Исторический факультет

Кафедра Новой и Новейшей истории

 

 

 

 

 

Генезис снайперского искусства сквозь призму международных конфликтов п.п. ХХ в.

 

Выпускная квалификационная работа по специальности 030401.65 «История»

 

Выполнил: Гуреев

Алексей Михайлович

студент V курса

исторического факультета

 

Допустить к защите

_____________________

_____________________

 

Научный руководитель:

                                                                                    Любецкий А.Е., канд. ист. наук,

Доц.кафедры

Новой и Новейшей истории

_____________________

Выпускная квалификационная

Работа защищена:

__________________________                                                                  Рецензент:

Оценка:___________________                                             Чуриков А.В., старший

Председатель ГАК:                                                               преподаватель кафедры

__________________________                                     Новой и Новейшей истории    

__________________________                                            ____________________                 

 

 

 

                                                   

 

 

 

 

Магнитогорск 2013

 

 

Содержание

 

Введение………………………………………………………………………… …..3

Глава 1. Истоки использования снайперов в период 1914 – 1939 гг. 11
§ 1. Снайперское искусство на Западном фронте Первой Мировой войны…………………………………………………………......…………………11
§  2. Зарождение концепции массового применения снайперов в войне…34
Глава 2. Зарождение снайперского движения в СССР и его использование в конфликтах п.п. ХХ века…………………………………………………. 43
§ 1. Снайперы в конфликтах межвоенного периода…… 43
§  2. Снайперское движение в Великой Отечественной войне…………… 51
Глава 3. Применение снайперов в армиях главных участников Второй мировой войны   …………………………………………..…………………….. 66

  • 1. Немецкие снайперы во время Второй мировой войны……………………..66
  • 2. Снайперское движение в странах Антигитлеровской коалиции………….. 76

Заключение………………………………………………………………………… 85

Список литературы……………………………………………………………....... 89

 

 

 

 

 

Введение

 

Актуальность исследования. 68 лет назад закончилась Вторая мировая война, она нанесла глубокий отпечаток на всю последующую мировую историю. Эта война по праву может называться мировой, на фронтах, которой сошлось 80% населения земного шара и 61 государство. Война принесла колоссальные разрушения, были уничтожены десятки тысяч городов и деревень, нанесла бедствия для миллионов людей. На различных фронтах войны сошлись миллионы солдат, тысячи танков, самолетов, артиллерии, были произведены миллионы образцов стрелкового вооружения. Так же в войне принимали участие различные рода войск, некоторые были использованы впервые. Среди них особо выделяются снайперы, именно в годы Второй мировой войны появилась концепция их массового использования, хотя основные методы и способы использования снайперского огня заложены еще в годы Первой мировой войны.

В истории снайперского движения, в частности и Второй мировой войны, в целом, особую роль сыграл Советский Союз. Именно он впервые в мире применил концепцию массового снайперского движения. В нашей стране она получила свое окончательное оформление. Впоследствии концепция была взята на вооружение другими странами и существует до сих пор лишь с небольшими изменениями. В современных условиях, когда история больших войн ушла в прошлое и на первое место выходят локальные конфликты, где большую роль играет не количество войск, а их оснащение, снайперы как нельзя лучше подходят для выполнения различных задач, которые не под силу сделать не одной армии в мире. Скрытные, хорошо оснащенные снайперы могут незаметно подойти к врагу и уничтожить его, что позволит сохранить жизни десяткам, а то и сотням солдат. Сегодня снайперы применяются не только в армии, но и в составе полицейских подразделений.  

Историографический обзор

Актуальность исследуемой темы во многом определяется и состоянием ее изученности. Активное изучение снайперского движения в годы Второй мировой войны начинаются с  1990-х годов 20 века. Это обусловлено, прежде всего, тем, что вопрос узкоспециализированн. Свое развитие тема получила в связи с новыми методами введения современных войн.

         В Российской науке снайперское движение сейчас активно изучается. Написаны несколько исследований. Среди них выделяются труды оружейников Маркевича В.Е.,(58) Жука А.Б.(54) В своих работах они рассматривают эволюцию снайперского оружия, прицелы, используемые на тех или иных винтовка, снайперские патроны, а так же винтовки. На наш взгляд, необходимо отметить исследования О. Рязанова, в них автор рассматривает использования в военном деле снайперов с первых дней и до нашего времени.(63) Большое внимание  автор уделяет  периоду Второй мировой войны. В его исследованиях рассматривается история снайперского движения всех главных стран-участников, методы, а так же обмундирование и вооружение снайперов. Невозможно стороной обойти работы Потапова  А.А., в которых автор, пытаясь понять феномен снайперского движения, делает упор на снайперское оснащение и на методы обучения снайперов.(61) Н.Д. Ростов исследует подготовку снайперских кадров в годы войны в Сибирском военном округе и Забайкальском фронте.(62) В работах П. Б. Липатова(57)  и  Козлов А.И.(55) рассматривается применение снайперов в Советско-финской войне, а так же их вооружение.

В зарубежных странах снайперское движение периода Второй мировой войны, слабо изучено, акцент делается на послевоенный период, когда снайперы были более востребованы и чаще применялись в тех или иных войнах. Наиболее полное исследование этого вопроса проводит М. Пеглер.(72) В своей работе он рассматривает подготовку снайперов различных стран, историю применения на разных фронтах. Не менее интересна работа Р. Лидшуна и Г. Волерта, в которой они рассматривают вооружение снайпера.(56) Другим важным исследованием по нашей проблеме стали труды Энгле Э. и Паананен Л., в которых изучался опыт применения снайперов в период Советско-финской войны.(69)

Тема еще полностью не раскрыта в исторической науке и является перспективной для дальнейшего изучения. На основании выше изложенного, мы можем говорить, что по данной теме изучен небольшой массив источников и не разработаны такие аспекты в развитии снайперского движения как: генезис снайпинга, основные этапы его развития, тактика и вооружение, опыт применения в различных конфликтах перовой половины XX века.

Источниковая база.

          Источниковая база данного исследования представлена актовыми и нарративными  источниками.

Важными актовыми источниками являются военные приказы, инструкции. В частности, своей работе мы использовали инструкцию Управления боевой подготовки РККА(5), «Боевой устав пехоты Красной Армии 1942 года»(1), «Инструкция по укладке, пригонке, сборке и надеванию походного снаряжения бойца пехоты Красной армии»(3). В инструкциях описаны основные правила подготовки снайперов, нормы для получения значка «снайпер» и методика их применения в боевых условиях, а так же использование снайперской винтовки. В нашей работе был использован большой массив приказов «НКО СССР 1937-1941», «НКО СССР 1943-1945»(9) и «Ставки ВГК 1942 года».(8) Приказы позволили нам выяснить степень потребности армии в снайперах, а так же некоторый численный состав обученных снайперов. Невозможно обойти стороной приказы, Военного Совета Ленинградского фронта и приказы командующего Сталинградским фронтом, «Материалы комиссий Главного военного совета Красной Армии по обобщению опыта финской кампании», которые в последующем сыграли свою роль в практике применения снайперов.(2)

Необходимо отметить, что в годы войны выходили методические разработки, написанные специально для подготовки снайперов, они обобщали опыт использования снайперов и давали рекомендации по их обучению.  Данный источник позволяет узнать, как применялись снайперы в различных погодных условиях. В  нашей работе мы использовали такие издания как: «Методика стрелковой подготовки и курс стрельб для подготовки снайперов»(5), «Тактическая подготовка снайперов»(7), «Организация тактических учений с боевой стрельбой при подготовке снайперов» Хориков И.(12), «Огневая подготовка снайпера» Чулицкий В.М.(68), «Опыт боевого использования снайперов» майор Гурбанов М.(18),  «Методика огневой подготовки снайпера» Морозов Г.Ф.(6), «Снайпер в бою»(25).

Особое место в нашем исследовании занимают дневники и мемуары. В первую очередь необходимо сказать о воспоминаниях участника Первой мировой войны майора Х. Хескет – Притчарда «Снайперы Первой Мировой»(35). Автор книги описывает историю возникновения снайперов в годы войны, методы их применения, систему подготовки и вооружения, амуницию. Не менее важными являются воспоминания ведущих советских военачальников И.П. Уборевича(34) и М.В. Фрунзе(44). Именно  они после Первой мировой войны разрабатывали стратегию для советских войск и обобщили опыт снайперского движения, в годы войны. Все эти источники помогли нам выявить различные точки зрения ведущих военных специалистов по армейской доктрине довоенного периода.

Воспоминания участников Советско-финской войны помогли узнать предпосылки массового появления снайперов в годы Второй мировой войны, а так же выявить слабые и сильные стороны. Наиболее полно описали историю снайперского движения на Ленинградском фронте Пчелинцев В.Н и Вежливцев И.Д(30). Они были непосредственными участниками боевых действий под Ленинградом и считаются основателями снайперского движения на этом направлении фронта(29). В своих мемуарах фронтовики проанализировали действия высшего командования, направленные на развитие снайперского движения. В книгах обобщается не только боевой опыт стрелков, но и раскрывается история снайпинга на Ленинградском фронте(28). Другим не менее важным источником стали воспоминания Кельбина В.А.(24), который был заместителем начальника 103 погранотряда.  Автор описал подготовку отдельных частей НКВД, а также обобщил свой опыт и опыт снайперов из различных подразделений НКВД.

Для изучения нашего вопроса мы использовали воспоминания Зайцев В. Г.(21)  В своих наставлениях, наш земляк дал советы начинающим снайперам.

Для изучения истории немецкого снайпинга мы использовали мемуары Й.Оллербергера(26), Г. Бауэра(15) и Б. Сюткуса(32). В них авторы описали свой боевой путь, рассказали наиболее интересные случаи из своей практики и рассмотрели некоторые аспекты исторического развития снайперского движения на Восточном фронте.

Не менее важными для нас стали воспоминания английских и американских снайперов.  В РФ они не переведены из-за отсутствия интереса  со стороны российских историков. Ричард Трагескис в своих воспоминаниях описал действия снайперов в битве за Гвадаканал.(43) Мемуары капитана Шора позволили нам рассмотреть тактику английских снайперов и методы их использования(41). Воспоминания В. Бери, П. Готлиха, Л. Эриксона, Л. Райта, Ф. Крамера помогли нам понять развитие снайперского движения в войсках союзников(72).  В них так же проанализирован боевой путь частей и соединений, в которых были снайперы.

В своей работе мы так же использовали СМИ военных лет.  Различные тематические статьи военных газет «Известия»(46), «Правда»(50), содержали рекомендации для молодых снайперов, описывали боевой путь именитых снайперов.

Методология исследования.

Работа была написана в русле военной истории. Мы рассмотрели развитие снайперского движения и вооружения в период войн 1-п. ХХ в. В качестве методологической базы работы был выбран цивилизационный подход.

Методологической основой  так же явились фундаментальные принципы и методы научного исследования: объективность, всесторонность, историзм. Это позволило исследовать проблему с учетом конкретной исторической обстановки во взаимосвязи и развитии, во всей ее многогранности и противоречивости.

Принцип историзма помог рассмотреть снайперское движение как элемент военной истории в контексте конкретных исторических условий. Принцип научной объективности позволил не предвзято оценить вклад снайперов в развитие тактики малых подразделений в различных боевых условиях. Принцип всесторонности позволил рассмотреть в динамике систему подготовки снайперов  под воздействием различных факторов.

В исследовании был использован системный подход, ориентированный на раскрытие целостности и комплексности проблемы. Он позволил рассмотреть развитие снайперского движения в отдельные периоды войны. Этот подход помог выявить общие закономерности развития снайперского движения на различных фронтах.

Среди методов применялись как специальные исторические, так и общенаучные методы.

В ходе работы использовались специально-исторические методы исследования: диахронный, историко-генетический, историко-сравнительный проблемно-хронологический, синхронно-исторический, ретроспективный. Применение в совокупности вышеуказанных методов позволило охватить проблему в целом и выявить некоторые особенности.

Диахронный (периодизационный) метод позволил нам раскрыть генезис снайперского искусства в первой половине XX века, на различных этапах становления снайпинга. Синхронный метод при применении историко-сравнительного метода позволил выявить отличия в подготовке снайперов по отдельным фронтам  на определенных отрезках времени. Историко-генетический метод помог раскрыть механизм формирования, свойств, функций и изменений снайперского движения в ходе исторического развития.

В работе использовались общенаучные методы исследования:

статистический метод, метод индукции, метод социально-психологической интерпретации, который  помог выяснить причины поведения снайперов в той или иной ситуации, иллюстративный метод.

Объект и предмет исследования.

Объектом работы стал генезис снайперского движения в п.п. ХХ века.

Предметом работы является снайперское искусство.

Цель исследования.

Цель исследования заключается во всестороннем изучении снайперского движения с момента зарождения в 1914 г. и до 1945 года. 

Задачи:

  1. Выяснить истоки появления снайпинга и определить основные этапы развития.
  2. Изучить историю снайпинга в вооруженных конфликтах.
  3. Проанализировать снайперскую тактику, которая применялась в конфликтах п.п. ХХ в. и выяснить ее эффективность.
  4. Узнать о техническом оснащении снайперов.

Хронологические рамки.

Хронологические рамки, взятые нами для исследования, с 1914 по 1945 гг.

 

 

 

Глава 1. Истоки использования снайперов в период 1914 – 1939 гг.

  • 1. Снайперское искусство на Западном фронте Первой мировой войны.

Снайперское искусство нельзя рассматривать в отрыве от истории развития тактики огня пехоты. Если в 17-18 веках в ведущих европейских странах применялась линейная тактика построения пехоты, то с начала 19 века, на смену линейной тактике приходит рассыпной строй, в котором искусство меткой стрельбы каждого солдата приобретает все большее значение. Появляются целые воинские соединения, применяющие наиболее усовершенствованные винтовки, в некоторых случаях  применяющие оптические приборы. И уже с начала 20 века, солдаты с оптическим прицелом, прочно входят в состав армий всего мира, но массово еще не применяются.

 Для полного понимания такого явления как снайпинг нужно прояснить термин «снайпер». Слово «снайпер» происходит от английского названия птицы бекаса – snipe. Бекас во все века оставался заманчивой, но трудной в силу природной проворности, добычей для охотников. Вооруженный кремневым ружьем охотник мог подстрелить бекаса только в случае исключительно благоприятного стечения обстоятельств. Уже к середине XVIII в Британии широко использовали термины «снайперская (бекасовская) стрельба» («snipe shooting»), так говорили про очень метких стрелков. Но первоначально такие солдаты среди военных назывались «sharpshooters» или «marksmen» (меткими или отличными стрелками), но не снайперами. Само слово снайпер впервые появилось в английской армии в период Первой мировой войны.  

По воспоминаниям В.Е. Маркевича(58), участника русско-японской войны (1904 – 1905 гг.), снайперы применялись как в русско-японской войне, так и в балканских войнах 1912 – 1913 года. Они отлично себя зарекомендовали, но военное командование большинства европейских армий не спешило вводить снайперов в штатное расписание  подразделений, в первую очередь из-за высокой стоимости оптических прицелов. В целом же у генералитета различных стран было мнение о том, что: «Все мыслимое уже достигнуто»(36).

Все эти представления были перечеркнуты Первой мировой войной. После провала расчетов германской армии по быстрому  разгрому и выводу Франции из войны, наступает период позиционной войны, когда ни одной из сторон не удалось добиться какого либо продвижения, по территории противника. Обе армии занимают оборону, начинается период позиционной войны. Происходит перестрелка между отдельными солдатами и подразделениями. В таких условиях Германский генералитет сделал ставку на снайперов. В  течение небольшого срока, немцы обучили достаточное количество снайперов и выявили преимущество в огневой мощи снайперов. По некоторым данным, в конце первого года войны немецкие войска имели более 2000 винтовок с оптическим прицелом. Численность снайперов была в пределах шести человек на роту, в роте 200 бойцов, что предоставляла немцам преимущество в позиционной войне.

Немецкие снайперы оказывали огромное психологическое давление на англо-фанцузские войска. В воспоминаниях участников довольно часто описываются встреча со снайперами противника. В своей книге писатель Э. – М. Ремарк и рядовой Королевского Ирландского стрелкового полка Джон Льюис довольно подробно рассказали о действиях германских снайперов(37). «Несмотря на наши предупреждения, сержант вылез из-за траншеи ... послышался громкий хлопок, кто-то сказал "Боже мой", и Бенсон соскользнул обратно в траншею встал на ноги, пошатываясь, сделал шаг или два, и осел вниз мертвым, с прошедшей пулей через рот. У Бенсона хлынула кровь, и, не издав ни звука, он умер. Пуля вышла из затылка».(71)

Превосходство германских снай­перов было столь велико, что они решались на довольно без­рассудные поступки. Так в 1915 г. вблизи моста Аубсре снайпер для психологического устрашения выбил пулями крест в стене здания, распо­ложенного в тылу британской линии обороны.(51)

Массовое кровопускание и постоянное психологическое напряжение касалось, прежде всего, офицеров. В большинстве случаев все, что могли сделать офицеры для нейтрализации снайпера, так это вызвать артиллерийский огонь по предпо­лагаемой огневой позиции стрелка. Если пушечный огонь не уничтожал снайпера, то хотя бы заставлял его замолчать. Впро­чем, встречались и другие офицеры. Например, заставший конец Бурской войны майор Ф.М. Крам из Королевского стрелкового корпуса писал: «Мой первый визит в окопы произвел на меня сильней­шее впечатление... Где бы ни находились, везде в мешки с песком впивались пули снайперов. Невозможно было высу­нуть над бруствером перископ. Пули моментально начинали стучать по стальному кожуху или же разбивали оптику. ... В конце концов, полковник сам высунулся над бруствером и немедленно получил пулю в лицо»(38).

По большей части, воспоминания солдат о смерти от одиночных выстрелов всегда списывались на "шальные пули", что случайные выстрелы были причиной большого количеств жертв. Однако, когда война стала более устойчивой, британские солдаты стали замечать, что даже в тыловой линии окоп, число солдат с пулевыми ранениями в голову снизилось, но не могло послужить объяснением простого попадания «шальных пуль».

Все эти свидетельства показывают, с какой эффективностью работали немецкие снайперы в первый год войны. Данный факт подтвержден воспоминаниями солдат и офицеров союзников, которые несли большие потери в живой силе. По данным Х. Хескет-Притчарда ежедневно погибало до 18 солдат. По нашим подсчетам количество убитых в сутки на всем фронте равнялось полнокровному стрелковому полку. Что конечно не могло отразиться на боевом духе англо-французских войск.

Причины, по которым англо-французские войска терпели такие большие потери и не имели возможности набрать большое количество собственных снайперов скрыты, не в лучшем вооружении и оптике или численности германских снайперов, а в различности географии и культуры. В географическом плане территории Германии и Австрии богаты густыми лесами, где многие поколения немцев и австрийцев постоянно охотились, что со временем превратилось не просто в добычу пищи, а в массовый спорт, а так же своеобразный обряд посвящения в мужчины. С самых ранних лет каждый немец мог записаться в любой охотничий клуб и обучиться навыкам охоты. Искусство маскировки, наблюдения, преследования и точной стрельбы в начале войны имели многие немцы призывного возраста. Сколько именно немцев имеющих навыки охоты впоследствии стали снайперами невозможно узнать, за отсутствием статистики. Тем не менее, количество мужчин имеющих охотничий опыт, дали германской армии значительные резервы, которые в кратчайшие сроки были подготовлены в снайперов, так как имели базовые навыки. Снайперские винтовки были переданы каждой пехотной роте, где командиры должны были выявить солдат пригодных в снайперы. И именно по выше названной нами причине в начале войны отсутствовала нехватка кадров для  комплектования стрелковых подразделений.

В Великобритании в отличие от Германии и Австрии охота в основном была на кроликов и оленей, которые выходили на частные владения и топтали поля, она была прерогативой высшего класса и была не спортом, а лишь частью социальных функций. Из-за ограниченной территории англичане, начиная со средних веков, имели ограничения в охоте, боясь выбить всю дичь, были приняты ряд законов, воспрещавших охотиться без лицензии. Все это четко проявлялось в менталитете англичан и сказалось на отсутствии подготовленных снайперских кадров. К тому же, английские охотники с презрением относились к оптическим прицелам, считая это не благородным.

Особый успех в подготовки снайперских кадров показала Канада. Если в Великобритании, охота была прерогативой лишь высшего слоя населения, то население Канады не могло обойтись без охоты. В связи со сложными климатическими условиями и отсутствием больших посевных площадей, а так же достаточно большой территорией, охота была главным средством выживания населения, а так же средством обогащения. Все это способствовало тому, что впервые месяцы войны именно канадские стрелки показали наиболее высокие результаты в снайпинге. И именно там набирались инструктора и лучшие снайперы. Многие снайперы приезжали на фронт, со своими личными винтовками с телескопическими прицелами и подчас даже не с одной.

Положение для англо-французских войск казалось затруднительным, в течение нескольких месяцев было выбито значительное количество солдат, а так же ощущалась нехватка в обученных солдатах и в нужном вооружении. Тогда же зародилась идея о создании первых снайперских школ, в которых могли обучать солдат прицельному огню из оптических винтовок. Впервые такая школа возникла по инициативе сотрудника разведывательного отдела майора Х. Хескет-Притчард, в 1 армии и при поддержке командира 2 корпуса, генер.-лейтен. Р. Гэкиига. Начиная с ее основания, влияние школы, главным образом, благодаря энергии, энтузиазму, тактичности и самой личности ее начальника, стало распространяться на всю британскую армию во Франции. Вот как описывает необходимость основания снайперской школы майор Х. Хескет-Притчард: «Если бы каждый из наших батальонов, находившихся в передовых окопах, убивал при помощи своих снайперов только по одному немцу ежедневно, то получилась бы цифра весьма внушительная»(35). Высказывание Х. Хескет-Притчарда наглядно показывает отношение к немецким снайперам и эффективности их применения.

Факторы, позволившие немцам получить преимущество  перед нашими союзниками, мы рассмотрели выше. Далее мы рассмотрим систему обучения снайперов противоборствующих сторон.

В немецкой армии снайперов отбирали из охотников имевших средние оценки стрельбы, хороший охотничий опыт или просто были психологически устойчивы под сильным огнем противника. По прибытии на пункты тренировки, который находился в непосредственной близости от фронта, солдаты получали комплект снайперского вооружения и инструкцию по эксплуатации винтовки с оптическими прицелами. Проходили краткий курс обучения под руководством лучших полковых снайперов, который занимал срок от нескольких дней до двух-трех недель, срок обучения зависел от обстановки на фронте.  После обучения они  выходили в патруль с опытным наставником, где на практике закрепляли пройденный материал, на наиболее спокойных участках. Случайный отбор в снайперы среди солдат приводил к ошибкам. Например, набирались мужчины, которые были не пригодны по темпераменту или были не такими хорошими стрелками, как они сами считали. Постепенно обучение снайперов вышло на более организованный уровень. Появляются школы не только непосредственно на передовой, но и в глубоком тылу, которые сформировались на базе стрелковых клубов. Данные клубы были хорошо оборудованы, но с очень регламентированным подходом к обучению снайперов. Это побудило Х. Хескет-Притчирда дать такой комментарий: «О немцах в целом можно было сказать, что с некоторыми блестящими исключениями они были довольно умными снайперами, но безынициативными … Баварцы были лучше, чем прусаки, в тоже время в некоторых саксонских подразделениях были действительно первоклассные стрелки».(35)

         Учебная программа немецких снайперов состояла из стрельбы по мишеням, выходы на нейтральную территорию, чтение карты и маскировка. По инструкции, снайперские винтовки выдавались в количестве шести штук на пехотную роту, в немецком батальоне снайперское отделение состояло обычно из 24 человек, которые могли использовать любые методы, на свое усмотрение для выполнения поставленных боевых задач. Так же по инструкции, на выполнение боевых задач снайперы должны выходить в паре, но на практике большинство снайперов предпочитали работать в одиночку, это связано со старым охотничьем опытом преследовании дичи в лесах. Манфред Госсен служил снайпером в баварском полку, отмечал, что: «Предпочитаю работать в одиночку, потому как это более удобно для меня. Это утомительно, потому что я не мог долго смотреть через оптический прицел, но я выбирал хорошие позиции и только после того, как я был наиболее уверен в удачном выстреле, я делал один или два выстрела и отдыхал, сколько позволяло время»(72).  

Снайперы были свободными стрелками и могли стрелять оттуда, где они определяли для себя наиболее эффективное положение: прятались в нейтральной зоне, зданиях или в лесах в тылу, из окопов. Некоторые из них имели свободный доступ в пределах полка и могли стрелять в любом месте, где просили солдаты и считали наиболее удачными или не безопасными для обороны. Все снайперы досконально изучали территорию, на которой они должны  были работать. Они изучали карту, ползая в нейтральную зону в ночное время, составляли для себя ориентиры, которые наносили на карту.

На первоначальном этапе у наших союзников не было школ по подготовке собственных снайперских кадров. Существовали лишь одиночки, которые с собственными винтовками прибывали на фронт. В первый год командование не хотело обращать внимание на снайперов. Но, не смотря на это, у английских офицеров было собственное мнение на этот счет. Майоры Хескет-Причард, Гэйторн-Харди, полковник Лэнфорд-Ллойд, капитан Оуэа Андерхил, внесли существенный вклад в развитие британского снайперского искусства. Они стояли у истоков подготовки снайперов в Первой мировой войне. Благодаря им командование союзных войск стало уделять время снайперам.

Необходимо сказать, что фор­мальных инструкций по обращению с оптикой в британской армии не существовало, поэтому каждый стрелок  ухаживал и хранил прицелы на свой лад. Такой подход привел к тому, что в 1915 г. из десяти снайперских винтовок шесть выходили из строя уже после месяца эксплуатации. Британских снайпе­ров вообще не обучали маскировке и камуфляжу. Притчард, сам охотник с пониманием важности маскировки, крайне удивился, увидев снайпера, стре­лявшего через бруствер окопа. Такая тактика гарантировала скорую смерть от пули германского снайпера.

Под давлением здравомыслящих офицеров высшее командование бри­танской армии начало понимать, что организация и подготовка собственных снайперов не только позволит восстановить огневой контроль над ничейной территорией, но и уменьшит собствен­ные потери в живой силе. Как результат, в 1915 г. в Бетюне была сфор­мирована первая армейская школа SOS - Sniping, Observation, Scauting. Через короткий промежуток времени появи­лась вторая школа SOS. Учебный курс снайперской подготовки продолжитель­ностью 17 дней стал основополагаю­щим на многие годы, вплоть до настоя­щего времени. Курсантов обучали при­емам прицельной стрельбы из винтовок разного типа, в том числе с обычными, не оптическими прицелами, с упором на точность стрельбы и быстроту реакции на угрозу. Им объясняли насколько пагубным для нарезов ствола, а значит и для точности боя является большое коли­чество выстрелов, произведенных из од­ной винтовки. Притчард считал, что точ­ная стрельба невозможна уже после про­изводства из винтовки 500 выстрелов. Курсантов учили стрельбе прямой навод­кой по настильной траектории и стрель­бе на дальние дистанции с учетом попра­вок на ветер. Также слушатели обучались навыкам работы с топографическими кар­тами, приемам наблюдения и маскиров­ки, обустройству и выбору огневых пози­ций. Теорию и практику  венчали экзамены. В начале 1915 г. англичане стали формировать в пехотных батальонах снайперские секции из 16 человек  во главе с сержантом или капралом. Как у немцев, английские снайперы ос­вобождались от окопной рутины и мог­ли выбирать позиции на свое усмотре­ние, в том числе на ничейной земле и даже в тылах германских линий.

В от­личие от германских снайперов, чаще всего действовавших в одиночку и снаб­женных биноклями, британских снай­перов учили работать в парах снайпер- наблюдатель. В этом случае, помимо всего прочего, у снайпера не так силь­но уставали глаза, так не имелось необ­ходимости в постоянном наблюдении за местностью. Наблюдатели пользова­лись мощными 20-кратными телескопа­ми, работа с которыми требовала осо­бой подготовки. Большинство наблюда­телей готовилось из уникального подразделения шотландцев- разведчиков, насчитывавшего 200 человек.(72)

 Офицеры британской армии прошедшие англо-бурские войны хорошо понимали значение метких стрелков в позиционной войне. Одним из таких офицеров был Лоувэт. В 1900 г. он создал полк, численностью в 200 солдат, и назвал его «Скауты Лоувэта».  В полку служили шотландские горцы, чьи способности наблюдения, маскировки и навыки преследования были не превзойденными. Правда, их называли не снайперами, а разведчиками. Полк состоял из высококвалифицированных солдат. Аналогом в немецкой армии были проводники из Шварцвальда – Черного леса. Солдаты полка Лоувэта в первый год войны, имея необходимые навыки, являлись наставниками для будущих снайперов. Они, так же как и немецкие инструкторы обучали снайперов чтению карт, наблюдению, выходу на нейтральную зону, и маскировке. Так же они на практике показывали методы маскировки. Был такой трюк, инструктор незаметно выползал из траншеи, ползал вокруг курсантов оставаясь незамеченным, только оказавшись у них за спиной вставал, только после того как слушатели повторяли такой трюк, они могли считаться разведчиками. Благодаря скаутам полка Лоувэта, войска союзников, постепенно стали получать все больше снайперских кадров. Так же скауты Лоувэта внесли ряд изменений в экипировку и методы выхода «на охоту».(72)

Полк имел в экипировке специальный маскировочный костюм, который впоследствии применялся снайперами всех стран и до сих пор является важным элементом экипировки снайперов, а именно костюм «гили». Маскировочный костюм был разработан, для того что бы повторить естественные укрытия в шотландском нагорье, каждый мог сделать индивидуальный костюм в соответствии с собственными предпочтениями. В общих же чертах костюм состоял из куртки с капюшоном и брюк из мешковины. На ткань были прикреплены полосы из зелено-коричневой или черной ткани пошитой на костюм так, чтобы он скрывал собственные очертания и сливался с естественной растительностью. Как пишет Х.Хескет-Притчард: «Только очень опытный в наблюдении разведчик, мог обнаружить разведчика из полка Лоувэта и только с расстояния в 10 метров»(35). Но, несмотря на то, что сделать «гили» мог любой, многие выходя на передовую, выбирали более простую одежду: «снайперский халат», который мог принять форму длинного плаща, и даже комбинезон цвета хаки, запыленный сверху и замаскированный листвой. Так же снайперы носили плоские фуражки, но это часто оборачивалось трагически, и тогда в костюм вошла вязаная шапочка, она могла закрывать лицо и в ней специально были проделаны щели для глаз. Крам упоминал, что его люди часто носили окрашенную маску на лице, которая помогала сливаться с листвой, кирпичом, камнем. Некоторые стали применять камуфляжную сетку, взятую у артиллеристов, она прикрывала голову и тело, она была легкой, в ней было прохладно, и она не мешала движению, постепенно ее стали использовать чаще. К началу 1917 года костюм снайпера стал широко распространенным. Для лучшего эффекта винтовку так же окрашивали в цвет листвы или обматывали рваными полосами от мешков с песком или сеткой обернутой вокруг ствола.

Мастер­ство наблюдателей стало поистине ле­гендарным, многие из них обнаружива­ли передвижение солдат противника посредством телескопа на удалении до десяти миль. Хескет-Притчард отмечал: «Если они говорят, как обстоят дела, значит, дела обстоят так,  как они говорят!»(35)

Несмотря на преимущество телескопов над биноклями, кажется странным, что телескоп разведчика с учетом его мощности, был проигнорирован в армии снайперами как «второе оружие». Почти во всех боевых соединениях бинокль считался универсальным средством для наблюдения. 20 кратные медные телескопы были идентичны тем, которые использовались для охоты на оленей и имели широкий штатную дальность. В применении телескопа было много преимуществ, у телескопа была небольшая фронтальная область, он представлял собой небольшую мишень, раздвижной зонтик защищал от отражений, которые могли бы выдать наблюдателя. Его мощность была значительно больше, чем у простого бинокля, не считая самых больших военно-морских биноклей.

Некоторое представление о важности информации, поступающей от разведчиков можно увидеть из такого примера. Майор Фримантл в своей инструкции «Записи Лекций и Практика Снайпера» говорил: «Телескоп незаменимый друг снайпера»(13).  Использование телескопа в одиночку было утомительным, поэтому обычно снаряжали пару. Данная система, принятая в Великобритании, давала преимущество, так как давало возможность одному отдыхать.

Были и другие вещи, которым учили на снайперских курсах. Бесценные уроки давали опытные снайперы, которые благодаря своему мастерству и удаче были еще живы.  Очертания, блеск, силуэт, тень и движение были жизненно важны для наблюдения. Покрытие линз оптического прицела тонкой сеткой для предотвращения отражения, закамуфлированные сапоги, (которые могли лежать выше снайперской головы), мокрые мешки с песком, размещенные под стволом винтовки, что бы ни подымать пыль от выстрела, не стрелять сквозь листву, так как она могла легко сместить траекторию полета пули, даже наблюдение за поведением птиц и животных могло сохранить жизнь снайпера.

Британские снайперы со временем становились более опытными,  научились быть изобретательными в борьбе с немецкими снайперами. Рядовому Джеку Роджерсу, снайперу 2 батальона 7 Шервудского лесного полка приказали устранить особо проблематичного немецкого снайпера стреляющего по окопам и выводящего солдат из строя. Роджерс и его товарищи определили направление по компасу, откуда доносились выстрелы: «Мы выбрали все направления снайперского огня и вечером сравнили в штабе, проверив их на карте.  Мы нарисовали линии вдоль каждого направления и в точке их пересечения поставили позицию. На следующее утро мы увидели большое ведро, казалось, в нем не было дна. Мы трое снайперов сосредоточили наш взгляд на ведре, и когда раздался выстрел из него, все мы выстрелили одновременно, открыв беглый огонь»(72). Стрельба из немецкой снайперской позиции прекратилась.

Все снайперы содержали свои собственные журналы, чтобы записывать необходимую информацию: фотографии, сделанные дистанции, параметры прицела, погодные условия и любые другие замечания, которые, по их мнению, должны быть нужны. Они так же  вели учет попаданий, или скальпов, как некоторые снайперы сухо называли убитых. Это делалось не для личной славы, а для того, что бы все поражения были зафиксированы. Выстрелы, которые были сделаны без свидетелей, не могли быть зарегистрированы как удачные, поэтому обозначались как «вероятные». Такая система позволяла предотвратить претензии снайперов и давала офицерам разведки представления об эффективности снайперских подразделений, а так же полезные данные для разведки. Данная система до сих пор используется среди снайперов.

Рассматривая снайперское искусство, мы не можем пройти стороной развитие снайперского оружия, оптики и патронов. Именно в Первую мировую войну происходило развитие новых винтовок, а так же достигнут процесс в развитии снайперской оптике, были разработаны различные виды патронов.

Прицельная стрельба на длинные дистанции ограничивалась необходи­мость идентификации цели. В 1914 г. оптические прицелы с 2-кратным уве­личением выпускали многие произво­дители - Commons, Lattley, Martin, Gibbs, Neil. Прицелы были адаптирова­ны к стандартной армейской винтовке SMLE Mk. I .303 калибра. При­целы не отличались практичностью и удобством в эксплуатации. Первым эффективным бри­танским телескопическим прицелом стал прицел фирмы Перископ Призм. Прицел годился для установки на вин­товки SMLENo.l Mk. Ill  и образца 1914 г. No. 3 Mk. I (Т). Появление оснащен­ных новыми прицелами таких винтовок обрадовало британских снайпе­ров. Как заметил майор Крам в 1915 г.: «Раньше я часто мог наблюдать про­тивника в бинокль, но далеко не всегда мог найти его с помощью оптического прицела. Теперь я вижу противника и в бинокль, и в прицел»(38).

Помимо Германии, единственной страной, в чьей армии накануне войны имелись винтовки с оптическими при­целами, являлись США. На вооружении американской армии состоял призмати­ческий 5.2-кратный прицел Уарнер энд Сваей. Конструкция была не удачной. В частности на при­цел приходилось надевать резиновый наглазник длиной 1,5 дюйма, иначе при выстреле из-за отдачи винтовки стрелок рисковал разбить себе бровь. Малейшие пылинки, прилипавшие к линзам прицела, приобретали при взгляде в прицел облик кирпичей. Прицел отли­чался повышенной чувствительностью к сырости, хотя это было свойственно всем оптическим прицелам того време­ни.

Специальные винтовки для снайпер­ской стрельбы в годы войны на воору­жение официально не поступали, хотя технических препятствий для выпуска такого оружия производителями штат­ных армейских винтовок не существо­вало. Главным аргументом против ис­пользования в армии коммерческого снайперского оружия оставалась его крайняя дороговизна. Оптические при­целы ставили на стандартные винтов­ки. Лучшей из них, без сомнений, явля­лась германская винтовка Маузера об­разца 1898 г. Для снайперов оружейники про­изводили специальную селекцию, отби­рая из партий готовых винтовок самые лучшие с точки зрения точности и куч­ности боя образцы. Британская винтовка SMLE также являлась непло­хим оружием, но ее ствол был короче ствола винтовки Маузера, что для снай­перского оружия имело большое значе­ние. Винтовка SMLE представляла со­бой компромисс между традиционной пехотной винтовкой с длинным стволом и укороченным кавалерийским карабином. Американская винтовка Спринг­филд всем удалась, однако американцы не производили селекции лучших об­разцов.

Пионерами в проектировании и изготов­лении монтажных узлов прицелов ста­ли германские фирмы Цейс, Герард и Фойтландер. Узлы крепления прицелов, разработанные данными фирм, обеспе­чивали не только жесткость посадки прицела, но и его оптимальное распо­ложение - на линии визирования пра­вым глазом снайпера.

В Британии высокие военные чины гипнотизировала теория возможного противостояния снайпера превосходя­щим силам противника в откры­том огневом бою, поэтому они потребо­вали от конструкторов смешения оптичес­кого прицела влево с целью обеспечения возможности стрельбы с использованием обычного открытого прицела.

В отличие от германской практики, первые британские узлы крепления оп­тических прицелов на винтовках были не заводского изготовления. Они не обеспечивали должной жесткости креп­ления прицелов на оружии. К 1918 г. данную проблему удалось решить с по­ступлением на вооружение винтовок No.3 Mk. I* (Т) и Р14 Энфильд с прице­лами Элдис № 4. Эти винтовки применя­лись и в годы Второй мировой войны.

В большинстве случаев снайперы Первой мировой войны вели огонь с дистанции не более 200 ярдов, снайперы оборудо­вали свои огневые позиции на ничей­ной земле с целью сокращения дистан­ции стрельбы. Снайперы, стрелявшие из-за своих линий, вели огонь с боль­ших дистанций - 300 - 500 ярдов. Стрельба на большие дистанции огра­ничивалась возможностями оптических прицелов. Оптические прицелы ограни­чивали и скорострельность - цель тре­бовалось поразить первым выстрелом. В германской инструкции 1915 г. запи­сано: «Оружие с телескопическим при­целом наиболее эффективно при стрель­бе на дальность до 300 м»(51).

Притчард отмечал случаи удачной стрельбы на значительные расстояния: «Есть шанс подстрелить германца на дальности в 600 ярдов даже в ветреную погоду, правда если ветер не сильный. Обычно мы не стреляем дальше, чем на 400 ярдов - очень сложно научить снай­пера стрелять с поправкой на ветер»(35).

На точность стрельбы влиял не толь­ко ветер, но также пыль, туман, усло­вия освещенности. Обычно считалось возможным попасть первым выстрелом в голову на дистанции 200 ярдов и в тело вообще - на дистанции 400 ярдов.

Лучшим для вероятной жертвы снайпера оставалось держаться подальше от огневой позиции меткого стрелка. При выстреле в голову с корот­кой дистанции уцелеть жертве было не реально. Зигфриду Засу­ну повезло, когда его обстрелял в апре­ле 1917г. снайпер: «Я просто мельком взглянул на ок­ружающий пейзаж. Как немец, я остро ощущал все прелести природы и не упускал случая насладиться ею. О, эта наша врожденная сентиментальность, которой лишены все не арийские нации! Сколько мы, немцы, перенесли страда­ний из-за сентиментальности... Я толь­ко приподнял голову над бруствером траншеи, как по спине промеж плеч уда­рили комья земли. Первое что я подумал, сзади разорвалась мина. Однако я, как все немцы, будучи исключитель­но сообразительным, быстро понял, что причина не в тылу, а на фронте - по мне выстрелил снайпер»(51). На войне всегда ожидаешь худшего.

Перед снайперами ставилась задача борьбы с меткими стрелками противни­ка. Конфронтации снайперов отлича­лись яростью и драматизмом. Фредерик Слит, офицер-снайпер из 51-й шотлан­дской дивизии, описал свою дуэль с гер­манским снайпером, имевшую место в 1916 г. в окрестностях Ипра. Как толь­ко Слит выстрелил сквозь амбразуру своего бронещитка, как о сталь всего в паре дюймов от лица шотландца звяк­нула пуля немецкого снайпера. Слит изготовился к выстрелу, его палец уже скользил по спусковому крючку, когда вторая противная пуля вонзилась уже непосредственно в амбразуру. Палец стрелка инстинктивно нажал на спуск. Слит очнулся после слов сержанта-наблюдателя: «Вы убили его, сэр. Гляньте на торчащую винтовку»(72).

В то время не существовало специ­альных патронов для снайперов, хотя стрелки-спортсмены давно знали на­сколько влияют на результат стрельбы качественные боеприпасы. Тем не ме­нее, министерство снабжение посчита­ло налаживание производства ограни­ченного числа патронов для снайперов не практичным. Снайпер всегда стара­лись вести огонь патронами из одной производственной партии. В этом слу­чае не требовалось производить пристрелку оружия под новые патроны. Достаточно мощные, чтобы пробить на дистанции 200 ярдов 18-дюймовый ме­шок с песком, пули британских патро­нов калибра 303 дюйма были бессиль­ны перед тонкой стальной броней. В 1915 г. германские снайперы стали в ограниченном количестве применять бронебойные пули S.m.K, пробивавшие стальные щитки британских снайперов и пулеметчиков. Союзники официаль­но на вооружение бронебойные пули не принимали, но с конца 1916 г. многие снайперы стали в частном порядке приобретать патроны с бронебойными пу­лями для использования их по защищен­ным целям.

Не только на полях Франции и Флан­дрии снайперы оказывали огромное влияние на боевой дух войск. Предпри­нятый в июне 1915 г. десант в Галлиполи достаточно быстро обернулся пози­ционной войной, мини Францией. Тран­шеи союзников отделяли от траншей турков каких-то сто ярдов ничейной земли. В Турецкой армии нашлось немало метких стрелков, удачно стрелявших даже не имея винтовок с оптическими прицелами. Некто А.П. Герберт писал в дневнике: «Мы теряем по 12 человек ежеднев­но. Основная причина смерти - попа­дание пули в голову. Убивают даже но­чью, при свете луны»(72).

У союзников на этом театре военных действий, как и у противника, не хвата­ло снайперских винтовок с оптически­ми прицелами, однако охотники на кен­гуру из далекой Австралии использовали и обычные винтовки с открытыми прицелами.

 В Галлиполи отличился Билли Синг, уро­женец Зеленого континента. Синг предпочитал всегда рабо­тать в паре. Он славился умением стре­лять навскидку, практически на слух. Ко­манда наблюдателя «вправо» - тут же сле­дует выстрел Синга, и противник падает замертво. В Галлиполи Синг убил не ме­нее 150 солдат и офицеров противника.(51)

По мере эскалации войны росли ма­стерство и эффективность действий снайперов. Статистики роста эффектив­ности снайперского огня нет, как не из­вестен и процент потерь от снайперс­кого огня. Тогда просто писали «погиб в бою». Некоторое представление о результатах действии снайперов дает «ча­стная» статистика, так за период с ян­варя по март 1918 г. снайперы британс­кой 38-й дивизии, то есть снайперские секции девяти пехотных батальонов, достоверно уничтожили 387 солдат и офицеров противника.(51)

Моральный эф­фект от действий снайперов порой был даже более важен, чем непосредствен­ный вывод из строя живой силы против­ника. Снайпинг стали воспринимать как один из важных тактических приемов боевых действий.  

         Мы выяснили основные тенденции развития снайпинга в годы Первой мировой войны. На первоначальном этапе на снайперов не обращали внимания. Только войска кайзеровской армии серьезно занимались этим вопросом. Были созданы первые школы по подготовке снайперов. По мере продолжения войны тенденция применения снайперов от кайзеровской армии распространяется в войска союзников. В итоге на конечном этапе, под воздействием определенных факторов, лидерство в снайпинге переходит к союзникам.

В этот период были созданы основные принципы снайпинга, система обучения снайперов, а так же развитие экипировки и вооружения. Впервые были применены средства маскировки снайперов, появляются первые снайперские костюмы. Появляются и другие приспособления обеспечивающие снайперу хорошие условия для исполнения поставленных задач. Появляются первые высококлассные стрелки, получившие высокие правительственные награды. В Первую мировую войну происходит изменения в патронах, появляются бронебойные пули, в оптики, новые виды оптических прицелов.

 

 

 

  • 2. Зарождение концепции массового применения снайперов в межвоенный период.

После подписания Версальского договора произошло то, что и должно было произойти: о снайперах попросту забыли. Невил Армстронг с горечью писал в 1940 г.: "Люди, осуществившие в первые дни прошлой войны организацию, позднее известную как секция разведки батальона, лелеяли надежду, что после войны 1914-1918 гг. не забудут о подготовке снайперов, разведчиков и наблюдателей. Однако среди стрелков в армии развилось пренебрежительное отношение к снайперам. Стрелки полагали, будто снайпинг только "феномен" времен позиционной войны и, очевидно, он больше не воскреснет. Снайпинг забывали. Прошло 22 года, и снова "на полях Фландрии" мы сражаемся с тем же самым врагом. Снова жизни наших солдат принесены в жертву опытным снайперам немцев вследствие того, что мы не были готовы и забыли данный нам урок"(52).

Все армии, вкусившие окопной войны в 1914 – 1918 гг. воздали должное снайпингу, но как обычно, к 1939 г. уроки, преподанные снайперами, оказались забытыми и не востребованными. К 1919 г. большое количество людей ставшие очевидцами войны считали, что в мире закончатся все войны. Многие откликнулись на громогласное заявление антивоенных лобби, которые требовали положить конец милитаризму чиновников и обратится к восстановлению и примирению, а не к перевооружению. В результате, Малый Британский армейский комитет в 1921 г. принял решение, что винтовка SMLE отслужила свой срок в качестве снайперской винтовки, и все запасы были отправлены на армейские склады в Уидон Бек, для снятия оптических прицелов, в то время как снайперские винтовки Pattern 1914, были сохранены. Это означало, что в общей сложности из 11 789 винтовок отправленных в расход, 9 788 были направлены на уничтожение(72). Оптические прицелы, снятые с винтовок, дольше сохранились и были в свободной продаже вплоть до начала 1930-х гг., отчасти потому, что спрос на оптические прицелы не был высоким в Великобритании, и они лежали долго на складах. Австралийские снайперы были впечатлены SMLE как снайперской винтовкой, но и они не сохранили в достаточном количестве данные винтовки. В 1923 году в Канаде было проведено исследование, которое показало, что на складах осталось 211 прицелов Росс Mk. III (T), 357 снятых прицелов Warner и Swasey и неопределенное количество прицелов для SMLE винтовок. Это было не очень внушительный запас, на который можно было положиться в случае войны.

Дело в том, что с начала 1920-х гг. некоторые из стран действительно заботились о долгосрочных потребностях. Для большинства стран конец десятилетия был обусловлен экономическим кризисом, и последнее на что тратило правительство, это были собственные вооруженные силы. В тот период Британия теоретически на батальон выделяла шесть снайперов, но для них не было создано графика тренировок. Что являлось более насущным в тот период, так это требование к улучшению пехотной винтовки и работа по созданию новых образцов, которая была прервана в 1914 г. и была продолжена после войны. Проект экспериментального 276 дюймового патрона, который показал хорошие показатели в 1913 г., был снова возрожден и включен в модифицированную винтовку Р14 известную, как винтовка Ainley. Несмотря на многообещающие результаты с точки зрения точности и необыкновенной начальной скорости почти в 3.600 м/с, патрон был признан не пригодным для использования в военных целях, дальнейшие работы по развитию были прекращены в 1939 г.

После войны в Британской армии численность снайперских секций в батальонах была снижена до 8 человек.

А в армии США не существовало официальной подготовки снайперов. Небольшое количество снайперов имелось только в корпусе морской пехоты. Франция и Италия не имели подготовленных снайперов, а Веймарской Германии иметь снайперов запрещалось международными договорами. В то же время, немцы осознавали важность снайпинга, так в меморандуме командующего германской армией от 5 декабря 1931 г. отмечалось: «Должно использоваться оружие с телескопическими прицелами … Карабины с оптическими прицелами подлежат замене на винтовки с оптическими прицелами»(51).

После прихода к власти Гитлера в Германии происходят изменения. Была воссоздана система подготовки снайперов, существовавшая в Кайзеровской Германии. Но в связи с изменением характера войны и новой военной стратегии, включавшей в себя наступление крупными механизированными соединениями, снайпинг не получил такого широкого развития который был в Первую мировую войну.

 В 1935 г. в качестве единого образца личного оружия для всех родов войск вермахта был принят, новы универсальный 7,92-мм карабин "Karabiner 98 kurz" (Kar.98k или просто К98k) заменивший винтовки "Gew.98", а так же карабины "98а" и "98b". Благодаря хорошим эксплуатационным и баллистическим качествам - безотказности в работе, простоте в обращении и изучении, разборке и сборке, меткости боя, удобстве в штыковом бою - новый карабин завоевал в армии популярность и вошел в число наиболее массовых видов германского стрелкового оружия. В 1935 - 1938 гг. фирма Mauser-Werke A.G. выпускала снайперский вариант основной модели "98k". Эффективный прицельный огонь из винтовок с оптическими прицелами снайперы вели на дальности 400 - 600 м, нанося противнику значительный ущерб. На ствольных коробках карабинов "К98k" делались приливы с пазами для крепления оптических прицелов коммерческого типа с 4- и 6-кратным увеличением, что позволяло метким стрелкам вести прицельную стрельбу на дальности до 800 м. Однако прицел, стоявший сверху над ствольной коробкой, перекрывал паз для стандартной винтовочной обоймы, так что заряжать снайперские винтовки приходилось по одному патрону, что значительно снижало их возможности в реальной боевой обстановке. В 1939 г. на вооружение вермахта был  принят  единый снайперский карабин "Zf.Kar.98k" с 4-кратным оптическим прицелом Zf.39, монтируемым в пазах приливов ствольной коробки.

Как мы уже писали выше, снайпинг после войны был забыт. И практически все страны западной Европы в межвоенный период не проводили, каких либо серьезных изменений в снайпинге. Были затронуты лишь вопросы вооружения.

Зато, снайперы входят в моду в нашей стране. Страна, которая практически не применяла их на фронтах Первой мировой войны. Большевики ожидали новой интервенции, поэтому, активно перенимали боевой опыт западных армий. Начиная с первых дней правительство СССР, поставило задачу улучшения вооруженных сил. Уже в 1924 г. появился русский перевод книги Хескет-Притчарта «Снайпинг во Франции», не оставшейся незамеченной военными специалистами.  

Сначала, сразу после окончания Гражданской войны, в Красной армии снайперов считали не нужной блажью. Расчет на основное поражение противника, как и в царской армии, строился на плотности огня. По некоторым сведениям, это было следствием указания свыше. Военным не зачем было знать снайперские тонкости. Это должны были знать только те, кому положено знать.  В системе ОГПУ – НКВД при Генрихе Ягоде снайперской подготовке сотрудников для выполнения специальных заданий уделялось повышенное внимание. Бригады подготовленных снайперов существовали и при сталинской охране. Для этого в Германии были закуплены неплохие оптические прицелы, на базе которых позже были созданы удачные прицелы ПЕ и ПБ. В СССР активно развивался стрелковый спорт, но общевойсковых тактических снайперских методик не было.

Первой организацией имевшей единую систему и распространившейся в СССР, ставший единым органом по подготовки стрелков, был ОСОАВИАХИМ. Создание ОСОАВИАХИМа было связано с решением задач, которые ставились перед оборонным Обществом в послереволюционные годы: активное содействие укреплению обороноспособности страны и подготовка населения к защите Отечества. В 1923 г. появились первые стрелковые кружки, а к 1928 г. при первичных организациях ОСОАВИАХИМа их было уже более 14 тысяч. В этом же году решением Правительства, руководство стрелковым спортом было возложено на Центральный Совет ОСОАВИАХИМа. В 1931 г. вводится комплекс "Готов к труду и обороне".

В 1932 г. учреждается нагрудный значок "Ворошиловский стрелок".  Утверждая Положение о значке "Ворошиловский стрелок", Президиум ЦС ООСОАВИАХИМ отметил, что он вводится в целях привлечения широких народных масс к укреплению обороноспособности страны. В Положении говорилось, что право на получение значка имеют все члены Осоавиахима, активно участвующие в социалистическом строительстве и укреплении обороноспособности СССР, овладевшие начальными стадиями стрелковой подготовки и выполнившие соответствующие нормы.(80)

Политическое управление Красной Армии поддержало это движение, и оно распространилось на Вооруженные Силы. Было обнародовано Положение о порядке награждения знаком "Ворошиловский стрелок" в РККА и РККФ. Норма сдачи на знак "Ворошиловский стрелок" была приравнена к прохождению Курса стрельб 1932 г. Право награждать знаком получили командиры отдельных частей. Всего за предвоенные годы право ношения этой награды всех степеней получило от шести до девяти миллионов человек.80
В армии и на флоте эта награда применялась до мая 1939 года, когда была заменена знаком "За отличную стрельбу". 27 марта 1940 года ЦС ОСОАВИАХИМ утвердил новые комплексные программы подготовки значкистов "Ворошиловский стрелок", введя в них элементы строевой, тактической и физической подготовки. Было сказано, что каждый "Ворошиловский стрелок" должен сдать нормы ГТО. Значок "Ворошиловский стрелок" был упразднен в 1941 году в связи с начавшейся Великой Отечественной войной. 

 История создания знака носит полулегендарный характер. Летом 1932 года проходят зачетные командирские стрельбы, на которых присутствовал нарком по военным и морским делам, председатель Реввоенсовета СССР Климент Ворошилов. Отстрелявшиеся командиры, стоя у своих мишеней, докладывали Ворошилову о своих личных результатах стрельбы. У одного красного командира после стрельбы осталась чистая не тронутая мишень, а сам командир сетовал на плохой револьвер. Тогда Ворошилов взял его оружие и с боевой позиции выстрелил 7 патронов, выбив при этом 59 очков. Отдавая оружие командиру, Ворошилов сказал: "Нет плохого оружия, есть плохие стрелки"(64). Этот случай облетел все советские газеты, породив этим самое известное общественное движение "Стреляй по Ворошиловски". Тогда же была развёрнута пропаганда оборонно-массовой работы. Родились движения трудящихся и молодёжи за овладение стрелковыми навыками, были основаны стрелковые клубы Ворошиловских стрелков.

В 1929 г. в Кусково под эгидой Осоавиахима начала действовать школа "Снайпинг" для подготовки инструкторов-снайперов. По решению Осоавиахима 10 октября 1933 г. был создан Центральный стрелково-спортивный клуб с местом дислокации в пос. Кусково под Москвой.

Чтобы повысить стрелковое мастерство, Центральный Совет ООСОАВИАХИМ 10 марта 1934 года ввёл две ступени звания «Ворошиловский стрелок». Для получения значка «Ворошиловский стрелок» 2 степени были разработаны более жёсткие требования. В июле этого же года для молодежи был утверждён значок «Юный ворошиловский стрелок». Нагрудный знак «Юный ворошиловский стрелок» являлся гражданским нагрудным знаком общества Осоавиахима, который вручался пионерам и школьникам за овладение стрелковыми навыками и меткую стрельбу. С 1 августа 1936 г. для получения значка «Ворошиловский стрелок» II степени нужно было выполнить норму по стрельбе только лишь из боевой винтовки. На первом Всесоюзном соревновании пионеров и школьников — юных ворошиловских стрелков первое место заняла команда из Москвы. Многие из них позже стали профессиональными снайперами.

Осенью 1934 г. в Бауманском районе Москвы был открыт первый в СССР клуб Ворошиловских стрелков. Этот клуб впервые представлял СССР на международных соревнованиях. Под эгидой ЦС ОСОАВИАХИМА с 1932 года начинает издаваться журнал «Ворошиловский стрелок», выпускался для юношей и был посвящен в основном стрельбе. Издавался вплоть до 1940 года, с периодичностью 2 раза в месяц. В журнале выходили статьи по стрелковому делу, строевой и физической подготовки, а так же различных систем вооружения.

Невиданного размаха в 30-е гг. достиг советский стрелковый спорт. Причем стрелки-спортсмены отрабатывали упражнения, имеющие непосредственное отношение к "длинному" снайперскому выстрелу, например: стрельба из крупнокалиберной винтовки, лежа на 300, 400, 500 и 600 метров по четырем целям; дуэльная стрельба из армейской винтовки на 300 метров с перебежкой; "минутка" – стрельба из армейской винтовки лежа на 300 метров в течение 1 минуты, количество выстрелов не ограничено; стрельба из малокалиберной винтовки лежа на 200 метров, 40 выстрелов и т.д. За один только зимний период 1932 – 1933 гг. в школах было подготовлено 460 стрелков и переподготовлено 186 начальников стрелковых отделов и секторов организаций Осоавиахима(64). В 1933 г. был впервые введен осоавиахимовский значок «Снайпер», а в 1938 г. нагрудный знак «Снайпер РККА».

В течение 1935 г. организациями ОСОАВИАХИМа обучено свыше 3 000 снайперов для армии. Уже в 1936 году в СССР действовало 11 снайперских школ. Всего же с 1935 по 1940 год было обучено еще 13000 снайперов различной квалификации(64).

Большое значение для зарождающейся в нашей стране системы обучения "сверхметких стрелков" имело разработанное в 1933 г. наставление "Методика стрелковой подготовки и курс стрельб для подготовки снайперов"(5). Здесь впервые в отечественной практике была обобщена наиболее важная информация, касающаяся организации и проведения учебных снайперских сборов. В частности, в нем говорилось: "В современном бою на снайперов могут возлагаться следующие задачи: уничтожение лиц командного состава противника, его органов наблюдения и связи; подавление огневых средств противника, особенно хорошо замаскированных; ослепление бронированных машин противника; борьба со снижающимися самолетами противника. Снайперы ведут огонь по наземным целям из винтовок с открытым прицелом до 1000 м, с оптическим – до 1500 м. Вообще же стрельба для снайперов возможна в пределах нарезки прицела, с учетом видимости цели, важности и возможности ее поражения"(5). Обратим внимание на то, что в числе боевых задач снайпера не указана одна очень важная – борьба со снайперами противника.

 «К прохождению снайперского курса стрельб допускались только бойцы, выполнившие при обучении зачетные задачи стрельб из винтовки на "отлично" и сдавшие специальное упражнение на классификацию. Для первоначальной подготовки снайпера предписывалось отпускать 354 боевых патрона и 115 малокалиберных. В последующие годы службы для поддержания "стрелковой формы" отпускались 100 боевых и 50 малокалиберных»(68).

Первоначальную снайперскую подготовку красноармейцы получали на 45-дневных сборах, где прорабатывались все стрелковые задачи курса стрельб. Для облегчения проработки стрелковой задачи приводилось большое количество подготовительных упражнений. Помимо самих стрельб, снайперам во время учебы надлежало решать также и тактические задачи: разведка и оценка местности, выбор места для огневой точки и оборудование ее, составление стрелковой карточки и простейшего чертежа местности, наблюдение за полем боя, отыскание и распознавание целей, определение расстояний, выбор момента открытия огня, выбор прицела и точки прицеливания, выбор положения для стрельбы и момента для производства выстрела, наблюдение за результатами огня. Примечательно, что при отработке тактических задач рекомендовалось для наглядности использовать в качестве целей живых людей (естественно, применялись только учебные патроны), при этом занятие приобретало форму встречного огневого столкновения.

Характерным для того времени было специальное упражнение, выполняемое в полной темноте: стрельба велась с дистанции 150 метров по цели, изображающей курящего в окопе вражеского наблюдателя. Меткая пуля, летящая из темноты на огонек сигареты – этот образ остался еще со времен англо-бурской войны.

Интересно, что с учетом, как бы сейчас сказали, "низкого образовательного уровня" красноармейцев, для решения задач по выбору точки прицеливания по различным целям и на разные дистанции, в наставлении рекомендовалось изготовить макет средних траекторий в натуральную величину – от 200 до 1000 м. Провешивалась линия, на которой через каждые 50 м в створе друг с другом вбивались стойки. На каждой стойке, на определенной высоте, соответствующей средней траектории пули на этой дистанции, имелся гвоздик с надписью – каково превышение, и для какого прицела. При показе нужной траектории на эти гвоздики подвешивался шнур, в соответствующих точках устанавливались мишени.

Особое внимание уделялось отработке приемов ведения огня из различных положений. Наибольший интерес сегодня вызывает широко практиковавшийся в 1930-1940-е годы способ использования при стрельбе штатного ружейного ремня, из которого получалась удобная петля, почти как на спортивном оружии. При подгонке ремня пряжка подтягивалась к его верхнему концу так, чтобы в нижней части ремня образовалась петля для вдевания руки.

Говоря о всплеске стрелкового спорта и снайпинга в 1930-е годы, нельзя не назвать имя А.А. Смирнского. Он был участником V Олимпийских игр 1912 года и победителем 1-й Всероссийской олимпиады 1913 года. Смирнский стал организатором и вдохновителем первых всесоюзных стрелковых соревнований, работал над конструированием спортивного и специального оружия. Из созданных им малокалиберных винтовок учились стрелять тысячи советских спортсменов, а разработанный  кронштейн для крепления оптического прицела без существенных изменений простоял на снабжении РККА до конца 1930-х годов.

Еще в 1929 году после ознакомительной поездки в Германию И.П. Уборевич, бывший в то время начальником вооружений РККА, писал К.Е. Ворошилову: "Каждый пятый или восьмой стрелок, по расчетам немцев, будет на винтовке иметь оптический прицел, значительно увеличивающий меткость стрельбы бойца. Приспособление к нашей винтовке оптического прицела требует улучшения стали, из которой изготовлен ствол... Мое резюме таково, что и нам не нужно скупиться на переход вооружений пехоты под оптический прицел, т.к. это окупится лучшими результатами действия в бою"(34).  

Характерно, что в Советской России все основные разработки в области снайперского оружия после 1931 года касались в основном самозарядных винтовок: испытывались снайперские варианты автоматической винтовки Симонова (АВС-З6), самозарядных винтовок Дегтярева (обр. 1930 г.), Рукавишникова (обр. 1938 г.), Токарева (СВТ-40). Однако все они не смогли по точности и надежности достичь уровня винтовки образца 1891/30 гг. Впрочем, этот факт свидетельствует не столько о достоинствах системы Мосина, сколько о недостатках упомянутых моделей автоматического оружия.

В 1931 г. советские стрелки получили первую серийную отечественную «снайперку» – винтовку обр. 1891/30 гг. с прицелом ПТ. Показательно, что в 30-е годы производство снайперского оружия постоянно увеличивалось: если в 1932 г. было выпущено 749 винтовок, то в 1933 г. – уже 1347, в 1934 г. – 6637, в 1935 г. – 12742, в 1937 г. – 13130, в 1938 г. – 19545 штук(64).

Снайперская модификация винтовки Мосина, появившаяся в 1931 г., отличалась от штатного образца лучшей обработкой канала ствола, меньшими допусками при изготовлении, изменением формы рукоятки затвора и установкой оптического прицела. Первоначально на оружии ставился оптический прицел марки ПТ, вскоре он был заменен на более совершенный образец ВП, а к 1941 г. на «снайперках» появился прицел ПУ, разработанный для СВТ.

Как и любая система, эта винтовка имела ряд преимуществ и ряд недостатков. Характерно, что недостатки системы выявились уже через несколько лет после ее принятия на вооружение в 1891 г., но даже в модифицированных вариантах (1910, 1923 и 1930 годов) ряд дефектов так и остался, несмотря на такие положительные качества, как хорошая баллистика, большая живучесть ствола и затвора, безотказность действия механизмов, простота устройства. Ряд упомянутых недостатков делал винтовку Мосина неудобной в использовании. В 1930 г. винтовка была модернизирована (отсечка-отражатель разделена на две детали, принята пластинчатая обойма для патронов, намушник стал деталью ствола оружия, упрощены ложевые кольца), однако основные недостатки автоматически перекочевали на принятую в 1931 г. снайперскую винтовку.

Ствол брали от штатной военной винтовки, состоящей на вооружении советской армии, подбирая на заводах наиболее кучнобойные экземпляры. Таким путем можно было отбирать на оружейном производстве большое количество стволов, стоимость которых равнялась цене обыкновенного валового ствола. Вследствие этого, чтобы не потерять кучность боя, изменять длину ствола не приходилось. Зато прицельные приспособления должны были быть совершеннее обыкновенных войсковых образцов. Современные иностранные авторитеты стрелкового дела правильно считают, что стрелок, не снабженный оптическими прицельными приспособлениями, несовременный стрелок. Кроме ортоптического (диоптрического) прицела, на снайперской винтовке мог стоять оптический (телескопический) прицел. Кратность трубы от 2,5 до 4,5 раза, наиболее подходящая для снайпинга, не только довоенного периода, но и современного. Увеличенная кратность затрудняла прицеливание, особенно при стрельбе по движущимся и появляющимся целям. Кратность 6 и больше были пригодны преимущественно для стрельб по неподвижным целям. На  оптическом прицеле должны были стоять, подобно сквозному прицелу, установки по вертикали и по горизонтали.

 Спусковой механизм оказывал большое влияние на меткость стрельбы, как на заре разработок снайперского оружия, так и на современном этапе. При плохом спуске невозможно было получить хорошую стрельбу. Спуск не должен  был требовать большой силы нажатия, не должен был иметь длинный ход и свободное качание. Натяжение в 1,5-2 кг считалось достаточным.

 «Ложа оказывает значительное влияние на меткость. Это хорошо известно конструкторам и мастерам охотничьих нарезных ружей. Ложа снайперской винтовки должна была иметь прикладистость охотничьей, но быть несколько прочнее последней. Для толстой зимней и для тонкой летней одежды тоже нужен приклад различной длины; снимая или прибавляя накладки, можно было регулировать длину приклада. Шейка ложа должна была быть пистолетной формы. Ложе для снайперской винтовки выгоднее делать из орехового дерева; она более живуча и меньше подвергается отсыреванию. Так как главные части винтовки – ствол, затвор и магазин – отбираются из валовых, то винтовка не может стоить дорого. Если поставить новые прицелы, оптический и ортоптический, новую ложу, мушку, а иногда и спусковой механизм, получится гораздо более совершенное оружие, и в общем удовлетворяющее условию, указанному в пункте 8. Наши заводы вполне удовлетворительно делают оптические винтовочные прицелы и установки для них. В числе необходимой принадлежности для снайперской винтовки должен быть хороший чехол. Патроны должны быть подвергнуты особо тщательной проверке лабораторным путем, чтобы обладали наилучшими баллистическими данными. Каждому патронному заводу осуществить это не трудно»(58). Все эти предложения, как известно, так и не были претворены в жизнь.

Хорошо отобранными валовыми патронами снайперская винтовка давала группами по 10 выстрелов следующую кучность: на дистанции 100 метров радиус круга, вмещающего все пробоины (R100), составляет 3 см, на 200 метров соответственно 7,5 см, на 300 метров– 15,5 см, на 400 метров – 18 см, на 500 метров – 25 см, на 600 метров – 35 см. Понятно, что результаты по кучности при использовании снайперских или целевых патронов были гораздо выше. Хорошо выверенная и пристрелянная винтовка обеспечивала поражение с первого выстрела головной фигуры до 300 метров, грудной фигуры – до 500 метров, поясной фигуры – до 600 метров, ростовой фигуры – до 700 метров. При этом дальность эффективного огня считается (согласно соответствующему наставлению по стрелковому делу) до 600 метров.

Первые оптические прицелы, устанавливавшиеся на винтовке Мосина, заказывались на германских заводах "Цейс". Однако уже с начала 1930-х советская промышленность наладила выпуск собственных оптических прицелов ПТ (прицел телескопического типа) образца 1930 г. Они имели длину 270 мм и обеспечивали 4-кратное увеличение. Прицелы крепились непосредственно на ствольной коробке, что было неудобно (не позволяло пользоваться открытым прицелом). Уже в 1931 г. эти прицелы были заменены на ВП (винтовочный прицел) образца 1931 г. Но и в этой конструкции производителям не удалось добиться полного соответствия требованиям. С 1936 г. на снайперских винтовках стал устанавливаться прицел ПЕ (прицел Емельянова) с увеличением 4,2х. Он был проще и дешевле. Под этот прицел промышленность выпускала большие боковые кронштейны, крепившиеся сбоку ствольной коробки. Эти же ПЕ были установлены на небольшой партии снайперских автоматических винтовок Симонова АВС-36.

Оптический прицел ПУ стал устанавливаться на винтовку обр. 1891/30 гг. около 1941 г. До этого он использовался на снайперском варианте самозарядной винтовки Токарева.  ПУ представлял собой типичный пример прицела военного времени – максимально простой, технологичный и дешевый в производстве. Кратность невелика (3,5х), но для "снайперского террора" на дистанциях до 500-600 метров этого, в принципе, было достаточно; зато благодаря небольшому увеличению поле зрения составляет около 8 метров на 100 метров. Для установки прицела ПУ на винтовку обр. 1891/30 гг. Д. М. Кочетов разработал оригинальный вертикально-базисный кронштейн. Кронштейн имеет два хомутика, в которых закреплен корпус прицела, а сам кронштейн крепится на основании, привинченном к ствольной коробке. Вес прицела с кронштейном – 270 грамм.

Российский винтовочный патрон 7,62х54 конструкции полковника Н. Роговцева поступил на вооружение в 1891 г., одновременно с принятием винтовки системы Мосина, и с тех пор неоднократно модернизировался. Уже в 1908 г. тупоконечную пулю заменили остроконечной, что по значимости было равноценно принятию на вооружение нового патрона: начальная скорость новой пули достигла 865 м/сек, в то время как у старой пули она равнялась только 660 м/сек. В дальнейшем патрон еще подвергался ряду изменений: свинцовый сердечник был заменен стальным; в 1930 году к патрону были приняты тяжелая пуля "Д" (обр. 1930 г.) и бронебойная пуля Б-30; в 1932 году приняты бронебойно-зажигательная пуля Б-32 и пристрелочно-зажигательная пуля ПЗ.

Рассматривая межвоенный период с 1918 по 1939 год, мы можем сделать ряд важных выводов. После войны в массовом сознании  населения большинства стран происходит перелом, многие народы, пережив страшные годы войны и социальные потрясения, хотели мирной жизни. Во многих странах произошло сокращение воинских частей и вооружения. Многие снайперские винтовки были утилизированы, а их прицелы поступили в свободную продажу. Были свернуты программы по подготовки снайперских кадров. Многие снайперы со своим богатым опытом оказались без дела. Только в системе обучения войск Вермахта сохранились снайперы и наставления, но и они отошли на второй план. В СССР, наоборот, снайперское движение и сопутствующий ему стрелковый спорт получил «второе дыхание». Была создана целая организация по стрелковому спорту, под эгидой которой многие граждане получили первоначальные навыки стрелковой подготовки, что впоследствии сыграло положительную роль. Многие спортсмены превратились в профессиональных снайперов. Были разработаны новые виды полуавтоматических винтовок, происходило развитие снайперских прицелов, создается большое количество учебной литературы, различные наставления и уставы. Все это сыграло положительную роль для нас в Великой Отечественной войне. Остальным странам пришлось заново воссоздавать снайперские наставления, наращивать снайперские кадры и улучшать снайперское вооружение и оптику.  

 

Глава 2. Зарождение снайперского движения в СССР и его использование в конфликтах п.п. ХХ века.

  • 1. Снайпинг в конфликтах предвоенного периода.

После окончания Первой мировой войны снайпинг постепенно забывается. Было уничтожено много снайперского вооружения, значительно сокращен численный состав снайперов. Многие страны вообще отказались от подготовки снайперов. Советский союз в условиях новой реальности боялся интервенции со стороны стран запада, поэтому, активно развивал военную инфраструктуру и развертывал систематическое обучение населения военной подготовкой. Хорошо поставленная система обучения привела к увеличению числа населения умеющего метко стрелять. В СССР происходило развитие стрелкового вооружения и методов снайперской стрельбы.

Со 2 п. 30-х гг. Германия начала проводить агрессивную внешнюю политику. Одним из первых явных вооруженных конфликтов, в которых СССР и Германия приняли активное участие, стала Гражданская война в Испании. В отличие от Германии или России, в испанском обществе не было охотничьих традиций, поэтому мужчин пригодных для службы в армии было мало.

Первыми, кто освоил винтовки системы Маузер с оптическим прицелом, при поддержке немцев, были националисты. Под руководством немецких советников, армия националистов начала производить обученных снайперов. У Республиканцев первоначально не было снайперских винтовок, но советские советники заметили дисбаланс и ввели винтовку Мосин-Нагана с 4-х кратным оптическим прицелом ПЕ. Каждое республиканское подразделение должно было предоставить 15-20 своих лучших стрелков, которые прошли обучение стрельбе и начали занимать замаскированные передовые позиции и искать вражеских офицеров и солдат: Снайперы на позициях работали хорошо. В декабре 1937 года на позиции девятой бригады, расположенной на передней позиции к северу от Уэска, было убито 150 фашистов за 2 недели. Аналогичные позиции были созданы в другой бригаде на реке Эбро. Здесь линия окоп республиканской армии проходила в 500-х метрах … огонь на такой дистанции, позволял выводить из строя 5-6 повстанцев каждый день(72).    

Была детально разработана тактика, активно применявшаяся в конце Второй мировой войны, например, размещение снайпера возле пулеметного гнезда, где снайперский выстрел был замаскирован под стук пулемета. Снайперы так же направлялись за линию фронта, чтобы не допустить поступления на передний край помощи и подкрепления: «Трое снайперов провели на позициях пять дней. За это время они убили около 15 мулов и солдат. После этого фашисты полностью перестали использовать этот путь и должны были доставлять продовольствие по более длинному маршруту»(72).

Обе стороны многое узнали о развертывании снайперов. Советские военные начали понимать важность использования снайперов в обороне и атаке. Несмотря на то, что советские снайперы большую часть Гражданской войны в Испании были представлены только как «советники», они вынесли большие уроки по части организации  снайперского огня и методам применения снайпинга.

 Репрессии командного состава в конце 30-х привели к тому, что наиболее опытные офицеры были удалены со службы, а их заметки, инструкции, методы тактики по снайпингу, были признаны руководством страны как антисоветские. Многие планы, принятые до репрессий, были вновь пересмотрены. Молодые командиры проявляли нерешительность и безынициативность, а инструкции оставленные репрессированными командирами, старались игнорировать, боясь навлечь на себя и свои семьи подозрения в антигосударственной деятельности.  Страх перед репрессиями сковывал действия. Ситуация сложившаяся в армии, отозвалась многочисленными просчетами командиров в Советско-финской войне 1939-1940 годов.

         Советско-финская война 1939-1940 гг. носила название «странной» войны: большая, прекрасно вооруженная и механизированная Красная Армия в течение полугода с огромным трудом и тяжелейшими потерями пыталась сломить сопротивления совсем небольшой, порядка 100 тыс. человек, финской армии. Многие советские солдаты и офицеры не были готовы к тому, что им придется столкнуться с малыми, очень подвижными отрядами лыжников, многочисленными минами-ловушками и знаменитыми снайперами – "кукушками".

          Участник боев на Карельском перешейке позднее вспоминал: "Замечаем: пули ложатся вокруг нас. Откуда они? Вдруг падает пулеметчик. Спрашиваем: "Куда ранен?" – "В затылок", – отвечает наклонившийся к нему товарищ. Значит, стреляют с тыла. Начинаем осматривать деревья. Ветви густые, завалены снегом. Замечаю, что ветви одной из елей чуть-чуть колышутся. Всматриваюсь через прицел снайперской винтовки и вижу: "люлька", а на ней ноги в пьексах. Стреляем. С дерева падает человек. Подбегаем: белофинн с автоматом. Осматриваем другие деревья; на некоторых замечаем тоненькие полоски – круговые срезы коры, вглядываемся – на каждом из таких деревьев устроены "люльки", но людей нет, очевидно, эти деревья подготовлены "про запас". В первые минуты мы думали, что сбитые нами белофинны – случайные люди, отрезанные от своих и спрятавшиеся на деревьях, чтобы вредить в наших тылах. Тогда мы еще не знали, что подобный способ войны – система, которую враг станет применять по всему фронту"(16).

Метод применения снайперов – «кукушек» был очень действенен. Небольшое количество снайперов могло безнаказанно уничтожить большое количество солдат и  уйти незамеченными. Команда из 7 снайперов могла держать довольно широкий участок обороны и зачастую именно огонь снайперов, срывал атаки наступающих войск.

Советским командирам абсолютно нечего было противопоставить им, единственная возможность вызвать огонь артиллерии по примерному месторасположению снайпера. Снайпер мог работать с любой точки, даже находящейся в тылу. Это наводило страх на простых солдат. Еще одним бедствием для советских солдат являлось, отсутствие маскировочных костюмов на первоначальном этапе войны. Пехотинцы в серых шинелях на фоне снега, были, отличной целю для финских снайперов. Тогда в обиход снайперов входит правило «трех», прикуривать от одной спички могло только 2 человека. И хотя данная тактика была разработана еще в годы Первой мировой войны, но красноармейцам пришлось постигать ее на личных примерах.

Тактика партизанской войны и мелких диверсий, проводимая малочисленной финской армией, принесла свои плоды: по свидетельству некоторых военных историков, потери советских войск были огромными, при этом есть немалые основания полагать, что значительная часть солдат была уничтожена именно снайперами. Официальной статистики по убитым нет, поэтому многие оценки по потерям можно поставить под сомнение.

Многие военные специалисты и историки сходятся во мнении, что финские снайперы преподали урок советским войскам, и именно действия финских снайперов легло в основу снайпинга периода Великой Отечественной войны. Данный факт можно поставить под сомнение. Многие методы снайпинга, были разработаны еще в годы Первой мировой войны, и активно применялись в Гражданской войне в Испании. Единственное с чем можно согласиться, так это с тем, что финские снайперы «встряхнули» советское командование, заставив вспомнить уроки предыдущих войн и конфликтов.

В заслуги финским снайперам можно поставить разработку некоторых новых методов использования снайперов. "Кукушки" придумали зимнее снайперское укрытие "финский сугроб", использование ложных позиций для отвлечения противника, минирование покидаемой "лежки" и многое другое.

Финская тактика была простой и эффективной. Пара снайперов работала на флангах, на подготовленных позициях на передовой линии или проникала за советскую линию обороны, с расчетом выхода на минометы, артиллерийские позиции, командные пункты. Хорошее знание местности, способность быстро перемещаться на лыжах и яростная решимость защищать свою родину, стало шоком для красноармейцев. Снайперы  РККА были плохо подготовлены к зимней войне и не имели такой же мобильности как финны. Отвечая на вопрос интервьюера после войны, вызывало ли у него личные «трудности» убийство красноармейцев, один финский снайпер после паузы ответил: «да … Видите ли, они, как правило, пытались наклониться, спрятаться за укрытием или бегали зигзагом»(70). Финны показали хорошую эффективность. Самые известные финские снайперы были Суло Колко на счету, которого 400 солдат, в то время как у самого результативного Симо Хайха счет был более 500 солдат противника.(51)

Бывший сотрудник НКВД СССР  С.А. Ваупшасов в мемуарах писал: "Умный и коварный противник оставлял на занятой нами земле многочисленные подразделения стрелков и автоматчиков, целые лыжные батальоны с задачей дезорганизовать функционирование войсковых тылов, рвать коммуникации, нападать на госпитали, штабы, склады. Легкие, подвижные группы шюцкоровцев были мастерами такой вот "малой войны" и доставляли нашему командованию много хлопот»(17).

На борьбу с диверсионными отрядами были брошены пограничные батальоны и другие войска НКВД. Базируясь в тылу действующей армии, они охраняли подъездные пути, линии связи, тыловые учреждения, выслеживали, вылавливали и уничтожали вражеских лыжников.

         Наибольшую опасность для солдат и офицеров представляли одиночные финские автоматчики и снайперы, засевшие на деревьях в белых маскировочных халатах и совершенно сливавшиеся со стволом и ветками, запорошенными снегом. Советские бойцы прозвали их "кукушками", видимо, за одиночество и "древесный" образ жизни. "Кукушки" имели задачу выводить из строя командный состав. Командиры и политработники очень скоро перестали носить далеко видные знаки различия, но "кукушки" ухитрялись узнавать начальников по кобуре пистолета, портупее, командирским полушубкам и стреляли без промаха. Ни на минуту нельзя было снимать маскхалат, чтобы не выделиться из среды бойцов.

Во время войны финские снайперы, так же как и советские использовали винтовки системы Мосина – Нагана. Но к этому решению они пришли не сразу. По существу, финнам при принятии снайперских винтовок на вооружение способствовало испытание 1927 г. Гражданская гвардия (финский эквивалент территориальной или национальной гвардии) провела испытание японской винтовки Арисака, но в итоге приняла на вооружение советскую систему Мосина – Нагана. Она была проста в изготовлении и в Гражданской гвардии  получила обозначение М/28. Около 36 винтовок было оснащено прицелом Zeiss, но поставка этих прицелов стала проблемой, поэтому испытания прекратились. Между тем, регулярная армия, которая была сравнительно не заинтересована в попытках Гражданской Гвардии создать снайперскую винтовку, неожиданно осознала угрозу со стороны СССР на своих восточных границах, и в 1937 г. артиллерийское управление с опозданием заказало 250 призматических прицелов производителю оптики Oy Physica. Они ненамного отличались по форме от американских Warner и Swasey и были установлены на армейские служебные винтовки и получили обозначение M/37 снайперская винтовка, так же известная как M/27PH. Около 150 из них попали на фронт и использовались в боях, но отличались не особой надежностью, также как оптические прицелы, установленные на них, которые сильно страдали от низких температур и часто запотевали. Но с этой проблемой финны справились, благодаря трофеям. Финнам удалось захватить достаточное количество снайперских винтовок, которые использовались потом против красноармейцев. Многие советские прицелы ПЕ и ПЕМ были сняты с винтовок и модернизированы под финские винтовки, на которые устанавливались советские крепления.  

Несмотря на активное сопротивление, проявленное советским войскам, финны проиграли войну на всех направлениях кроме одного. Противопоставить партизанской войне Красной Армии было практически нечего. Возможно, это одна из причин того, почему СССР не стал оккупировать "страну Суоми". Ведь в этом случае "малая война" разгорелась бы с новой силой и затянулась на годы, а финны уже показали, на что они способны.

Характерно, что, по сути, финны применили против Красной Армии ту самую тактику "малой войны", которая в 1920-е годы была разработана советскими военачальниками – М.В. Фрунзе, И.П. Уборевичем, А.И. Егоровым, В.М. Примаковым. М.В. Фрунзе еще в 1921 году писал в статье "Единая военная доктрина и Красная Армия": "если государство уделит этому достаточно серьезное внимание, если подготовка к "малой войне" будет проводиться систематически и планомерно, то и этим путем можно создать для армии противника такую обстановку, в которой при всех своих технических преимуществах они окажутся бессильными перед сравнительно плохо вооруженным, но полным инициативы, смелым и решительным противником"(44).

Советско-финская война 1939-1940 гг. показала нашему правительству, какое преимущество дают снайперы и тактика партизанской войны. Данную тактику впоследствии активно применяли в годы Великой Отечественной войны. Зимняя война закончилась моральным поражением СССР, и позволило переосмыслить влияние партизанской борьбы и методики засад.

Рассмотрев параграф, мы выявили ряд особенностей конфликтов предвоенного периода. При более детальном рассмотрении мы пришли к выводам, что практическое применение снайпинга в Советском союзе произошло в годы Гражданской войны в Испании. Военные советники могли наглядно увидеть способы маскировки, методы применения снайперов. Несмотря на то, что советские снайперы сами активно не находились на передовой, они получили богатый опыт. После войны было написано ряд инструкций по подготовке снайперов, были введены новые способы маскировки и применения огня снайперов. Массовые чистки в командирском составе РККА в 30- е гг. привели к тому, что наиболее опытные командиры были уничтожены. Это сказалось  на результатах Советско-финской войны 1939-1940 гг. Малочисленные группы финнов могли долго сдерживать на широком участке фронта, крупные соединения Красной Армии. Не хватало офицеров имевших богатый опыт, заработанный в годы Первой мировой войны, гражданской войны в России и Испании. Именно опыт, приобретенный в советско-финской войне, сыграл положительную роль в годы Великой Отечественной войны.

  • 2. Снайперы РККА в годы Великой Отечественной войны.

22 июня 1941 г. немецкие войска без объявления войны перешли государственную границу СССР, именно эта дата является отправной точкой в Великой Отечественной войне длившейся 1418 дней и ночей. Немецкие войска наступали по трем направлениям: южному в направлении на Киев, группа армий «Юг»; центральному в направлении на Минск и Смоленск, группа армий «Центр» и северному в направлении на Ленинград, группа армий «Север». Советские войска оказывали упорное сопротивление, но потеряв большое количество техники и солдат, очень быстро откатывались вглубь территорий Советского союза. В этот период начинается активное формирование партизанских отрядов, на борьбу с немецко-фашисткими захватчиками поднимается население страны, война приобретает характер народной.

Активное наступление немцев привело к тому, что к осени 1941 г. на северном направлении они подступают к Ленинграду.

Первые минуты войны на Ленинградском направлении встретили части пограничных войск Ленинградского военного округа, в которых находились хорошо подготовленные снайперы, переведенные перед началом войны в состав пограничных войск из частей НКВД. Одним из них был Кельбин Василий Афанасьевич к началу войны занимавший пост заместителя начальника отделения боевой подготовки 103 погранотряда. Он еще в 1938 г. прошел курсы начальников снайперских команд и к началу войны провел подготовку особо метких стрелков. В своих мемуарах Кельбин отмечал, что снайперы-пограничники показали свою боевую эффективность, но их использовали было крайне слабо по ряду причин. Первая причина была в том, что до 90% всех подготовленных снайперов в мирное время, были распределены по вновь сформированным погранотрядам, которые в первые дни приняли всю тяжесть немецкого «Блицкрига» и понесли большие потери. Вторая причина заключалась в нехватке винтовок с оптическим прицелом. Третьей причиной было то, что возможности использования снайперского огня плохо изучили командиры, ему не придавалось особого значения. Четвертой причиной было то, что быстрое отступление советских войск не давало возможности для обширного развертывания снайперских действий(21).

Коренной перелом в использовании снайперов, произошел 8 сентября 1941 года, когда немецкие части сомкнули кольцо окружения вокруг Ленинграда, захватив город Шлиссельбург. Так как кольцо окружения находилось рядом с городом, а отдельные бои проходили в черте Ленинграда, то участие крупных соединений было невозможным и на первый план стали выходить снайперы. Нужно отметить, что к сентябрю 1941 года стали появляться снайперы и в регулярных частях и среди ополченцев. Свой боевой путь в сентябре 1941 года начали такие известные в последующем снайперы как Вележнивцев И. Д. и Пчелинцев В.Н. .

Пчелинцев В.Н.  был студентом горного университета и в первые дни войны, вместе с другими жителями города, копал оборонительные линии вокруг Ленинграда. Он и его однокурсники рвались в бой и  16 августа 1941 года  их направили во вновь формирующиеся части ополченцев. Необходимо отметить, что Пчелинцев В.Н., как и многие другие студенты в мирное время проходил курсы «Ворошиловский стрелок». На путь снайпера он встал 6 сентября 1941 г., когда в разведке на левом берегу реки Невы двумя выстрелами уничтожил двух мотоциклистов. А уже 8 сентября на глазах батальона застрелил еще двух немецких солдат. Уже в конце месяца свой первый точный выстрел сделал Вежливцев И.Д. Он был снайпером 1 дивизии НКВД в составе 8 армии и вместе с Пчелинцевым В.Н. являлся основателем снайперского движения на Ленинградском фронте.

         В конце сентября на многих участках фронта активную деятельность проявляли и другие снайперы. Особо активно в сентябре – октябре 1941 года,  действовали стрелки 8-й и 42-й армии, находившиеся на направлениях вероятного прорыва фронта. Успешным вылазкам снайперов способствовал ряд обстоятельств. Первое – занятость войск, строительством оборонительных сооружений по линии, на которой противник был остановлен и понес тяжелые потери. Второе – относительная беспечность немцев, вызванная некоторым спадом активности  советских войск, в связи с проводившимися организационными мероприятиями на фронте: подходом новых соединений, оперативными перегруппировками, доукомплектованием частей и т. д.

         Еще одним фактором позволившим командованию обратить внимание на снайперов были действия одиночек. Они вызвали живейший интерес не только среди рядовых солдат, но и среди офицеров и политработников. Конечно, все без исключения были заняты разнообразной работой – одни несли боевое дежурство на переднем крае обороны и вели бои с гитлеровцами, другие продолжали вести строительство оборонительных и хозяйственных сооружений. От усталости буквально валились с ног, но вместо отдыха стрелки – энтузиасты просили только об одном: разрешить им с винтовкой в руках «подежурить» на переднем крае и «поохотиться на фрицев». Командиры и политработники всех звеньев подразделений и частей понимали молодых людей и препятствий к их выходу на передний край обороны не чинили. Но такая возможность давалась не всем, а только наиболее способным бойцам. Эффект был очевидным, гитлеровцы, чувствовавшие себя в безопасности, перестали ходить в полный рост и все меньше показывались из-за бруствера. Те, кто проявлял неосторожность, уничтожались  советскими снайперами. Все эти действия поднимали моральный дух солдат, в условиях блокады.

         Когда об успехах снайперов доложили члену Политбюро ЦК ВКП(б), члену Военного совета Ленинградского фронта Андрею Александровичу Жданову он воскликнул: «Да ведь это же стахановцы фронта! Нужно сделать все, чтобы их почин стал массовым. Истребительное движение повысит активность обороны, будет способствовать росту боевого мастерства наших бойцов…»(28). Такое же заявление сделал и Сталин, обращаясь к народу, он сказал: «…Немецкие захватчики хотят иметь истребительную войну с народами СССР. Что же, если немцы хотят иметь истребительную войну, они ее получат…»(11).

18 сентября 1941 г. И. В. Сталин подписал постановление Государственного комитета обороны «О всеобщем обязательном обучении военному делу граждан СССР»(8). Оно дало возможность организовать повсеместное военное обучение граждан без отрыва от производства. В свете этого постановления во всех учебных заведениях Советского Союза вводился учебный предмет «военное дело». Программа обучения была рассчитана на 110 часов. Данное постановление помогло в кратчайшие сроки поставить в ряды армии большое количество человек, прошедших первоначальную военную подготовку.

Так же самое активное участие в осуществлении программ всевобуча принял Комсомол. Именно по инициативе ЦК ВЛКСМ вышел приказ НКО СССР № 091 от 11 февраля 1942 г.: «О подготовке в системе Всевобуча снайперов, автоматчиков, станковых пулеметчиков, истребителей танков и миномётчиков»46. Вскоре было решено готовить снайперские кадры с отрывом от производства и подготовкой в 3-4 месяца в специальных школах при военных округах. Школы получили наименование школ отличных стрелков снайперской подготовки (ШОССП). Кроме того было решено организовать централизованную подготовку снайперов высокой квалификации с инструкторскими навыками. Для этих целей приказом НКО СССР от 20 марта 1942 г. под Москвой была создана школа инструкторов-снайперов(19).

Первые месяцы обучения в школе инструкторов-снайперов показали необходимость централизованной подготовки не только инструкторов снайпинга, но и рядовых снайперов высокой квалификации. Поэтому 15 мая 1942 г. приказом НКО СССР № 0399 при школе инструкторов-снайперов под Москвой, в Вешняках, было предложено сформировать курсы по подготовке снайперов с 3-месячным сроком обучения. Приказом же НКО СССР № 0564 от 18 июля 1942 г. сроки обучения курсантов в школе инструкторов-снайперов были увеличены до 6 месяцев(47).

Но нужно заметить, что первоначально с идеей об образовании школ снайперов на уровне батальонов и рот, выступили сами снайперы, а не высшее военное руководство. По воспоминаниям Пчелинцева В.Н.: «С идеей организовать у нас в батальоне школу снайперов я обратился к комиссару батальона. Спустя несколько дней, получив «добро» от командования, я подобрал лучших стрелков батальона и начал с ними занятия по разработанной мной и утвержденной командованием программе»(28). Конечно немаловажным фактором, была роль партийных и комсомольских организаций в развитии снайперского движения. Они пытались придать движению массовый характер. Им на помощь пришла газета. На фронте все бойцы ждали выхода газет. Они играли немаловажную роль в агитации. На фронте даже действовало правило: «Прочти и передай товарищу!».  Фронтовые газеты передавались друг другу, зачитывались важные статьи и сообщения. Это позволяло передавать советы и мнения знаменитых бойцов.

Постепенно в газетах появились многочисленные рубрики: «Перекличка истребителей», «Опыт истребительного движения», «Трибуна истребителей» и т. д. 19 ноября 1941 г. во фронтовой газете впервые появилась рубрика – «Почет и слава истребителям фашистов!»28. Она стала своеобразной Доской почета лучших истребителей Ленинградского фронта.  В декабре 1941 года в частях и подразделениях фронта были проведены собрания, совещания, конференции лучших истребителей. Они сыграли большую роль в личных контактах мастеров меткого огня, помогли решить ряд организационных вопросов снайперского движения, позволили обменяться боевым опытом. Немаловажную роль сыграло также открытое письмо Пчелинцева В.Н. к Вежливцеву И.Д. опубликованное в газете «Ленинский путь» за 31 декабря  1941 года, в котором он призывал проводить перекличку между снайперами.29 И уже 2 января 1942 года в ответном письме Вежливцев И.Д. поддержал эту идею. Два письма красноармейцев открыли новую страницу в истории снайперского движения на Ленинградском фронте. Они ознаменовали переход снайперского движения на новую ступень организации. После публикации писем в январе 1942 года все чаще и чаще стали проходить слеты на уровне армий. Первым такой слет провели 10 января в 23-й армии, 13 января в 55-й и в 42 армии, а 23 февраля слет прошел в 8 армии, что завершило формирование снайперского движения уже на уровне фронта. Слеты проводились с целью передачи опыта между снайперами, для доведения до командования проблем, для знакомства между собой и тем самым расширяя снайперского движения.

Проведенные в январе 1942 г. во всех армиях Ленинградского фронта слеты истребителей помогли вывести снайперское движение на новый уровень. Во всех частях, соединениях и объединениях шла напряженная боевая работа. Первые награждения снайперов за успешные действия были сделаны 6 февраля в Москве, когда был подписан Указ Президиума Верховного Совета СССР о присвоении пятерым истребителям Ленинградского фронта звания Героя Советского союза48.  По воспоминаниям самих снайперов данный Указ был воспринят с воодушевлением и показал высокую оценку их участия в войне.

Организовывая работу по подготовки города к обороне, Военный совет Ленинградского фронта 10 февраля принял постановление «Об истребительном движении в войсках фронта», в котором определил задачи командиров и политорганов по широкой мобилизации личного состава на борьбу с врагом. Политуправление фронта, направив эту директиву в войска, предлагало командирам и политорганам, партийным и комсомольским организациям всячески поддерживать и поощрять боевую инициативу воинов. Документ требовал принять все меры к расширению движения снайперов-истребителей.

Особое внимание следует обратить на обще фронтовой слет снайперов, проходивший в Смольном 22 февраля, на котором присутствовали все высшее руководство Ленинграда и командование частей и соединений всех армий Ленинградского фронта. Это был первый общефронтовой слет снайперов, где присутствовали в т.ч. и снайперы, стоявшие у истоков всего движения. Но из десяти снайперов приехало только шесть: И. Д. Вежливцев, В. Н. Пчелинцев, П. И. Голиченков, А. А. Калинин, Ф. В. Яковлев, Козлов. Остальные четыре, к сожалению, погибли: Ф. А. Смолячков, Синявин, Фомин, С. П. Лоскутов. Приехавшие снайперы получили  звания Герой Советского союза, именные винтовки и полевые бинокли. 

К весне 1942 года снайперское движение на Ленинградском фронте достигло своего пика. Газета «Правда» 14 марта 1942 г. рассказала о снайперах в передовице «Мастера меткого огня», «Известия» писали о снайперах в передовой статье «Сверхметкий стрелок(49). Наибольшее количество публикаций о снайпинге печатала «Красная звезда». Все это способствовало тому, что снайперское движение на Ленинградском фронте становится массовым. Как следствие именно здесь оно приобретает новую силу и позже распространяется на остальные фронты.

Обстановка в 1942 г. на фронтах стабилизировалась. После победы над Москвой немецкие войска были отброшены на 150 – 300 км на центральном направлении. На южном направлении фронт стабилизировался под Харьковом. Советское руководство, воодушевленное успехами под Москвой, попыталось перехватить стратегическую инициативу и в мае 1942 г. бросило крупные силы в наступление под Харьковом. Из-за многочисленных ошибок в плане летней кампании 1942 г. советское командование не смогло воспользоваться преимуществами, полученными в ходе зимнего наступление 1941/1942 годов. Немецкие войска, перехватив инициативу, в июле начинают проведение операции «Блау». К началу июля обстановка на юго-западном и южном участках фронта складывалась катастрофическая – советские войска отступали, безуспешно пытаясь создать устойчивую оборону. Немцы активно теснили соединения Красной Армии  к Дону. Наше командование, не поддаваясь панике, пыталось затормозить наступление противника, и готовило новые оборонительные рубежи. Эти события предшествовали одному из самых знаменитых и решающих сражений Великой Отечественной войны – Сталинградской битве.  Здесь, так же как и на Ленинградском фронте, отличились снайперы. Еще в июле, когда немецкие намерения стали  ясны советскому командованию, удалось разработать планы по обороне Сталинграда. 23 августа 1942 г. немцы вошли в город, начались тяжелые затяжные бои. Советские войска все дальше отходили к берегу Волги, находясь под постоянным огнем противника. Командование РККА начало активно применять малые штурмовые группы, а так же снайперов, для задержки войск противника.

Именно в этот период, в Сталинградских боях родилась боевая слава снайперов В. Зайцева, В. Медведева, В. Феофанова, Н. Куликова и многих других. Когда в октябре 1942 г. обстановка в городе стабилизировалась, среди защитников Сталинграда широкое распространение получило снайперское движение, насчитывавшее свыше 400 мастеров меткого огня22. В 284-й стрелковой дивизии 62-й армии за три месяца уличных боев снайперы уничтожили 3166 немецких солдат и офицеров(65).

«Пионерами» снайперского движения в этой дивизии были сибиряк Александр Калентьев и уроженец Челябинской области Василий Зайцев, оба из 1047-го стрелкового полка подполковника Метелева. За время боев на улицах города и на Мамаевом кургане они уничтожили 1278 вражеских солдат и офицеров. Снайперское движение получило распространение и в других частях. Политотдел дивизии стал выпускать «лицевые счета» снайперов, а дивизионная газета и агитаторы рассказывали о  боевом мастерстве лучших истребителей врага.

Немцы прилагали отчаянные усилия, пытаясь прорвать оборону 284-й стрелковой дивизии, выбить ее с занимаемых позиций. Особенно ожесточенная борьба разгорелась за высоту 102,0— Мамаев курган. Эта господствующая над городом возвышенность протянулась вдоль берега приблизительно на 1000 м; в ширину она имеет 400-500 м, в высоту — 80 м. В октябре 1942 г. Мамаев курган был разделен на две части: восточные его скаты занимали советские войска, западные — немцы. В руках противника были и так называемые «чертовы купола» — водонапорные баки на вершине высоты, главные наблюдательные пункты врага, где в безопасности сидели его артиллерийские корректировщики. Борьба за баки в значительной мере определяла исход борьбы за   Мамаев  курган.

         В виду значимости Сталинграда и отсутствием должного вооружения в армейских частях, ставка ВГК принимает решение об усилении Сталинградского фронта боевой техникой и вооружением. 12 октября 1942 года выходит директива за номером 203974(8), в которой ставка приказывала передать войскам Сталинградского фронта значительную часть стрелкового вооружения, пушек и танков. В этой же директиве указывалось и о 1000 штук снайперских винтовок.

Несомненно, в Сталинградской битве участвовало большое количество снайперов, но рассматривая снайперское движение на Сталинградском фронте нужно внимательно остановиться на легендарной личности – Василии Зайцеве. Он в боях за Родину уничтоживший 242 немецких солдата и офицера, в том числе, руководителя берлинской снайперской школы майора Конингса. Всего же группа Зайцева за четыре месяца Сталинградских боев уничтожила 1126 военнослужащих противника. Соратниками по оружию Зайцева были Николай Ильин, имевший на своем счету 496 убитых немца, Петр Гончаров – 380, Виктор Медведев – 342(22). Следует отметить, что главная заслуга Зайцева – не столько в его личном боевом счете, сколько в том, что он стал ключевой фигурой в развертывании снайперского движения среди руин Сталинграда.

Уличный бой, особенно в крупном городе, резко отличался от полевого боя. Борьба здесь шла за отдельные дома, а внутри домов – за этаж, лестничный пролет, квартиру. Большое расчленение, дробность боевых порядков подразделений и частей, действующих мелкими штурмовыми группами, – вот одна из главных особенностей городского боя. В Сталинграде противоборствующие стороны располагались не далее ста метров друг от друга, местами даже до двадцати пяти метров. Во многих местах тяжелые огневые средства и штурмовая авиация не могли вести огонь, т.к. был риск нанести удар по своим позициям. Поэтому в борьбе за огневую инициативу решающая роль принадлежала гранатометчикам, стрелкам противотанковых ружей (ПТР), и в первую очередь снайперам.

 Василий Зайцев начал действовать в одиночку на узком участке в зоне ответственности своей роты (протяженностью около 200 метров) у метизного завода. К тому времени уже производственные цеха были почти полностью разрушены, противоборствующие стороны внимательно следили друг за другом. Каждое неосторожное движение, каждая оплошность немедленно наказывались. В этих условиях В. Зайцев начал свою охоту за фашистами. Известно, что в полевом бою снайперы обычно стремятся выдвинуться к переднему краю противника, поближе к объектам своего наблюдения и огня. Так сначала действовал и В. Зайцев. Когда же солдат начал натыкаться на вражеских снайперов, подстерегающих его, то, естественно, он попытался уйти из сферы их огня, в то же время, не упуская их из пределов досягаемости своей винтовки. Позиции немецких снайперов на этом участке располагались в глубину на дистанциях, обычно не превышающих 800 метров. С более дальних дистанций немецкие снайперы не вели огня. Их посты находились ближе к переднему краю. Василий в поисках огневых позиций стал уходить от переднего края в глубину нашего расположения. Удалившегося на 1000 метров Зайцева, немцам было уже труднее обнаружить.

Бороться с немецкими снайперами в одиночку становилось все труднее. Тогда возникла мысль об организации группы снайперов. Василий Зайцев ходил в роты, подолгу беседовал с бойцами, отбирая людей в снайперскую группу. В итоге им было отобрано 30 человек. Учеба шла тут же, недалеко от переднего края. Начинающего снайпера всегда выпускали в паре со "стариком". Это целиком себя оправдало. Боевую задачу группе обычно ставил командир батальона. Но часто по приказу командира группе приходилось работать и в соседних подразделениях, играя роль своеобразного маневренного огневого средства.

Снайперская группа была разбита на отделения, по три пары в каждом. Пары и отделения занимали позиции так, чтобы было обеспечено огневое взаимодействие и взаимная поддержка. Старшему каждой шестерки, командиру отделения, В. Зайцев сам назначал сектор наблюдения и обстрела, ставил определенную огневую задачу. Приходя на новый участок, снайперы обычно первый день посвящали наблюдению и разведке. Еще на исходной позиции (укрытом месте в тылу участка обороны подразделения) снайперы получали информацию, собранную старшим группы, у командиров, наблюдателей, разведчиков и артиллеристов. Информация эта помогала Зайцеву правильно разбивать секторы наблюдения. Стрелять в первый день запрещалось. Хоть и «чесались» руки у молодых снайперов, но после гибели Дмитриева, который успел сделать всего один выстрел, не изучив предварительно расположение снайперских гнезд врага и необдуманно выбрав огневую позицию, все стали твердо держаться этого правила.

На каждого снайпера оборудовалось несколько позиций, иногда до пяти. Советские снайперы применяли тактику один выстрел и смена позиции. Выбор снайперских позиций в городском бою имел решающее значение. Вот почему по утрам, когда снайперы занимали места, Василий Зайцев лично обходил их, проверял, как оборудованы позиции, и "закрывал" неудачно выбранные места.

Деревянных домов избегали, так как они быстро загорались при обстреле. Позиции старались выбирать, следуя накопленному боевому опыту, на удалении 800 – 1000 метров от немецких снайперов, на верхних этажах, карнизах и чердаках каменных зданий, которые давали хороший обзор. Устроив и замаскировав амбразуру, снайпер обычно располагался в глубине здания, чтобы не быть замеченным и не обнаруживать себя выстрелом.

Пока группа действовала на участке, Зайцев каждый день изучал журналы наблюдателей, донесения разведчиков. По вечерам, когда снайперы собирались на исходной позиции, подводились итоги дня, уточнялась задача на завтра. Журналы пехотных наблюдателей позволяли также контролировать эффективность огня снайперов.

Для связи между снайперскими отделениями использовали телефон и другие средства, которыми располагали роты, а также посыльных. Сигналы обшей смены позиций или отхода на исходную позицию подавались ракетами.

Именно в период Сталинградской битвы В. Зайцев предложил поставить на противотанковые ружья, ПТРС и ПТРД, снайперский прицел, для подавления наиболее укрепленных позиций. Поэтому в штате, очень часто, две пары снайперов имели кроме винтовок, противотанковые ружья и вели кинжальный огонь по целям, которые трудно было поразить снайперской пулей: по хорошо защищенным амбразурам, укрытым пулеметам, танкам и самолетам.

Снайперы успешно действовали и в других частях и соединениях оборонявших Сталинград советских войск. Так, в 13-й гвардейской стрелковой дивизии 62-й армии 52 снайпера в октябре 1942 г. уничтожили 480 солдат и офицеров противника(20).

На протяжении почти всей Сталинградской битвы советские войска, особенно снайперы, держали немцев под непрекращающимся шквальным огнем. Сталинградские снайперы также как и снайперы Ленинграда помогли отстоять город.

Когда же началось знаменитое Сталинградское наступление, снайперы вошли в состав блокирующих групп. Они участвовали в огневой подготовке и обеспечении атаки штурмовых групп. Точным огнем по быстро скрывающимся целям, снайперы расчищали дорогу пехотинцам, которые врывались в дома, занятые врагом, и истребляли немцев гранатами и штыками. В этих боях Сталинградские снайперы показали высокое искусство меткого скоростного выстрела и стрельбы навскидку.

В 13-й гвардейской стрелковой дивизии 98 снайперов уничтожили 3879 солдат и офицеров, в 39-й гвардейской стрелковой дивизии 70 снайперов имели на своем счету 2572 человека. В среднем же в 62-й и 64-й армиях, оборонявших Сталинград, на одного снайпера приходилось по 25-30 убитых немцев. По самым же приблизительным подсчетам, за период Сталинградской битвы советские снайперы уничтожили свыше 10000 немецких солдат и офицеров(63).

Активное тиражирование снайперских подвигов в газетах, поддержка среди солдат и офицеров, а так же высшего командования помогло сделать снайпинг массовым и привлекать все больше людей. Немаловажным фактором становится система всевобуча, которая  позволила обучить большое количество снайперов. Всего через систему всевобуча прошло от 6 до 9 млн. человек. Из них за весь период войны было обучено 428335 снайперов, которые усилили боевые порядки пехотных частей. Помимо этого в учебных формированиях центрального подчинения было подготовлено 9534 снайперов высокой квалификации. При этом необходимо отметить, не смотря на такое большое количество обученных снайперов, реально снайпингом занималось  лишь несколько тысяч.  

Опыт боевого применения снайперов на фронтах показал, что наравне с мужчинами высокую снайперскую выучку и эффективность в боевой работе показали девушки-снайперы. ЦК ВЛКСМ еще ранее в 1941 г. обратился в Народный комиссариат обороны с предложением разрешить в комсомольско-молодежных подразделениях всевобуча подготовку девушек, в том числе и снайперов. На 1 января 1942 г. в этих подразделениях было подготовлено 14819 девушек-снайперов, в марте — августе 39 941(64).

Приказом НКО СССР № 0910 от 27 Ноября 1942 г. Школа инструкторов-снайперов была переформирована в Центральную школу инструкторов снайперского дела при ГУВВО НКО СССР с 6-месячным сроком обучения. Одновременно, этим же приказом при ЦШИСД были сформированы женские курсы отличных стрелков снайперской подготовки (ЖКОССП) (с 3-месячным сроком обучения) и школа отличных стрелков снайперской подготовки (ШОССП) на базе курсов по подготовке снайперов при школе инструкторов-снайперов с 3-месячным сроком обучения. Дальнейшим организационным мероприятием по совершенствованию централизованной подготовки снайперов стал приказ НКО СССР № 0367 от 21 мая 1943 г.  Им в частности предусматривалось переформирование женских курсов отличных стрелков снайперской подготовки  при Центральной школе инструкторов снайперского дела в Центральную женскую школу снайперской подготовки при ГУВВО НКО СССР(28).

В заключительный период наступления советских войск под Сталинградом, было принято решение о начальной подготовке в системе всевобуча бойцов специалистов четвертой очереди. Данное решение  осуществлялось в рамках  приказа  НКО  № 0974 от  21   декабря  1942 г. о призыве в Красную Армию граждан  1925 года рождения(8). В директиве указывалась необходимость подготовки именно снайперских кадров, а так же сроки окончания обучения.

Немаловажным фактором в развитии снайпинга стала централизация их подготовки. В 1943 г. вышел приказ о реорганизации пехотных военно-учебных заведений Красной Армии под номером № 0097. Этим документом была проведена реорганизация 3-го Ленинградского и Смоленского училища в снайперские военные училища, численностью курсантского состава 1000 человек в каждом(9).

Сталинградская битва стала так же важным рубежом в использовании снайпинга. Она вновь показало высшему командованию, что снайперы могут активно влиять на ход отдельных сражений и боев. Вновь вспомнили об опыте, накопленном в годы войны в Испании, в Советско-финской войне. Снайперы стали включатся в состав рот, в состав батальонов. Именно период первых двух лет войны стал наиболее ярким в истории снайперского движения. Активные оборонительные бои Красной Армии способствовали расцвету снайпинга, но с изменением обстановки на фронтах в 1944-1945 гг., снайперы отходят на второй план и все реже упоминаются в сводках военного командования и в газетах.

Значение снайперского движения на фронтах Великой Отечественной войны невозможно недооценить. Героическими усилиями и успешными действиями стрелков в условиях позиционной войны в городе, был получен большой опыт, который в последствие стал применяться не только в Советском Союзе, но и за пределами страны. Многие снайперы, оставшиеся в живых, опубликовали яркие воспоминания и заметки, по которым были созданы наставления и теоретические материалы. Именно снайперы оказали большое влияние во время блокады Ленинграда, и Сталинградской битвы, многие из снайперов овеяны легендами. Снайперским движением в СССР в определенной мере был достигнут прогресс в методологии использования укрытий, были разработаны некоторые технологические новшества. Был совершен прорыв в использовании снайперских прицелов, созданы прообразы современных тяжелых снайперских винтовок. Имена снайперов, овеянные славой, навсегда останутся в памяти поколений.

 

 

 

Глава 3. Применение снайперов в армиях главных участников Второй мировой войны.  

  • 1. Немецкий снайперы во время Второй мировой войны.

Когда речь заходит о снайпинге периода Второй мировой войны, то обычно вспоминают о советских снайперах. Действительно, такого размаха снайперского движения, какое было в Красной Армии в те годы, не было ни в одной другой армии, а общий счет уничтоженных нашими стрелками вражеских солдат и офицеров исчисляется десятками тысяч. Но, как известно, во время Первой мировой войны именно германская армия первой стала активно применять точный винтовочный огонь специально обученных еще в мирное время снайперов для уничтожения наиболее важных целей – офицеров, связных, дежурных пулеметчиков, артиллерийской прислуги. Отметим, что уже в конце войны немецкая пехота имела в своем распоряжении до шести снайперских винтовок на роту – для сравнения нужно сказать, что русская армия того времени вообще не имела ни винтовок с оптическими прицелами, ни подготовленных стрелков. Нужно отметить, что немецкие снайперы сыграли особую роль именно в позиционный период войны. Даже не атакуя передний край противника, войска Антанты несли потери в живой силе. Именно немецкий опыт практического применения снайпинга в условиях установившихся долговременных позиций послужил основой для появления и развития этого вида военного искусства в войсках союзников. Тем не менее, в межвоенный период о снайперах в германской армии как-то забыли. Впрочем, ничего необычного в этом нет: почти во всех европейских армиях (за исключением РККА) снайперское искусство посчитали просто интересным, но незначительным экспериментом позиционного периода Большой войны. В этой главе мы попытаемся показать, как развивалось движение в годы Второй мировой войны и какие факторы стали основными для более широкого использования снайперов в Германии.

         Рассматривая снайперское движение в войсках вермахта в годы Второй мировой войны, мы столкнулись с проблемой. Историки обеих сторон утверждают, что снайперское движение в их армиях возникло после того, как они столкнулись с массовыми атаками снайперов противника. Немецкая версия выглядит так: в своих планах командование немецкой армии делало ставку, прежде всего на танковые удары и быстрое продвижение вглубь, территории противника. При таком раскладе снайперу просто не оставалось места в армии — его уже считали «пережитком окопных боев Первой мировой». И только зимой сорок первого года, после того, как стало понятно, что «молниеносная война» не удалась и немецкие части все чаще были вынуждены переходить от атак к обороне, а на позициях советских войск стали появляться снайперы, командование «вспомнило» о необходимости тренировки и своих «сверхметких стрелков». Но такая версия выходит из известной нам информации. Для обучения снайперов требуются тщательная подготовка и опытный кадровый состав, поэтому высказывание немцев об отсутствии снайперов в начале войны и повсеместном превосходстве Красной Армии в снайпинге, не подтверждается. Данное высказывание легко  опровергнуть.

         В своих воспоминаниях немецкий снайпер Гюнтер Бауэр говорит, что в армию его призвали еще 1937 году, то есть за два года до войны. Он пишет о том, как он был зачислен в снайперы: «Наш сержант практически сразу заметил, что я стреляю очень метко, и через некоторое время он сказал мне, что после базовой подготовки меня направят в снайперскую школу»(15). Уже один этот факт неоспоримо свидетельствуют о наличии школ для подготовки снайперов задолго до войны. Об этом говорит и то, что для обучения стрелков требовались опытные кадры, причем эти кадры должны были иметь опыт боевых действий, что так же говорит о развитии снайпинга задолго до войны.  Основываясь на этой информации, мы можем поставить под сомнение немецкую версию развития снайпинга. Но полностью мы отвергнуть данную точку зрения мы не можем.

         Необходимо учитывать, что снайпинг в РККА смог быстро выйти на массовый уровень благодаря развитой системе довоенной подготовки в ОСОАВИАХИМ, в спортивном обществе «Динамо» и всевобучу. После начала войны, когда снайперы РККА показали свою эффективность, командование смогло в кротчайшие сроки поставить на поток выпуск снайперов. В вышеперечисленные организации имели развитую структуру, в которую входило больше половины населения страны и благодаря этому после объявления войны почти все они вступили в армию. В войсках вермахта такой подготовки мирного населения не было, что пагубно сказалось на моральном состояние войск вермахта после столкновения с массовым снайперским террором со стороны войск РККА. О проблеме отсутствия должной подготовки  и оснащения немецких снайперов свидетельствует в своей книге подполковник вермахта Э. Миддельдорф(59).

Немаловажным фактором в отставании в снайпинге вермахта на первоначальном этапе войны стало комплектование снайперами воинских подразделений. Если в РККА даже на уровне взвода были снайперы, то в вермахте из метких стрелков собирали целый снайперский взвод, который действовал в составе более крупных подразделений. Об этом говорит в своих воспоминаниях Гюнтер Бауэр: «В одном грузовике со мною ехали Антон, Михаэль и еще семнадцать других снайперов. Все вместе мы составляли особый снайперский взвод»(15) Но уже в 1942 году ситуация стала значительно меняться и вермахт смог усиленно начать готовить снайперов.  Их не стали объединять в целые снайперские взводы, а распределили по ротам и взводам. Рассмотрев первоначальный этап войны, мы можем сказать, что условия по подготовке, оснащению снайперов, а так же укомплектование воинских подразделений в немецкой армии удалось незначительно изменить только в 1942 году.

С 1942 года, когда на двух направлениях (Сталинград и Ленинград) установился период позиционной войны, произошла наиболее сильная активизация снайпинга. Именно на этих двух направлениях были заложены основные методы снайперской и антиснайперской борьбы, которые используются до сих пор.

Если советская пропаганда широко афишировала успехи своих снайперов, то в вермахте отношения к снайперам было негативным. Их считали убийцами, и многие офицеры с призрением относились к ним и фактически не привлекали их к боевым действиям. Однако были офицеры, понимающие важность использования в войне снайперов. В своих мемуарах Гюнтер Бауэр говорил, что при назначении командир полка заявил ему: «Что ж, некоторые старые военные относятся к снайперам предвзято. Но я знаю истинную цену подобным бойцам»(15) Ситуация стала кардинально меняться, только после снайперского террора со стороны войск РККА.

Поворотным моментом стал 1944 год. Когда роль снайпинга наконец была по достоинству оценена высшим командованием Вермахта, то на свет появился учебный фильм "Невидимое оружие", были созданы новые доктрины снайперской  стрельбы, повсеместно подчёркивалась необходимость правильного  использования снайперов.

Генрих Гиммлер был заинтересован в развитии в СС искусства  снайперской стрельбы. Уже на ранних этапах существования этой организации он подписал программу  подготовки снайперов для войск СС.  После того, как в 1944 году Гиммлер стал главнокомандующим армией резерва, по его приказу в ежедневных сводках стали сообщать об успехах снайперов войск СС и Вермахта. Гиммлер признавал, что успешных снайперов нередко обходят при составлении списков награжденных. Он решил изменить такое положение вещей и потребовал более скорого признания побед снайперов, чтобы стимулировать их дальнейшие успехи на передовой. Соответствующим образом рейхсфюрер СС добился награждения снайпера за сто подтвержденных побед золотым Военным орденом Германского Креста(32).

Так же снайперские подвиги стали широко освещаться в СМИ немецкой армии. По воспоминаниям Бруно Сюткуса о его подвигах напечатали две  армейские газеты вермахта: газета Верховного командования Вермахта  «Нашей армии» и газета 4 танковой армии «Гусеница и колеса».32 Так же происходит изменение в сознании офицеров. В 1944 году по воспоминаниям Бруно Сюткуса, ему прислали телеграмму из штаба армии, где выражали признательность за боевые победы(32).

Широкое распространение в армии Германии получила  памятка под названием «Десять заповедей снайпера», которая гласила:

 — Сражайся самоотверженно.

— Веди огонь спокойно и осмотрительно, концентрируйся на каждом выстреле. Помни, что быстрая стрельба не имеет эффекта.

— Стреляй только тогда, когда уверен, что не будешь обнаружен.

— Твой главный противник – вражеский снайпер, перехитри его.

— Не забывай, что саперная лопатка продлевает твою жизнь.

— Постоянно практикуйся в определении расстояний.

— Стань мастером в применении местности и маскировке.

— Тренируйся постоянно – на передовой и в тылу.

— Береги свою снайперскую винтовку, не давай ее никому в руки.

— Выживание для снайпера на девять частей – камуфляж и только на одну – стрельба(32).

Еще одним моментом в истории признания послужил указа от 20 августа 1944 года, который подписал  Гитлер. В нем был учреждён знак «снайпер»  3-х степеней. 3 степень (без окантовки) – 20 уничтоженных противников, 2 степень (с окантовкой серебристой нитью) – 40 противников, 1 степень (с золотистым кантом) – 60 и более(32). 14 декабря 1944 года по дополнительному указу Верховного командования германских Вооруженных сил, этот знак стали давать и другим родам войск.  Интересен тот факт, что снайперы имевшие счет до указа, как бы обнулили свои данные и вели  счет заново. Непременным условием для подтверждения уничтоженных противников стало наличие свидетеля, офицера или двух солдат унтер-офицеров зафиксировавших факт уничтожения противника. В конце войны многим военным, получившим знак «Снайпер», пришлось в спешном порядке срывать его с себя. Так как их лица были напечатаны в СМИ, советские солдаты и офицеры легко опознавали немецких снайперов по фотографиям и безжалостно уничтожали.

         Если о снайперской тактике в войсках РККА написано много книг и статей, то о немецкой тактике сведений почти не осталось. Некоторое представление о немецких стрелках дает интересное интервью с тремя бывшими снайперами вермахта.64      Они отказались назвать свои имена, поэтому все трое обозначены буквами A, B, C. Это интервью наиболее полно показывает, как развивалась тактика, и какие методы для снайпинга они использовали. Снайперское подразделение в армии Германии насчитывало до 22 солдат, из которых шесть были постоянно в группе, остальные прикреплены к ротам. В конце войны эта тенденция изменилась, об этом говорят в своих мемуарах Йозеф Оллерберг и Бруно Сюткус: «К нам, наконец, прибыло пополнение. В нашем батальоне появился второй снайпер»(32).

         Воспоминания Бруно Сюткуса наиболее точно описывает состояние, в котором оказались немецкие снайперы в конце войны. Количество снайперов Вермахта сокращалось и если в начале войны комплектовали по шесть снайперов на роту, то под конец войны, даже в батальоне было всего 2 снайпера. Снайперы выходили на «охоту» всегда в паре.

В немецкой тактике применялись разнообразные и интересные виды боя. Если это была атака, то стреляли по пулеметным расчетам и по помощникам артиллеристов.  Если это была оборона, то в первую очередь уничтожались офицеры и пулеметчики. Гюнтер Бауэр, вспоминает, как во время одной из советских атак, он заметил людей сзади атакующих цепей, офицеров подгонявших красноармейцев, тогда он открыл по ним огонь и после того как все были убиты, солдаты вернулись обратно, так как ни кто их не подгонял(15).

В воспоминаниях снайперов стрелков набирали из охотников, браконьеров, солдат, хорошо зарекомендовавших себя в ходе подготовки в СА. Некоторые снайперы первоначально были пулеметчиками.   

         В немецкой армии использовалась 7,92-мм винтовка Маузера образца 1935 года (К98) с полуторакратным прицелом образца 1941 года или четырехкратным прицелом Цейса. По своим основным боевым свойствам это оружие не особенно отличалось от советской винтовки Мосина. С 1943 года вермахт применял самозарядный карабин системы Вальтера (обр. 1943 г.) с четырехкратным прицелом.

Снайперскую версию 7,92-мм карабина «Маузер» 98К испытали ещё в 1939 году, но серийно эта версия начала производиться только после нападения на СССР. С 1942 года 6% всех производимых карабинов имели кронштейн для оптического прицела, однако на протяжении всей войны в немецких войсках наблюдалась нехватка снайперского оружия. Например, в апреле 1944 года вермахт получил 164525 карабинов, но оптические прицелы имели только 3276 из них, т.е. около 2%. Впрочем, согласно послевоенной оценке немецких военных специалистов, «оснащенные стандартной оптикой карабины типа K98 ни в коем случае не могли отвечать требованиям боя. По сравнению с советскими снайперскими винтовками… они существенно отличались в худшую сторону. Поэтому каждая захваченная в качестве трофея советская снайперская винтовка сразу же использовалась солдатами вермахта»(56).

Очень интересен тот факт, что оптический прицел ZF41 с увеличением 1,5х крепился к специально выточенной на прицельной колодке направляющей, так что расстояние от глаза стрелка до окуляра составляло около 22 см. Немецкие специалисты по оптике считали, что такой оптический прицел с небольшим увеличением, установленный на значительном расстоянии от глаза стрелка до окуляра, должен быть достаточно эффективным, поскольку позволяет наводить перекрестие на цель, не прекращая наблюдения за местностью. При этом малая кратность прицела не давала значительного расхождения в масштабе между предметами, наблюдаемыми через прицел и поверх него. Кроме того, такой вариант размещения оптики позволял заряжать винтовку с помощью обойм, не теряя при этом из поля зрения цель и дульный срез ствола. Но, естественно, что снайперская винтовка с таким маломощным прицелом не могла быть использована для стрельбы на большие дистанции. Впрочем, такое приспособление все равно не было популярно среди снайперов вермахта – зачастую подобные винтовки попросту бросали на поле боя в надежде найти себе что-нибудь лучше. По воспоминаниям Йозефа Оллерберга свою карьеру снайпера он начал с советской винтовкой и очень жалел, когда ее потерял.

У немецких и финских снайперов на сверхточных винтовках "Маузер-7,92" стояли прицелы увеличением всего 2,5 раза. Немцы считали, что больше не надо. Были у немецких снайперов прицелы с десятикратным увеличением, но стреляли с ними только виртуозы. Такой прицел добыл в качестве трофея русский снайпер Василий Зайцев в поединке с начальником Берлинской школы снайперов.

Стрелки с низким и средним уровнем подготовки лучше попадали, используя прицелы с малым увеличением. Процесс прицеливания с оптическим прицелом был очень строгий. При прицеливании надо было быть очень собранным и внимательным. Оптический прицел не столько облегчал прицеливание, сколько мобилизовал усилия тренированного стрелка на прицеливание и удержание оружия. Именно в этом плане оптический прицел позволял стрелкам с высокой подготовкой реализовать свои резервные возможности. Только профессиональные снайперы с хорошо поставленной изготовкой, наработанной устойчивостью, при нервной системе, уравновешенной до полного безразличия, с отсутствием пульсации и обладающие адским терпением, могли себе позволить работать с прицелом увеличением в 6 крат и выше. У таких стрелков мишень в прицеле вела себя спокойно и не пыталась управлять выстрелом(61).

С 1943 года в вермахте стали  применять самозарядный карабин системы Вальтера (образца 1943 г.) и 7,92-мм самозарядную винтовку G43 (или К43). Однако в силу малой надежности и низкой точности "вальтер" не пользовался популярностью в войсках – так же как и винтовка Токарева (СВТ)  в Красной Армии. Германское военное руководство требовало, чтобы все винтовки G43 имели оптический прицел, но это уже было невозможно выполнить. Тем не менее, из 402703 выпущенных до марта 1945 года винтовок, почти 50 тысяч имели уже установленный оптический прицел. Кроме того, все винтовки имели кронштейн для установки оптики, поэтому теоретически их можно было использовать в качестве снайперского оружия.

8 мая 1945 года была подписана капитуляция Германии. Великая Отечественная война завершилась, полным разгромом вермахта. Одновременно с этим прекратил свое существование немецкий снайпинг. Снайперы вермахта, как и положено солдатам до конца войны исполняли свой воинский долг. После войны снайперы стали скрывать свое воинскую специальность, многие попали в плен и там расстреляны. Но, несмотря на это память о метких немецких снайперах сохранилась, в мемуарах советских и союзных солдат.

Вклад, который внесли немецкие снайперы в методологию снайпинга, был огромным. Несмотря на отсутствие, после военных исторических исследований по снайпингу, проведя исследовательскую работу по имеющимся данным, мы можем сказать, что немецкие снайперы в противостоянии со снайперами противника, заслужил славу искусных снайперов. Во время войны были разработаны основные методы использования и маскировки снайперов. Были разработаны основные виды снайперских винтовок. Несмотря на это у немецких снайперов был ряд проблем: неправильное распределение в частях пехоты, отсутствие должной подготовки и поддержки среди солдат и офицеров. Данные черты мы проследили вплоть до 1944 года, после чего снайпингом заинтересовались в верхних эшелонах власти, но все это пришло с опозданием, война была проиграна.  Несмотря на это на основе опыта немецких снайперов, многие страны впоследствии составляли свои методики использования и обучения снайперов.

 

 

 

 

 

 

 

  • 2. Снайперское движение в Антигитлеровской коалиции.

1 сентября 1939 года немецкие войска перешли границу Польши. На Французско-немецкой границе скопились франко-британская и немецкая армии. Начался период «странный войны». 10 мая 1940 г. Гитлер напал на Францию и в течение нескольких недель захватил ее. Первые боевые столкновения были скоротечными. Армия союзников оказалась  прижатой к берегу моря и была срочно эвакуирована. В июне Италия нападает на колонии Англии и Франции в Африке. Война окончательно приобретает характер мировой в 1941 г. Во многих частях света, где проходили бои, начинается активная позиционная борьба.

Когда в мае 1940 года англо-французские войска были прижаты к Дюнкерку, снайперы сыграли важную роль в усилиях по отражению немецких нападений. Они не позволяли приблизиться немецким войскам к позициям. Дюнкерк дал понять британским офицерам, что снайпинг не изжит и играет важную роль в современной войне. Британское министерство обороны открыло школу для подготовки снайперов, как рядовых, так и офицеров, в Бисли. Инструкторами по обучению, стали солдаты шотландского полка «Скауты Лоувэта».

В Британской армии снайперами становились охотники, выходцы из Канады, Новой Зеландии и Австралии. Именно среди них набирались лучшие стрелки.

 Впервые они показали все свои возможности в 1942 году при осаде Тобрука. Но их полезность была ограниченна плохим вооружением.

Что касается американцев, то после начала войны в 1939г., США не участвовала в активных боевых действиях, поставляя лишь различную помощь по ленд-лизу. Снайпинг в США практически не имел основы.  Если остальные страны получили опыт в Первой мировой  войне, то США опыта, практически, не имели. В межвоенный период из-за экономических проблем в США деньги на подготовку снайперов и создание оружия практически не тратились. К тому же, население страны негативно относилось к идее вооружения армии. Но это не означало, что армия полностью игнорировала развитие винтовок, в том числе снайперских.

Джон Гранд работал над новой полуавтоматической винтовкой с середины 1920-х годов и экспериментировал над новым патроном калибра 276, но по приказу начальника штаба армии Дугласа Макартура, Гранду было поручено создать свою винтовку под старый патрон калибра 30-06. В условиях трудностей, которые возникли у производителей, разработка или проектирование снайперского варианта не рассматривалась. В 1941 году это поставило армию США в затруднительное положение. Перед лицом серьезного конфликта, президент компании Equipment Board писал: «В армии отсутствует специальная система подготовки снайперов, а так же не принимаются меры по закупки специального оборудования. Специальное оборудование дорогостоящие и нуждается в специализированном персонале, для поддержания и использования. Могут возникнуть проблемы при закупке и доставке, в случае начала активных операций»(72).

8 декабря 1941 года Япония  атаковала британскую колонии Гонконг, Филиппины, Таиланд и Малайю. Одновременно (формально 7 декабря, из-за разницы во временных поясах) самолёты с японского авианосного соединения совершили нападение на американский флот в гавани Пёрл-Харбор. США вступили во Вторую мировую войну.

         Тихоокеанский фронт наряду с Восточным фронтом и Северной Африкой носил не менее важный характер. В этом регионе сошлись интересы многих стран. Тропический климат, высокая влажность, густые заросли, все это вносило большие коррективы в уже имеющийся опыт использования снайперов. Многим вещам приходилось учиться заново. Именно здесь свое крещение получили американские, австралийские, новозеландские и японские снайперы.

          Америка была менее подготовлена к войне, чем Великобритания. Но если американская сухопутная армия не могла выставить наиболее подготовленных снайперов, то морские пехотинцы обладали как квалифицированными стрелками, так и некоторым количеством снайперских винтовок.  Они имели много хороших стрелков в своих рядах и могли ежегодно устраивать матчи по стрельбе в Кэмп-Перри. Тем не менее, в составе были, в основном, стрелки-любители. На их вооружении находилась винтовка Springfield / Winchester A5 в ограниченном количестве, вплоть до 1928 года, когда компания Winchester, приобрела фирму по производству оптики и смогла поставить на свои винтовки прицелы Lyman. Линзы, изготовленные Bausch & Lomb, были с улучшенной зоной обзора, улучшенными высококачественными светособирающими характеристиками и усиленным стальным корпусом. Это позволило прицелу более свободно скользить, менее подвергаться случайному обнулению. От проблем с загрязнением затворного механизма при взводе оружие не было избавлено. Существовало также около 1000 винтовок  National Match  модификации Springfield 1903s, которые после 1941 года оружейники из морской пехоты переделали под снайперские винтовки. В межвоенный период курс по снайперской подготовки сохранялся, хотя, это было в основном обучение стрельбе. В рапортах Ван Ордена, написанных до декабря 1941 г. лаконично сформулировано: «Задача снайпера состоит не в количестве выстрелов в группе или подразделении, а в целенаправленном уничтожении одним выстрелом одного врага. Он должен преследовать врага … неустанно бить по нервам рядовых противоборствующей стороны, пока его винтовку не начнут бояться больше, чем визг снарядов … и ли взрывов минометов. Его пули должны бить из неоткуда»(14).  Он так же говорил, что морским пехотинцам следует применять специально сделанные снайперские винтовки.  И хотя его рекомендации игнорировались, но в будущем, как показали события, они снова пригодились.

Полковник Ван Орден, был не только сторонником единой программы подготовки морпехов-снайперов, но неоднократно требовал введения специализированного прицельного оборудования для снайперских винтовок, которые привели бы к изменению не просто служебного оружия. Это была радикальная точка зрения, граничащая с ересью, и взгляды Ван Орден рассматривались старшими офицерами Морской пехоты с глубоким подозрением. Однако, если рассматривать в чисто практическом плане, его логику трудно было в чем-то обвинить. Springfield являлась хорошей винтовкой, но ни когда не была рассчитана на длинные дистанции, у нее были сравнительно короткие, тонкие стенки ствола, оружейники имели ограничения в установке различных типов прицелов и они не могли их монтировать без обширной доработки, которая была трудоемкой и дорогой. Пытаясь найти идеальные прицелы для Спрингфилда, морпехи рассматривали для принятия на вооружение коммерческие спортивные винтовки и именно это привело их к лучшему охотничьему ружью того времени, Winchester Model 70. После тщательного тестирования морпехи отклонили Winchester. В итоге Морское министерство останавливается на снайперской винтовке Springfield с прицелом Weaver M73B1, а так же на винтовке M1903-A4. Именно это оружие до конца войны было на вооружении у снайперов.

В Американской армии существовало крепкое ядро из опытных сержантов стрелков, младших офицеров и солдат, которые были энтузиастами своего дела. Например, среди них были сержант Чарльз Ангус, заслуживший знак опытного стрелка, и лейтенант С. Н. Харрис, победитель чемпионата NRA.

В конце 1942 года Корпус создал программу обучения разведчика-снайпера на базе Кемп-Лежен, Кемп-Пендолтон и Грин Фарм в Калифорнии. В течение пятинедельного периода, солдат учили обычным методам оценки расстояния и направления ветра, чтение карты, маскировке, наблюдения, выхода на нейтральную полосу, учили стрелять на расстоянии от 100 до 1000 ярдов(92 – 923 метра).  В этом курсы были уникальны. Ни одна страна не отводила для обучения столько времени. Рядовой Даниэль Касс Младший лихо доказывал, что уничтожил японское пулеметное гнездо на Окинаве на расстоянии 1200 ярдов (1100 метров). В интервью после войны он рассказывал о трудностях стрельбы с больших расстояний: «Существует много факторов в стрельбе на дистанции 1000 метров, они были и в моем случае. Ветер и аномальная жара, туман, искажают область видимости. Мы использовали качественные патроны, взятые из ящика. Иногда с ними получались осечки, временами патрон после выстрела улетал в неизвестном направлении. После некоторых вычислений, побуждаемый безнадежностью, я вставил трассирующий патрон в казенник Спрингфилда и указал Картеру, что я собираюсь использовать телефонный столб, расположенный над врагом, как ориентир, чтобы определить дальность. Картер пристально наблюдал, через подзорную трубу. «Подними на дюйм» посоветовал он после моего первого выстрела. Я подкрутил настройку высоты, и перекрестие упало на японское пулеметное гнездо. Я попытался вспомнить все, что узнал в Кэмп-Пенделтон длинном выстреле. Так что многое зависело от меня. Я работал затвором с чувством восторга. Мои руки не дрожали, а дыхание было ровным. Я выстрелил и передернул затвор, выстрелил и передернул затвор, попадая точным огнем по японской обороне, … даже через подзорную трубу Картер не мог сказать, попал ли я, потому что цели были слишком малы … но он все время улыбался. Пулеметный огонь прекратился»(12).

         Основой для подготовки морпехов была разведка и агрессивный снайпинг, хотя этого было трудно добиться в первые годы войны на Тихом океане, где джунгли препятствовали «нормальной» снайперской деятельности. Морпехи участвовали, в основном, в морском десанте и приобретали собственные специализированные формы боя известные как «от острова к острову». Разведчик-снайпер работал в команде из трех человек. Прикрепленные к подразделению, в команде находились снайпер, наблюдатель и свободный солдат, который в бою с японцами имел винтовку, автомат или пистолет, для прикрытия группы. На практике, однако, раны, болезни и потери, часто приводили к тому, что снайпер был в подразделении один.

         Впервые американцы встретились с японскими снайперами на Гуадаканале в 1942 году. Здесь японцы применили тактику, впоследствии распространившуюся на остальной театр военных действий в Тихом океане. Они были очень хорошо замаскированы, поэтому их было трудно найти. Японцы были очень терпеливыми и хитрыми, хорошо обучены и упрямы. Кроме того, отношение к бою и смерти у японцев было своеобразное. Очень часто японцы совершали самоубийство, обвязываясь гранатами, бросались на американцев с криками банзай. Это вызывало шок у многих военных. Уничтожить же  японского снайпера было тяжело.

Бои в джунглях вносили свои коррективы и в одежду снайпера. Первоначально камуфляж не использовался в связи с погодой. Было очень жарко и влажно. Большинство снайперов носили простой камуфляж «елочку». Непопулярный цельный камуфляж был доступен с 1942 года. Только в 1943 г. была выпущена более практичная одежда из двух частей. Другим основным снаряжением был стальной шлем М1, а после 1942 года он стал двухсторонним (зеленый с одной стороны и коричневый с другой) с замаскированным покрытием(72). Нехватка воды была постоянной проблемой. В начале войны, доставка специализированной одежды была затруднена, поэтому ношение одного комплекта могло продолжаться очень долго. Так же существовали проблемы с винтовками, которые часто загрязнялись. Многие снайперы использовали масло для предотвращения коррозии, но очень экономно, чтобы предотвратить налипание песка.

В США методы борьбы со снайперами варьировались, но в целом эффективной тактикой являлся обстрел деревьев пулеметным огнем или 37-мм противотанковой пушкой. Стреляли картечью, превращая все в решето. Где устанавливались плацдармы, вперед отправлялись корректировщики, которые засекали примерное место расположения снайпера.

 Японские снайперы прятались не только на деревьях, но и устраивали укрепленные, хорошо замаскированные землянки, которые трудно было обнаружить. Когда армия США добралась до Окинавы, японские снайперы применили весь спектр своих уловок.

1943 г. ознаменовал собой переломный период во Второй мировой войне. Победа, одержанная Советским союзом на Курской дуге, обозначила переломный момент на европейском континенте. С этих пор немцы постоянно отступали, неся тяжелые потери. В сентябре 1943 года на Аппенинский полуостров высадился англо-американский десант. Начались позиционные бои, что способствовало активизации снайперов противоборствующих сторон.  Если Англичане имели представления о немецких снайперах, то армия США столкнулась с ними впервые. Американская армия понесла тяжелые потери. Немецкие снайперы были лучше подготовлены тактически, лучше оснащены и опыта у них было больше. Они, занимая наиболее выгодные позиции, могли уничтожать большое количество американцев. В своих воспоминаниях один немецкий снайпер писал, как лежа на высоте, он прекрасно видел, что творится внизу и мог спокойно убивать как солдат, так и снайперов, будучи недоступным для ответного огня. О слабой подготовке союзников в Италии, говорит тот факт, что в снайперы 5 армии США потеряли до 80% своего личного состава.

В 1944 году англо-американские войска высадились в Нормандии. Операция прошла 6 июня 1944 года. На местах высадки американцы и британцы встретили упорное сопротивление немцев. Им пришлось отбивать каждый дом и каждый городок. Часто Британцы  отправляли метких стрелков вместе с пехотинцами в первых рядах, что приводило к неминуемой гибели.  

Продвижение англичан и американцев вглубь континента было затрудненно постоянным террором немецких снайперов. К примеру, полк Green Howards потерял в Нормандии 100% своих снайперов. Выжил только один, который дошел до Германии(72). Немецкие снайперы активно использовали местность в Нормандии для эффективного огня. Живые изгороди, появившиеся в Римской империи, становились смертельной ловушкой, как для простых солдат, так и для снайперов. Немцы часто занимали наиболее высокие точки местности, такие как водонапорные башни, церкви и т.п., и могли подолгу вести обстрел пехоты. Постепенно союзные войска стали преодолевать сопротивление немцев, продвигаясь через печально известный Фалезский коридор.

С началом зимы становится очень тяжело обеим противоборствующим сторонам. Снайперы особенно страдали от холода, т.к. они были вынуждены лежать неподвижно в течение нескольких часов.  У них не было горячей пищи и питья, средств для возобновления кровообращения. Были так же новые угрозы, с которыми они сталкивались, считая, что появилось, что-то необъяснимое. Стали появляться  пострадавшие, но многие не понимали, откуда они появлялись. Среди солдат  пошел слух об испытании немцами нового секретного оборудования.  На самом деле, ни каких новых технологий не было придумано, в ограниченном количестве были выпущены «подавители», впоследствии глушитель, и были связаны с дозвуковым боеприпасом калибра  7,92 мм.  

Особенно тяжело союзным войскам пришлось в городских боях. Немцы, не желая сдавать территории врагу, укрепляли дома.  Тогда то и пригодился опыт советских солдат, которые использовали тактику штурмовых группы в Сталинграде. В основном в условиях городского боя снайперы занимались разведкой и наблюдением.

Потери среди офицерского состава были очень высокими, из тех, кто начал свою карьеру в Нормандии, а впоследствии попал в Германию, вместе с наступающими войсками, оставались лишь единицы из первоначального состава. Многие очень долго восстанавливались, многие имели проблемы с психикой. Один из известных снайперов, после войны всю оставшуюся жизнь проработал садовником.

Рассматривая действия союзников в годы Второй мировой войны, мы пришли к некоторым выводам. Союзники в годы войны приобрели богатый опыт использования снайперов. Некоторые из стрелков участвуя в боях, проходивших в различных климатических зонах, дополнили методологию снайпинга. Были разработаны методики по действию снайперов в джунглях, основы стрельбы при высокой влажности и обильной растительности, методы антиснайперской борьбы и маскировки. Многое из этого было взято на вооружение другими странами позже.

Британцы вспомнили уроки Первой мировой войны. Им пришлось заново закупать снайперские винтовки, строить спецшколы и проводить поиск способных солдат. Франция, не имея регулярных частей, во многом использовала концепции англичан. Наиболее отличались снайперы из Канады, Новой Зеландии, Австралии. Они сохранили наработки, которые были приобретены в годы Первой мировой.

Американские снайперы внесли вклад в развитие стрельбы на длинные дистанции. Были разработаны основные методы и специальное снаряжение для стрельбы на такие дистанции.

  После войны американские снайперы сохранили наработки и в последующем внесли наибольший вклад в развитие современного снайпинга. В Америке были созданы школы, где снайперов готовили по единой методике, было унифицировано оружие и амуниция.

 

 

 

 

 

Заключение.

         В результате проделанной работы мы рассмотрели развитие снайпинга на различных этапах первой половины XX века.  В это время были заложены основы снайперского искусства.  Снайпинг в своем развитии прошел несколько этапов:

  1. 1914 – 1918 гг. период Первой мировой войны.
  2. 1918 – 1939 гг. – этап межвоенного периода.
  3. 1939 – 1945 гг. - Вторая мировая война.

В Первой мировой войне меткие стрелки стали использоваться как ответ на развитие новой тактики ведения войны – позиционные бои.  На фронтах снайперские подразделения показали все свои возможности. Они ежедневно убивали большое количество пехотинцев, пулеметчиков, артиллерийскую прислугу и офицеров. В Первую мировую войну происходило так же развитие вооружения и амуниции снайперов. Были разработаны новые виды винтовок, патронов, оптических прицелов, а так же различные приспособления для улучшения условий стрельбы. Большое внимание в армиях уделялось маскировке, наблюдению. Первая Мировая война стала периодом зарождения снайпинга в армии, дала большой толчок для его дальнейшего развития.  Появились высококлассные специалисты в снайперском искусстве. Накопленный опыт немецких и британских снайперов, постепенно перенимался и другими странами СССР, США, Франция, Япония.

         После окончания Первой мировой войны в Европе  снайпинг постепенно забывается, закрываются школы, сокращается количество снайперов, винтовки утилизируются. Снайпинг неожиданно получает второе рождение в Советском Союзе, где были изучены и сохранены все наработки западных стран.

         Развитие снайпинга в нашей стране происходило при активной поддержке властей. Были открыты специализированные кружки, в которых мог заниматься любой желающий. В 1932 году в СССР была создана единая организация ОСОАВИАХИМ, которая готовила в т.ч. и метких стрелков. С 1935 – 1940 гг. в ней прошло обучение 13 тыс. советских снайперов.  

В межвоенный период было создано большое количество методических рекомендаций по снайпингу, были разработаны новые виды снайперского вооружения и оптические прицелы. Основной снайперской винтовкой в Красной Армии становится винтовка Мосина 1891/30 г. В области снайперского оружия после 1931 года испытывались снайперские варианты автоматической винтовки Симонова (АВС-З6), самозарядных винтовок Дегтярева (обр. 1930 г.), Рукавишникова (обр. 1938 г.), Токарева (СВТ-40). Данное оружие не отличались надежностью. Прицелы для оружия в СССР первоначально были закуплены за границей, в основном фирмы «Цейс», но впоследствии они был переработаны.

В  Германии в межвоенный период были небольшие подвижки в снайпинге. В 1935 г. в качестве единого образца личного оружия для всех родов войск вермахта был принят, новы универсальный 7,92-мм карабин "Karabiner 98 kurz" (Kar.98k или просто К98k) заменивший винтовки "Gew.98", а так же карабины "98а" и "98b". Обучение немцев снайпингу столь массово, как в СССР, не происходило. Остальные страны не производили обучения снайперов вовсе.

         Первое послевоенное применение снайперов произошло в годы Гражданской войны в Испании. В боях в Испании сошлись будущие противники, Германия и СССР. Обе стороны получили богатый военный опыт. Германия после этой войны, принимая во внимания успехи снайперов, начала возрождать снайпинг у себя. В это время были использованы новые винтовки и патроны, разработаны некоторые методические рекомендации. В СССР же снайперы и офицеры, получившие опыт боев, в 1937 г. были репрессированы. На командирские должности были назначены молодые офицеры. Это сказалось на итогах Советско-финской войны. Огромная прекрасно вооруженная армия несла потери от малочисленных и слабо вооруженных финнов, применивших тактику засад и ловушек. В ней снайперам была отведена основная роль. Уроки, полученные Красной Армией, помогли активно применить тактику финнов уже в другой войне. Были заложены основы ведения боев в зимних условиях.

Второй период, в целом,  можно охарактеризовать как застоем в развитии мирового снайпинга.

В начале Второй мировой войны снайперы не проявляют себя на фронтах. Активизация происходит лишь с 1941 года. Примененная немецкими войсками тактика блицкрига, позволила им занять большую часть СССР. Красная Армия упорно сопротивляется немецко-фашистским захватчикам. Первоначально снайперы действовали самостоятельно, начиная свой счет, стреляя из винтовок без оптических прицелов.

         Впервые советские снайперы показали свою эффективность во время осады Ленинграда. Их успехи на Ленинградском фронте, заставили правительство нашей страны пересмотреть свои взгляды. Развитие снайперского искусства стало общегосударственной задачей. Глубоко в тылу открывались спецшколы, женские снайперские курсы. Подвиги снайперов популяризировались в многочисленных газетных  статьях.

В Сталинградской битве советские снайперы начали выходить на первый план после входа немцев в город. За весь период боев на Волге они уничтожили до 10000 солдат противника. Появились первые легендарные стрелки. Одним из них стал Василий Зайцев, который разработал основные методы маскировки и тактики. Ему же принадлежала идея применения противотанковых ружей с оптическим прицелом.

Среди снайперов было много девушек. Наиболее результативным снайпером среди девушек стала Павличенко Л.М., на ее счету 309 уничтоженных германских солдат и офицеров (в том числе 36 снайперов противника).

За период Великой Отечественной войны в СССР было обучено 428335 тысяч снайперов, но лишь небольшая часть из них реально участвовала в боях. 87 снайперов стали Героями Советского Союза, а 39 - полными кавалерами ордена Славы.

Серьезными противниками советских снайперов стали немецкие стрелки, которые приобрели боевой опыт в Первой мировой войне. В немецких источниках, принято говорить об их плохой подготовленности и, что снайперы впервые появились у них, только после столкновения с СССР. Но в своей работе мы доказали ошибочность данного суждения.  В Германии до 1944 года военное руководство уделяло мало внимания снайперам. Лишь в 1944 г. по приказу Гиммлера, они получили собственные нашивки, а так же и первые награды.

В США снайпинг впервые появляется в годы Второй мировой войны. Окончательное решение  о внедрении снайперов в армейские структуры было принято, только после 1941 г. Американцы вспомнили о снайперах после столкновения с Японцами, которые применили тактику, использовавшуюся в годы Советско-финской войны - снайперский террор. Ценно то, что наши союзники основной опыт получали в условиях повышенной влажности и растительности. Их достижения так же способствовали накоплению знаний о тактике в снайпинге.  Впоследствии многие страны переняли опыт американцев.

Определенной «школой» для американских снайперов стала война в Европе, где им противостояли опытные немецкие снайперы. Постоянный террор со стороны противника уносил жизни американских солдат. Особенно трудно было бороться со снайперами из-за сложного рельефа. Повсеместные живые изгороди скрывали снайперов и затрудняли борьбу.

         После окончания войны встал вопрос о сохранении снайперов в армии. Многие страны, понимая значимость, создали собственные снайперские школы и разработали для них вооружение. Основы современного снайпинга были заложены именно в первой половине XX века. В армии были внедрены методики подготовки солдат в различных климатических и географических условиях, согласованы основные тактико-технические характеристики для снайперского вооружения, разработаны методы маскировки и стрельбы. Сегодня снайперы служат в отрядах специального назначения МВД.

 

 

 

Список источников и литературы доступен в полной версии работы

 

 

  1. Периодические издания (только в полной версии работы)

 

 

 

  1. Литература. доступна в полной версии работы
  1.  

Скачать:  У вас нет доступа к скачиванию файлов с нашего сервера. КАК ТУТ СКАЧИВАТЬ

Категория: Дипломные работы / Дипломные работы по истории

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.