Следственные действия, проводимые по судебному решению

0

 

ДИПЛОМНАЯ РАБОТА

Следственные действия, проводимые по судебному решению

 

Содержание

 

Введение………………………………………………………………………....….5

 1 Понятие и правовое регулирование следственных действий………..…........11

1.1 Понятие следственных действий…………………………………..…….…...11

1.2 Классификация и виды следственных действий………………………….…16

1.3 Законодательная регламентация производства следственных действий.....22

2 Судебный контроль в досудебном производстве……………………………..30

2.1 Понятие и сущность судебного контроля……….………...…………..….....30

2.2 Предмет         и       формы судебного контроля в досудебном производстве............................................................................................................38

2.3 Судебный контроль как средство обеспечения прав и свобод личности....44

3 Виды следственных действий, проводимых по судебному решению............50

3.1 Осмотр, обыск, выемка в жилище……………………..……………...…......50

3.2 Наложение ареста на корреспонденцию, разрешение на ее осмотр и выемку в учреждениях связи……………………………………………..…………….…59

3.3 Контроль и запись телефонных и иных переговоров…………………..…..64

Заключение…………………………………………….……………………….…71

Список использованных источников…………………..………………….…….76

Приложение А Количество поступивших в районные суды Ярославской области жалоб в порядке 125 УПК РФ в 2009 –2011 г.г.….…………………...88

Приложение Б График рассмотренных и удовлетворенных ходатайств о производстве осмотра жилища при отсутствии согласия проживающих в нем лиц, обыска и (или) выемки в жилище Центральным районным судом г. Ярославля за 2008-2011 гг.……………………………………………………….89

 

Введение

     Актуальность исследования. Создание условий для подлинного обеспечения  прав и свобод человека и эффективного механизма их защиты приобретает особое значение в уголовном судопроизводстве, в котором конституционные права личности могут быть ощутимо затронуты. Неизбежно демократические преобразования общественного устройства, проистекающие в Российской Федерации, вызывают серьезные изменения в ее правовой системе. Проводимая в России реформа уголовного судопроизводства и принимаемые при этом законодательные акты изменили многие правовые нормы и институты в действующем Уголовно-процессуальном кодексе РФ[1]). Обеспечение гарантий реализации конституционных прав и законных интересов, их защита от преступного вторжения составляют приоритетное направление развития правового государства и эффективного функционирования системы уголовного судопроизводства.

Для реализации назначения уголовного судопроизводства органы предварительного расследования наделены исключительными полномочиями по производству следственных действий – необходимого средства не только получения доказательств, установления обстоятельств, имеющих существенное значение для раскрытия преступления и расследования уголовного дела, но и защиты гарантируемых государством прав и интересов потерпевшего, а также конституционных и иных личных прав подозреваемого, обвиняемого.

Из этого следует, что следственные действия, проводимые по судебному решению, обладают лишь им присущим характерным критерием – наличием специального санкционирования. Кардинальным отличием следственных действий, проводимых по судебному решению от иных следственных действий, производство которых возможно при наличии согласия участников уголовного судопроизводства, является то, что суд Конституцией РФ наделен процессуальной самостоятельностью и независимостью в деятельности по защите прав и иных законных интересов.

Следственные действия, которые потенциально могут ограничить или ущемить конституционные и иные законные права и интересы и требуют специального разрешения уполномоченных на то органов, непременно являются объектом пристального внимания со стороны международных правозащитных организаций, государственных органов, призванных осуществлять надзор и контроль за деятельностью должностных лиц, ведущих предварительное расследование, и вызывают особый интерес в качестве объекта научного исследования и изучения.

Совокупность изложенного обусловливает актуальность темы исследования, что свидетельствует о насущной потребности в научной разработке и решении проблем совершенствования порядка осуществления следственных действий, проводимых по судебному решению на современном этапе развития российского правового государства.

Степень научной разработанности. Основной предпосылкой решения отдельных проблем осуществления следственных действий, проводимых по судебному решению, является накопленный в процессуальной и криминалистической науках потенциал идей и теорий по оптимизации производства следственных действий, в том числе вторгающихся в сферу конституционных прав и законных интересов.

Научному исследованию отдельных  проблемных аспектов осуществления следственных действий и судебного контроля посвятили свои работы такие ученые, как В.А. Азаров, O.Л Баев, Р.С. Белкин, B.C. Бурданова, В.М. Быков, И.Е. Быховский, Л.В. Виницкий, И.А. Воздрин, А.П. Гуськова, Л.Я. Драпкин, Ю.В. Деришев, И.В. Жеребятьев, Н.В. Жогин, В.В. Кальницкий, A.M. Ларин, И.П. Лузгин, Н.Г. Муратова, И.Л. Петрухин, А.П. Рыжаков,      А.Р. Ратинов, М.С. Строгович, В.А. Семенцов, Б.Л Смагоринский,                    А.Б. Соловьев, В.Т. Томин, Ф.Н. Фаткуллин, С.А. Шейфер, Н.Л. Яблоков и другие.

В последнее время издано немало работ, посвященных отдельным видам следственных действий из рассматриваемой категории, но и в них предлагаются исследования отдельных аспектов проблемы. Комплексного исследования, посвященного проблемам следственных действий, проводимых по судебному решению, опубликовано не было.

Объект и предмет исследования. Объектом исследования являются общественные отношения, возникающие в сфере уголовного судопроизводства при осуществлении следственных действий, проводимых по судебному решению, а также связанные с этим проблемы уголовно-процессуального характера, некоторые аспекты теории и практики их осуществления.

Предметом исследования выступают научно-теоретические, правовые, практические и организационно-теоретические проблемы осуществления следственных действий, проводимых по судебному решению.

Цель и задачи исследования. Цель исследования заключается в том, чтобы, опираясь на анализ действующего законодательства России и зарубежных стран, научных концепций, материалов практики, исследовать сущность, специфику, содержание следственных действий, проводимых по судебному решению. При этом мы не ставим целью рассмотрение исчерпывающего их перечня. В связи с ограниченностью объема работы нами будут рассмотрены лишь те из них, которые представляют наибольший интерес в теории и практике.

Цель исследования предопределила постановку и решение следующих взаимосвязанных задач:

– исследование сущности и содержания понятия «следственные действия», определение характерных признаков, отличающих их от других процессуальных действий;

– теоретическое обоснование понятия «следственные действия, проводимые по судебному решению» и классификация следственных действий, проводимых по судебному решению;

– анализ теоретических и практических проблем принятия решения судом о проведении следственных действий;

– изучение процессуальных проблем отдельных видов следственных действий, проводимых в жилище, в целях совершенствования порядка их осуществления.

Методология и методика исследования. В работе использованы методы логического анализа, сравнительно-правовой, исторический, конкретно-социологический, статистический, системно-структурный и другие методы.

Нормативную базу исследования составляют международные правовые акты, Конституция Российской Федерации, уголовно-процессуальное законодательство РФ, законы РФ.

Теоретической базой дипломной работы являются труды дореволюционных ученых, ученых советского периода развития уголовно-процессуального законодательства, а также современные научные разработки в области теории государства и права, уголовного процесса, криминалистики и другие источники.

Эмпирическая база исследования. Обоснованность выводов, полученных в результате исследования, подтверждается собранными следующими эмпирическими данными: практика Европейского Суда по правам человека; практика Конституционного и Верховного Судов Российской Федерации; данные обобщения уголовных дел, рассмотренных  судами общей юрисдикции г. Ярослава за период с 2008 по 2011 годы.

Научная новизна работы. В работе с учетом последних изменений и дополнений, внесенных в уголовно-процессуальное законодательство, предпринята попытка исследовать производство следственных действий, проводимых по судебному решению. В дипломном проекте освещаются проблемы, связанные с осуществлением судебного контроля за проведением следственных действий, ограничивающих конституционные права граждан.

По результатам проведенного исследования на защиту выносятся следующие основные положения:

  1. Анализ уголовно-процессуальной литературы свидетельствует о существовании объективной необходимости окончательно сформулировать и включить дефиницию «следственные действия» в ст. 5 УПК РФ. Предлагаем следующую формулировку: следственное действие – это регламентированная уголовно-процессуальным законом совокупность отдельных процессуальных действий, направленных на собирание, проверку и оценку сведений, способствующих установлению обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, и иных обстоятельств, имеющих значение для раскрытия, расследования и рассмотрения уголовного дела.
  2. Считаем, что следственные действия, проводимые по судебному решению – это регламентированные уголовно-процессуальным законом, действия лица, ведущего расследование уголовного дела, требующие в соответстии с положениями УПК РФ наличия судебного решения ввиду потенциального ограничения конституционных и иных охраняемых законом прав и интересов в целях обнаружения, закрепления, изъятия, проверки и оценки фактических данных, имеющих существенное значение для расследования и рассмотрения уголовного дела.
  3. Полагаем, что под правом на тайну корреспонденции следует понимать гарантированную государством и законодательно закрепленную возможность личности свободно обмениваться информацией частного характера, не опасаясь, что она станет доступна третьим лицам.
  4. К протоколу следственного действия необходимо прилагать полный текст прав и обязанностей лиц, участвующих в следственном действии, а не просто ограничиваться записью об их разъяснении.
  5. Необходимо уведомлять лицо, в жилище которого производилось следственное действие в случаях, не терпящих отлагательства, о результатах проверки судьей законности и обоснованности его проведения и направлять лицу постановление о законности или незаконности следственного действия.
  6. Предлагаем указать в ст. 186 УПК РФ, что в случаях, не терпящих отлагательства, связанных с возможностью утраты информации, производство контроля и записи переговоров возможно без судебного разрешения, на основании мотивированного постановления следователя с последующим уведомлением судьи для получения соответствующего решения о законности и обоснованности следственного действия.

Структура работы. Дипломная работа состоит из введения, трех глав, объединяющих девять параграфов, заключения, списка использованных источников и приложений.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

1 Понятие и правовое регулирование следственных действий

  • Понятие следственных действий

 

Предельно широкое определение следственного действия заключается в том, что это любое регламентированное УПК РФ действие лица, производящего расследование по конкретному уголовному делу. Однако в УПК РСФСР 1960 года и в действующем УПК РФ, а так же в теории и практике укоренилось обыкновение, согласно которому под следственными действиями понимаются только такие процессуальные действия органа расследования и прокурора по уголовному делу, которые подчинены задаче обнаружения, собирания, закрепления и проверки доказательств. Таким образом, ни производимые следователем проверочные действия на стадии возбуждения уголовного дела, ни действия, применяемые при применении мер уголовно-процессуального принуждения, ни действия, связанные с окончанием расследования и ознакомлением сторон с материалами следственного производства, к данной теме не относятся и изучаются особо[2]).

Следует отметить, что УПК РФ не дает определения термина «следственное действие», хотя он встречается в различных статьях Кодекса (ст. 40, 65, 83, 86,141, 146, 149, 152, 157, 164-167,168-170 УПК РФ и др.). Более того, главы 24, 25, 26, 27 УПК РФ полностью посвящены правилам и порядку производства следственных действий. То есть, несмотря на отсутствие данного определения в УПК РФ, оно прочно зафиксировалось в законодательной деятельности и научных исследованиях. Однако вследствие наличия указанного пробела в УПК РФ данный термин не всегда однозначно трактуется, что подтверждает А.М. Ларин: «В связи с отсутствием официальной трактовки различных используемых в законе терминов возникают определенные проблемы теоретического плана, которые впоследствии отражаются и в практической деятельности, а попытки толкования в специальной литературе чаще всего основываются на интуитивных представлениях или прагматических соображениях и не имеют под собой системного подхода». Анализ уголовно-процессуальной литературы также свидетельствует о существовании объективной необходимости окончательно сформулировать и включить дефиницию «следственные действия» в ст. 5 УПК РФ[3]).

Примерное толкование данного термина можно извлечь из п. 32 ст. 5 УПК РФ, в котором говорится, что «процессуальное действие – следственное, судебное или иное действие, предусмотренное настоящим Кодексом». Из этого следует, что процессуальное действие – это более широкое и емкое понятие, чем следственное действие. Кроме того, следственное действие является частью процессуального.

Д.С. Хижняк отмечает, что «следует отличать процессуальные действия следователя от следственных действий. Ибо следственные действия – процессуальные, но не все процессуальные действия – следственные». Следственные действия можно рассматривать как в широком, так и узком аспектах. В широком смысле под следственными понимаются все процессуальные действия как таковые, а в узком - лишь «действия познавательного характера» (осмотр, освидетельствование, допрос, очная ставка и др.)[4] ).

Изучением сущности предварительного расследования и следственных действий в разные периоды занимались такие ученые, как: Н.С. Алексеев,      О.Я. Баев, Р.С. Белкин, Ю.К Белозеров, И.Е. Быковский, Б.В. Вандышев,      Л.В. Виницкий, А.К. Гаврилов, А.Ю. Головин, В,Г. Даев, В.И. Долинин,       Л.Я. Драпкин, С.П. Ефимичев, К.Б, Калиновский, В.В. Кальницкий,                   Л.Д. Кокорев, Б.А. Комлев, А.М. Ларин, В.А. Михайлов, А.Р. Ратинов,               В.В. Рябоконь, А.Б. Соловьев, П.М. Туленков, Д.С, Хижняк, С.А. Шейфер,  В.А Семенцов и другие.

Что же включает в себя понятие «следственное действие»? Прежде чем подвергать анализу данное словосочетание, обратимся к толкованию слова «действие». Действие – это проявление какой-нибудь энергии, деятельности. В свою очередь, деятельность – это работа каких-нибудь органов.

Серьезную исследовательскую работу по следственным действиям на протяжении длительного периода проводит профессор С.А. Шейфер. Анализируя данное понятие с точки зрения познавательного и процессуального аспектов, он считает, что познавательный аспект следственного действия – это способ, благодаря которому информация, обнаруженная следователем, преобразуется в доказательство. «Следственное действие в познавательном аспекте выступает как способ собирания (формирования) доказательств и представляет собой регламентированный уголовно-процессуальным законом и осуществляемый следователем комплекс познавательных и удостоверительных операций, соответствующих особенностям определенных следов и приспособленных к эффективному отысканию, восприятию содержащейся в них доказательственной информации, т. е. к получению соответствующего вида доказательств». Кроме определения в познавательном аспекте, С.А. Шейфер также дает нормативно-правовое определение следственного действия: «Институт следственного действия есть система правовых предписаний (дозволений, запретов), определяющих основания проведения, условия выполнения, содержание и форму познавательных и удостоверительных операций, а также мер принуждения, применяемых к недобросовестным участникам, направленных на получение доказательств определенного вида»[5]).

А.Б. Соловьев под следственными понимает подробно регламентированные уголовно-процессуальным законом и применяемые в целях собирания (формирования) доказательств действия, имеющие познавательный и удостоверительный аспекты (стороны) и включающие систему взаимосвязанных операций, которые обусловлены своеобразным сочетанием в каждом из них общенаучных методов познания, соответствующих особенностям следов преступления[6]).

Ю.Н. Белозоров и В.В. Рябоконь полагают, что «следственное действие представляет собой первичный элемент уголовно-процессуальной деятельности, подчиненный строгому правовому регулированию»[7]).

Д.С Хижняк предлагает иное определение данного термина: «Следственное действие – это форма практической реализации следователем (судом) закона при расследовании уголовных дел, проведение следственного действия представляет собой, в том числе и акт правоприменения уголовно-процессуального закона»[8]).

«Следственное действие – это регламентируемая уголовно-процессуальным законом совокупность отдельных действий, проводимых следователем, дознавателем, прокурором, направленных на собирание, проверку и оценку фактических данных, способствующих установлению обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, и иных обстоятельств, имеющих значение для раскрытия, расследования и рассмотрения уголовного дела», – считает Г.3. Адигамова[9]).

По мнению Е.С. Комиссаренко, «следственные действия можно определить как группу процессуальных действий, основными признаками которых являются: возможность получения в результате их производства доказательств, указание в уголовно-процессуальном законе оснований и процессуального порядка их производства, проведение их только уполномоченными лицами»[10]).

В свою очередь, Б.А. Комлев к следственным действиям относит любые действия, проведенные следователем, дознавателем, прокурором в ходе расследования по уголовному делу, которые регламентированы УПК РФ, с обязательным составлением протокола, а также те, которые требуют вынесения постановлений о производстве данных действий. С точки зрения                       В.В. Вандышева, под следственными действиями следует понимать действия следователя, направленные па собирание, проверку и оценку доказательств[11]).

Основное содержание предварительного расследования составляют следственные действия. Однако термин «следственные действия» используется в тексте закона и в юридической литературе в нескольких значениях. В широком смысле под ними иногда понимают процессуальные действия, совершаемые уполномоченными органами и должностными лицами в ходе предварительного расследования. Однако в узком смысле к следственным действиям относятся только те, которые непосредственно направлены на собирание и проверку доказательств. Поэтому процессуальные действия считаются следственными не потому, что они осуществляются следователем, а потому, что они направлены на выявление «следов». В этом смысле такие процессуальные акты, как возбуждение уголовного дела, применение меры пресечения, предъявление обвинения и т. п., не относятся к следственным действиям. Называть все процессуальные действия следователя следственными неверно и с точки зрения «буквы закона», который действия суда также называет следственными (например, такой термин использован в п. 1 ч. 1 ст. 333 УПК РФ). Наконец, следственные действия имеют строгую, подробно разработанную процессуальную форму и обеспечены возможностью применения государственного принуждения. Данным признаком не обладают, и потому не являются следственными действиями, такие способы собирания доказательств, как истребование и принятие представленных предметов и документов (ч. 4 ст. 21; ст. 86 УПК РФ). Таким образом, следственные действия – это такие способы собирания и проверки доказательств, которые детально регламентированы законом и обеспечены возможностью применения государственного принуждения. Значение следственных действий состоит в том, что они являются основным способом собирания доказательств, а значит, и основным средством установления истины по уголовному делу[12]).

 

  • Классификация и виды следственных действий

 

Виды следственных действий перечислены в УПК РФ. Ими являются: осмотр, освидетельствование, допрос, очная ставка, обыск, выемка, предъявление для опознания, следственный эксперимент, проверка показаний на месте, назначение судебной экспертизы, наложение ареста на почтово-телеграфные отправления, их осмотр и выемка; контроль и запись переговоров. Указанные следственные действия представляют собой целостную и упорядоченную систему. Их связывают единая цель, для достижения которой они выполняются; общая или частная задача расследования, решаемая путем их проведения; определенная, а в некоторых случаях и обязательная последовательность. Перечень следственных действий, изложенных в УПК РФ, - исчерпывающий. Сведения, полученные при расследовании преступления путем выполнения иных действий, доказательствами не являются[13]). Следует отметить, что вопрос о системе следственных действий остается спорным в уголовно-процессуальной науке. Иногда к следственным действиям относят также задержание подозреваемого, наложение ареста на имущество, получение образцов для сравнительного исследования, а некоторые следственные действия, например, контроль и запись переговоров следственными действиями не считают. В науке уголовно-процессуального права важная роль принадлежит системности подхода к рассматриваемым проблемам, то есть упорядочению имеющихся знаний – классификации. В нашем случае мы рассматриваем вопрос о классификации следственных действий[14]).                 Под классификацией понимается система соподчиненных понятий (классов, объектов) в какой-либо области знания или деятельности человека, используемая как средство для установления связей между этими понятиями или классами объектов. Научная классификация выражает систему закономерностей, присущих отображаемой в ней области действительности. В свою очередь, система - это нечто целое, представляющее собой единство закономерно расположенных и находящихся во взаимной связи частей. В процессуальной науке ученые классифицируют следственные действия по различным методам, основаниям, целям, способам восприятия и фиксации информации[15]).        Например, К. Б. Калиновский полагает, что классификация следственных действий имеет важное научное и практическое значение, так как позволяет выделить их существенные признаки и закономерности. Автор классифицирует следственные действия по методам их правового регулирования: 1) розыскная модель построения следственных действий предполагает использование преимущественно императивного метода регулирования, ведущего к появлению вертикальных отношений власти подчинения; 2) состязательная модель  предполагает их построение в рамках трехстороннего отношения, когда спор между равными сторонами разрешает независимый от них суд; 3) смешанный способ собирания доказательств, который складывается из двух этапов: на первом стороны не процессуальным путем сами получают предмет или документ, такие действия имеют административную, оперативно-розыскную, но не уголовно-процессуальную природу; второй этап заключается в легализации, процессуальном собирании путем производства состязательного процессуального действия в судебном заседании с участием сторон [16]).

Следственные действия могут быть классифицированы на виды по различным критериям: субъектам, составу участников, степени применяемого принуждения, условиям их производства и др. Так, в законе выделяется понятие неотложных следственных действий (п. 19 ст. 5, ст. 157 УПК РФ), следственных действий, проводимых с участием и без участия понятых (ч. 1, 2 ст. 170).

Вопросы классификации следственных действий глубоко исследованы профессором С.А. Шейфером, который выделяет виды следственных действий по познавательным методам, способам получения информации, сложности отображаемых объектов и целям следственных действий.

Одна из основных классификаций базируется на познавательных методах: расспроса, наблюдения и сочетания расспроса и наблюдения. Расспрос как постановка задачи на воспроизведение вербальной информации лежит в основе допроса, очной ставки и экспертизы. Метод наблюдения как преднамеренное восприятие внешних признаков объекта является ведущим в таких следственных действиях как осмотр, освидетельствование, обыск, выемка, следственный эксперимент. Равное сочетание расспроса и наблюдения происходит при производстве опознания и проверки показаний на месте. Познавательные методы зависят от отображаемых следов и значительно влияют на процессуальную форму следственных действий. Например, участие понятых, как гарантия объективности восприятия, требуется там, где применяется метод наблюдения[17]).

Большинство следственных действий представляет собой непосредственное восприятие и фиксацию информации. Только экспертиза основана на опосредованном получении доказательств, когда скрытая информация выявляется с помощью самостоятельного исследования эксперта на основе его специальных познаний. Эта классификация позволяет разграничить случаи, когда надо проводить следственный эксперимент или освидетельствование, а когда - экспертизу. Последняя необходима, если для исследования объекта недостаточно одного только непосредственного восприятия[18]).

По сложности отображаемых объектов следственные действия распадаются на две группы: направленные на отображение изолированных объектов (допрос, осмотр, освидетельствование, обыск, выемка и др.) и направленные на отображение специально интегрированных объектов (очная ставка, проверка показаний на месте, предъявление для опознания). Последняя группа следственных действий имеет особую структуру и условия проведения.

Цель следственных действий как основание классификации позволяет выделить их группу, специально приспособленную для проверки собранных ранее доказательств (очная ставка, следственный эксперимент, предъявление для опознания, экспертиза). Поэтому им предшествует обязательное предварительное закрепление необходимых доказательств.

Действующий уголовно-процессуальный закон делит все следственные действия на четыре группы по общности их операциональной структуры (совокупности приемов, средств, способов познания и удостоверения их хода и результатов). Первая группа связана с «непринудительным наблюдением» - это осмотр, освидетельствование, следственный эксперимент (гл. 24 УПК РФ). Вторая группа следственных действий использует наблюдение труднодоступных объектов - обыск, выемка, арест корреспонденции и контроль переговоров (гл. 25 УПК РФ). Третья группа следственных действий широко использует расспрос - допрос, очная ставка, опознание и проверка показаний (гл. 26 УПК РФ). Наконец, четвертая группа состоит в исследовании скрытой информации - экспертиза (гл. 27 УПК РФ)[19]).

Следственные действия, ограничивающие конституционные права и свободы граждан, можно условно разделить на следующие подгруппы:

1) следственные действия, которые следователь производит, только предварительно получив разрешение суда (обыск в жилище, наложение ареста на корреспонденцию, разрешение на ее осмотр и выемку в учреждениях связи, производство выемки предметов, содержащих информацию о вкладах и счетах в банках и иных кредитных организациях);

2) следственные действия, решение о проведении которых следователь правомочен принять самостоятельно, но в последующем должен уведомить об этом суд и представить результаты для проверки законности проведенного следственного действия (осмотр места происшествия, в том числе и до возбуждения уголовного дела, обыск, выемка в жилище и личный обыск);

3) следственные действия, произведенные в ходе выполнения иных следственных действий, на производство которых было получено судебное разрешение (личный обыск в ходе обыска в жилище, осмотр почтово-телеграфной корреспонденции)[20]).

К числу следственных действий, которые ограничивают охраняемые Конституцией РФ права на свободу и неприкосновенность личности, жилища и частной жизни, тайну личной и семейной жизни, переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, проводимых по судебному решению относятся: 1) обыск, выемка в жилище; 2) осмотр жилища при отсутствии согласия проживающих в нем лиц; 3) личный обыск; 4) выемка документов содержащих информацию о вкладах и счетах граждан в банках и иных кредитных организациях; 5) наложение ареста на почтово-телеграфные отправления, осмотр и выемка их в учреждениях связи; 6) контроль и запись переговоров;7) эксгумация, при отсутствии согласия родственников.

Неотъемлемым условием для вынесения справедливого приговора лицу, совершившему преступное деяние, и назначения ему заслуженного наказания является проведение следственных действий в точном соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с соблюдением прав всех участников уголовного судопроизводства.

Нарушение конституционных и процессуальных прав участников процесса, порядка производства следственных действий, влекущих признание доказательств недопустимыми, отмечены Генеральной прокуратурой как типичные ошибки при производстве расследования, ставшие причинами оправдательных вердиктов[21]).

«В российском уголовном судопроизводстве основные права и свободы человека и гражданина определяют смысл и содержание уголовно- процессуального закона, всей уголовно-процессуальной деятельности, а также

правовые статусы и процессуальное положение участвующих в ней лиц», - пишет А. П. Гуськова[22]).

 

 

 

1.3 Законодательная регламентация производства следственных действий

 

Правовыми основаниями производства следственных действий являются соответствующие обязывающие или разрешающие нормы УПК РФ. Они содержат положения о производстве конкретных следственных действий с соблюдением предусмотренных уголовно-процессуальным законом процессуального порядка и условий их проведения. Эти нормы определяют законность и обоснованность: а) предварительного расследования по уголовному делу; б) системы следственных действий в целом; в) конкретных следственных действий[23]).

УПК РФ 2001 года внес ряд новелл в основания производства следственных действий. Если по УПК РСФСР 1960 года отдельные из них производилось с санкции прокурора, то в соответствии с нормами УПК РФ следственные действия, существенно затрагивающие права и законные интересы участников уголовного судопроизводства, можно производить только по решению суда.

Это обстоятельство требует нового осмысления правовых оснований производства следственных действий и критического анализа соответствующих новелл УПК РФ. Важные аспекты рассматриваемой проблемы заключаются в том, что законодателем вполне обоснованно взят курс на усиление гарантий защиты законных прав и интересов подозреваемого и обвиняемого. Вместе с тем требуется разобраться, как это сказывается на решении задач защиты потерпевшего, обеспечения своевременности и эффективности следственных действий, собирании, исследовании и проверке доказательств и раскрытии преступлений[24].

Прежде чем вести речь о правовых основаниях их производства, целесообразно рассмотреть правовые основания расследования по уголовному делу. В УПК РФ установлено, что следователь вправе проводить расследование по уголовному делу и производить по нему следственные действия, если он предварительно в соответствии с ч. 1 и 2 ст. 146 УПК РФ возбудит уголовное дело, т. е. вынесет постановление о возбуждении уголовного дела.

Кроме возбуждения уголовного дела, в уголовно-процессуальном законе указаны и другие условия производства расследования: а) проведение расследования следователем; б) соблюдение им требований ст. 151 УПК РФ о подследственности уголовных дел; в) проведение расследования в соответствии с ч. 1 ст. 152 УПК РФ в порядке исполнения отдельного поручения другого следователя; г) проведение расследования только после принятия следователем уголовного дела к своему производству (ч. 1 ст. 156 УПК РФ); д) проведение расследования в пределах срока предварительного следствия, установленного ст. 162 УПК РФ (при этом следует иметь в виду, что производство следственных действий не допускается после приостановления предварительного следствия в соответствии с ч. 3 ст. 209 УПК РФ); е) право следователя участвовать в расследовании по уголовному делу, если он включен в состав следственной группы (ст. 163 УПК РФ).

Правовым основанием производства следственных действий, относящимся ко всей их системе, как правильно указывает С.А. Шейфер, является закрепление соответствующего следственного действия в УПК РФ. Это следует рассматривать как одно из главных оснований производства следственных действий. Если уголовно-процессуальный закон не указывает на какое-то действие следователя как следственное, то нельзя вообще говорить о законности и обоснованности его проведения и тем более о получении допустимых доказательств по уголовному делу[25]).

В соответствии с УПК РФ следователь не обязан выносить постановление о производстве осмотра, следственного эксперимента, допроса, очной ставки, предъявления для опознания и проверки показаний на месте. Производство эксгумации трупа, освидетельствования, обыска, выемки, получения образцов для сравнительного исследования, а также назначение и производство судебной экспертизы требует предварительного вынесения следователем постановления об этом. Производство задержания в качестве подозреваемого в соответствии со ст. 92 УПК РФ предусматривает составление не постановления, а протокола задержания.

Вынесение следователем постановления о производстве следственного действия имеет большое значение для его законности и обоснованности. В постановлении формулируются правовые и фактические основания, указываются цели производства следственного действия, а также место, участники, порядок его проведения и другие обстоятельства. Для производства ряда следственных действий следователю необходимо получить решение суда[26]).

Часть 2 ст. 29 УПК РФ устанавливает, что только при получении решения суда могут быть проведены: 1) осмотр жилища при отсутствии согласия проживающих в нем лиц; 2) обыск и выемка в жилище; 3) личный обыск за исключением случаев, предусмотренных ст. 93 УПК РФ; 4) выемка предметов и документов, содержащих информацию о вкладах, счетах в банках и иных кредитных организациях; 5) наложение ареста на корреспонденцию, разрешение на ее осмотр и выемку в учреждениях связи; 6) наложение ареста на имущество, включая денежные средства физических и юридических лиц, находящиеся на счетах и во вкладах или на хранении в банках и иных кредитных организациях; 7) контроль и запись телефонных и иных переговоров. Кроме того, в ч. 3 ст. 178 УПК РФ установлено, что в случае, если близкие родственники или родственники покойного возражают против эксгумации, то разрешение на ее проведение выдается судом[27]).

Создатели УПК РФ 2001, озаботившись защитой участников уголовного судопроизводства, а в первую очередь – защитой прав и законных интересов подозреваемого и обвиняемого, ориентировались в ряде новых норм УПК РФ на нормы Конституции РФ. В целом эта позиция, конечно, правильная. Однако авторы в своем усердии явно перестарались. По УПК РФ оказалось, что теперь следователю требуется получать решение суда о производстве таких следственных действий, о которых нормы Конституции РФ умалчивают или предоставляют право решить порядок производства отдельных следственных действий в федеральном законе. Так, например, в ст. 25 Конституции РФ установлено, что «никто не вправе проникать в жилище против воли проживающих в нем лиц иначе как в случаях, установленных федеральным законом, или по решению суда». Казалось бы, создатели УПК РФ имели полное право установить, чтобы осмотр жилища при отсутствии согласия проживающих в нем лиц производится по постановлению следователя или с согласия прокурора. Аналогично авторы УПК РФ могли поступить и относительно производства обыска и выемки в жилище. Однако законодатели избрали наиболее сложный порядок принятия решения по этому следственному действию, допустив его производство только по решению суда.

Не содержится в Конституции РФ и нормы о том, чтобы наложение ареста на имущество производилось исключительно по решению суда. Да, в    ч. 3 ст. 35 Конституции РФ установлено, что «никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда». Но наложение ареста на имущество нельзя толковать как лишение собственника его права на имущество. Вопрос о судьбе арестованного имущества при разрешении уголовного дела по существу будет принимать только суд. Возникает поэтому вопрос: зачем же создавать для следователя дополнительные сложности в своевременном наложении ареста на имущество обвиняемого? Есть еще пример весьма спорного решения законодателей. О процессуальном порядке производства эксгумации трупа, естественно, Конституция РФ ничего не говорит. Однако авторы УПК РФ записали в ч. 3 ст. 178 УПК РФ, что «в случае, если близкие родственники или родственники покойного возражают против эксгумации, разрешение на ее проведение выдается судом». На наш взгляд, достаточную гарантию законности и обоснованности проведения этого следственного действия создатели УПК РФ вполне могли обеспечить, предусмотрев его производство с согласия прокурора.

Основной недостаток новелл УПК РФ заключается в том, что создаются искусственные правовые преграды для своевременного производства следователем рассматриваемых следственных действий. Это, в свою очередь, снижает эффективность предварительного расследования в целом и является порой одной из причин того, что некоторые преступления остаются нераскрытыми. Никто не собирается отрицать важность и необходимость судебного контроля за предварительным следствием. Однако этот контроль вполне может быть эффективным и достаточным, если он будет последовательным, проводящимся по жалобам заинтересованных участников уголовного судопроизводства[28]).

В.В. Кальницкий на основании изучения 200 материалов о даче разрешения на производство следственных действий в жилище и личного обыска, а также по проверке законности произведенных действий сделал обоснованный вывод о том, что суды далеко не всегда глубоко анализируют и оценивают основания проведения этого следственного действия, изложенные в ходатайстве следователя, поддержанном прокурором, и порой некритично воспринимают позицию следователя и прокурора. Он полагает, что, принимая решение о производстве следственного действия, судья действует как административное лицо, так как отсутствует процедура рассмотрения исследуемого вопроса[29]).

Как известно, ч. 5 ст. 165 УПК РФ в исключительных случаях, когда производство осмотра жилища, обыска и выемки в жилище, а также личного обыска не терпит отлагательства, разрешает производить указанные следственные действия на основании постановления следователя без получения судебного решения. Проведя следственное действие, следователь в течение 24 часов уведомляет об этом судью.

Рассматриваемая нами норма УПК РФ представляется недостаточно ясной и конкретной. Сложно понять, что подразумевает законодатель под «исключительностью» случаев, которые не терпят отлагательства и предоставляют следователю право производить следственные действия без решения суда. На это обстоятельство справедливо обращает внимание          А.Б. Соловьев, констатируя, что невозможно составить и указать в законе перечень этих исключительных случаев. Он предлагает определить критерии, которыми мог бы руководствоваться следователь, принимая решение о производстве следственных действий в рассматриваемых исключительных случаях. По мнению ученого, этими критериями могли бы быть следующие обстоятельства: ситуация должна возникнуть неожиданно и вытекать из динамики расследования; должна быть обусловлена дефицитом времени для принятия решения, когда нет возможности без ущерба для результативности следственных действий обращаться в суд либо к прокурору; непроведение либо несвоевременное их проведение может повлечь тяжкие последствия: продолжение преступной деятельности, утрату или сокрытие важных доказательств и так далее; следственные действий должны проводиться при наличии оснований, предусмотренных УПК, и при неукоснительном соблюдении процессуальной процедуры следственного действия; с особой тщательностью необходимо проверять наличие оснований к их проведению у лиц, не являющихся подозреваемыми или обвиняемыми[30]).

В целом можно согласиться с предложенными А.Б. Соловьевым критериями проведения следственных действий в исключительных случаях, когда их производство не терпит отлагательства, и они могут быть произведены на основании постановления следователя без получения судебного решения. И все же на первое место в ряду критериев, обоснованно предложенных А.Б. Соловьевым, следует поставить наличие правовых и фактических оснований производства следственных действий как наиболее важного критерия. Уже затем в этом перечне должны следовать другие предложенные им критерии. Представляется, что критерии производства следственных действий в исключительных случаях, не терпящих отлагательства, должны быть сформулированы и укачаны в ч. 5 ст. 165 УПК РФ. Это позволит избежать различий в оценках их законности и обоснованности следователем, а затем судом.

Изучение следственной практики показывает, что следователи редко используют свое право на проведение следственных действий без предварительного получения согласия суда для проведения следственных действий. Видимо, при недостаточной ясности и конкретности нормы ч. 5 ст. 165 УПК РФ следователи не хотят рисковать полученными при этом доказательствами, так как при различном понимании исключительных случаев, указанных в уголовно-процессуальном законе, ими и судом эти доказательства могут быть признаны недопустимыми, а они сами обвинены в производстве незаконных следственных действий.

«Таким образом, строгое выполнение следователем всех оснований производства следственных действий, указанных в уголовно-процессуальном законе, позволит получить допустимые доказательства по уголовному делу. В свою очередь, результаты проведенного нами анализа оснований производства действий показывают, что у законодателя имеются значительные возможности для дальнейшего их совершенствования», – пишет В.М. Быков[31]).

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

2 Судебный контроль в досудебном производстве

2.1 Понятие и сущность судебного контроля

 

Судебная власть является одной из ветвей государственной власти, которая осуществляется самостоятельно и независимо от других форм и отраслей государственной власти посредством специальных органов этой власти – судов, обладающих правом и исключительной монополией на эту власть. Укрепление судебной власти в качестве самостоятельной, независимой ветви государственной власти невозможно без расширения полномочий суда при отправлении правосудия по уголовным делам[32]).

Судебная власть в системе иных ветвей власти самостоятельна и полновесна в силу своего высокого статуса, компетентности, авторитетности. Суд в правовом государстве должен занимать положение главного гаранта законных прав и интересов личности, в том числе и в сфере уголовного судопроизводства.

Укрепление законности на этапе расследования преступлений, повышение качества деятельности следователя – задача огромной социальной значимости. В ее решении наряду с мерами, направленными на совершенствование профессиональной подготовки следователей, важное значение имеет судебная деятельность[33]).

В целях реализации судебной защиты прав и свобод человека, гражданина как функции судебной власти утвержден действующим УПК РФ судебный контроль в досудебном производстве. Судебный контроль за соблюдением конституционных прав и свобод в сферах уголовного судопроизводства и оперативно-розыскной деятельности не только оправдан, но и необходим. Данный вывод фактически вытекает из того положения, что Россия стала на путь правового государства, а суд олицетворяет судебную власть со всеми вытекающими отсюда полномочиями.

В правовой науке появление категории «судебная власть» в ее современном понимании и значении породило ряд вопросов, требующих своего разрешения. К числу таковых следует отнести проблемы соотношения понятий судебной власти, судебного контроля и правосудия[34]).

Провозглашение России правовым государством предполагает создание эффективного механизма защиты прав и свобод человека и гражданина во всех сферах общественной жизни. Наибольший интерес на современном этапе развития уголовно-процессуального законодательства в России представляет вопрос о судебном контроле на досудебных стадиях. Предварительное расследование сопряжено с возможностями достаточно широкого ограничения прав граждан органами государства, в силу чего необходимо предусмотреть особые гарантии, предотвращающие произвольное  ущемление прав личности. Одним из гарантов в настоящее время является судебная власть, обеспечивающая защиту прав участников процесса в различных формах, в том числе и посредством судебного контроля за предварительным расследованием.

Говоря о судебном контроле в досудебном производстве, следует особо подчеркнуть, что он призван осуществлять контроль за законностью действий и решений в досудебном производстве исключительно от имени судебной власти. Конкретно суд, как правосудный орган, принимает конкретные судебные решения, и в этом проявляется его функциональное назначение, которое выражено и закреплено в Конституции РФ.

УПК ввел в отечественное уголовное судопроизводство полномасштабный институт судебного контроля, что явилось весомой гарантией охраны прав личности. Основная цель одноименной процессуальной функции суда представляется в защите прав и интересов участников уголовного процесса. Для ее достижения перед судебным контролем стоит ряд задач: упредить неправомерные действия и решения, нарушающие конституционные права и свободы граждан; восстановить права уже нарушенные органами предварительного расследования; придать правомерным действиям и решениям дознавателя, следователя, прокурора юридическую силу, легализовав, тем самым, полученные доказательства; способствовать вынесению правосудного приговора при разрешении уголовного дела по существу[35]).

Институт судебного контроля постепенно набирает силу, становясь весомой гарантией охраны прав человека, попавшего в сферу уголовного судопроизводства. Познанию сущности судебного контроля, содержанию, формам осуществления, назначению посвящены многочисленные исследования, выполненные, в том числе, и с учетом современного уголовно-процессуального законодательства. Так, различные формы судебного контроля являлись предметом внимания, видных исследователей научных и практических проблем в этой области: Л.Б. Алексеева, В.А. Азарова, В.П. Божьева, В.М. Бозрова, Л.П. Гуляева, А.П. Гуськовой, И.Ф.Демидова, B.В. Дорошкова, Н.Н. Ковтуна,  М.А. Колоколова, В.А. Лазаревой, М.А. Митюковой, Н.Г. Муратовой, И.Л. Петрухина, Г.А. Савельевой, А.Б. Соловьева, И.Я. Фойницкого, С.А.Шейфера и других. Большая часть работ была опубликована до вступления в силу УПК РФ, и соответственно не отражает его нововведения в области правового регулирования следственных действий, в частности, требующих судебного решения для их осуществления[36]).

Попытка раскрыть сущность судебного контроля, обозначив характеризующие его черты, предопределена желанием показать, насколько многогранен судебный контроль, как значим он для укрепления защиты прав и свобод человека и гражданина, а также насколько законодатель сегодня смог обозначить реальные понятия механизма судебной власти в уголовном судопроизводстве, особенно в досудебном производстве[37]).

Действительно, ряд процессуальных действий и решений, оперативно-розыскных мероприятий невозможно осуществить без судебного решения (заключение под стражу, продление срока заключения под стражей, домашний арест, арест и просмотр почтово-телеграфных отправлений, прослушивание телефонных и иных переговоров, контроль и запись телефонных и иных переговоров, производство обыска, выемки, осмотра места происшествия в жилище, помещение обвиняемых в медицинский и психиатрический стационар для производства экспертизы, временное отстранение обвиняемого от должности, наложение ареста на имущество (ч. 2 ст. 29 УПК РФ). Кроме того, действующий сегодня судебный контроль в досудебном производстве для российской правовой системы является институтом, предмет, пределы и процедура осуществления которого в значительной мере нуждаются по ряду моментов в уточнении. УПК РФ расставил акценты на те задачи, которые предстоит решать уголовному процессу.

В Конституции Российской Федерации 1993 года подчеркивается, что одной из ветвей государственной власти является судебная. Это позволило реализовать ряд кардинальных предложений авторов Концепции судебной реформы и принять на политическом уровне решения об укреплении судебной власти.

Сегодня, надо отметить, вопрос о понятии, функционировании и формах реализации судебной власти является в достаточной степени дискуссионным. Отдельные авторы считают, что судебная власть выполняет две функции: правосудие и конституционный контроль[38]).

В.П. Божьев под функцией судебной власти признает правосудие, а судебный контроль – это формирование судейского корпуса, руководство судебной практикой, полномочия судебной власти, виды ее реализации[39]).

В.А. Лазарева считает, что судебная власть может быть определена как «исключительно властное полномочие разрешать возникающие в обществе конфликты правового характера», а потому единственная форма реализации судебной власти – правосудие[40]).

Поскольку суд есть орган судебной власти, обеспечивающий судебную защиту, которая является функцией судебной власти, то деятельность суда предстает перед нами как способ осуществления государственной функции защиты прав, свобод и законных интересов личности. В этой связи судебный контроль за предварительным расследованием есть одна из форм судебной защиты.

Судебная власть, будучи по своей сути содержанием деятельности судебных органов, реализуется посредством своей единственной возможной формы – осуществления правосудия. Функцией судебной власти все же следует считать судебную защиту конституционных прав и свобод человека и гражданина. В этой связи оправданно, что многие ученые-процессуалисты и практические работники в том числе рассматривают судебный контроль за законностью и обоснованностью решений и действий как составную часть правосудия[41]).

Н.Г. Муратова пишет: «судебный контроль есть организационная (упорядоченная) совокупность: а) юридических фактов, порождающих в сфере контрольно-проверочной судебной деятельности; б) уголовно-процессуальных норм, регулирующих данную деятельность; в) судебных органов, полномочных принимать решения; г) уголовно-процессуальной деятельности субъектов правоотношений, возникающих при этом, направленной на защиту прав и законных интересов физических и юридических лиц, обеспечивающей целостное функционирование судебной власти в уголовном судопроизводстве»[42]).

Несомненно, судебный контроль в уголовном судопроизводстве выступает как многоаспектная деятельность суда, призванная обеспечивать защиту конституционных прав и свобод личности как в досудебном, так и в судебном производствах. Термин «судебный контроль» не является в сущности новым. Он в некотором роде использовался и прежде, именовался, по УПК РСФСР, правда, как процессуальный контроль для обозначения контрольной функции суда, например в стадии предания суду по проверке и оценке результатов предварительного расследования. Неслучайно стадию предания суду называли контрольно-подготовительной. Сегодня судебный контроль — это качественно новое правовое явление, выражающее новое существо, существо взаимоотношений судебной власти и органов уголовного преследования. А это означает, что по значимости этот контроль гораздо выше, чем был прежде. При такой ситуации судебный контроль не может быть синонимом тех полномочий, которыми прежде обладал суд.

О том, что судебный контроль в стадии предварительного расследования выступает как особый способ осуществления правосудия, говорит тот факт, что суд, рассматривая жалобы участника уголовно-процессуального правоотношения на действия или решения органа предварительного расследования, тем самым имеет возможность разрешать тот или иной вид уголовно-процессуального конфликта, который связан с нарушением его прав в ходе производства по делу. При такой ситуации обращение в суд с жалобой по восстановлению нарушенного права позволяет обоснованно называть деятельность по рассмотрению жалобы правосудием.

Все сказанное позволяет сформулировать вывод: судебный контроль в уголовном судопроизводстве представляет собой многоаспектную (многофункциональную) уголовно-процессуальную деятельность органа судебной власти, осуществляемую в определенных законом процессуальных формах, направленную на реализацию комплексного института судебной защиты в целях обеспечения доступа к правосудию и восстановления нарушенных прав и законных интересов личности при производстве по уголовному делу[43]).

В.А. Азаров и И.Ю. Таричко считают, что «...более оправданным является вычленение, наряду с функцией осуществления правосудия, самостоятельной уголовно-процессуальной функцией судебного контроля за деятельностью органов уголовного преследования, который имеет свои предмет и цель, а осуществляется исключительно в досудебных стадиях уголовного процесса. Постоянное наращивание правового потенциала функции судебного контроля порождает необходимость определения ее места в функциональной характеристике уголовного судопроизводства, вызывает острую потребность согласования с иными функциями, а также с функциями прокурорского надзора и ведомственного процессуального контроля, процессуальной функции»[44]).

При раскрытии правовой природы судебного контроля в уголовном судопроизводстве необходимо использовать многоаспектный подход к этой проблеме. Судебный контроль, с одной стороны, должен рассматриваться как принцип уголовного судопроизводства; вторым аспектом является определение значения судебной защиты по уголовным делам в свете реализации форм судебного контроля; третьим – определение процессуальных форм судебного контроля.

В связи с этим судебный контроль в уголовном судопроизводстве трактуется как многофункциональная уголовно-процессуальная деятельность суда, осуществляемая в определенных законом процессуальных формах, направленная на реализацию комплексного института судебной защиты с целью обеспечения доступа к правосудию и восстановления нарушенных прав и законных интересов личности при производстве по уголовному делу.

Система судебного контроля в уголовном судопроизводстве – это организованная (упорядоченная) совокупность: а) юридических фактов, порождающих правоотношения в сфере контрольно-проверочной судебной деятельности, б) уголовно-процессуальных норм, регламентирующие данную деятельность, в) судебных органов, полномочных принимать решения, г) уголовно-процессуальной деятельности субъектов, и возникающих при этом правоотношений – направленной на защиту прав и законных интересов физических и юридических лиц, обеспечивающей целостное функционирование судебной власти в уголовном судопроизводстве прав[45]).

Мы, безусловно, согласны с вышеприведенной положительной оценкой судебного контроля. Однако в своей работе мы рассмотрим и отрицательные его стороны. Так, В.В. Кальницкий  пишет: «Говоря о неэффективности судебного контроля за производством следственных действий, осуществляемого в соответствии со ст. 165 УПК РФ, следует сделать акцент на объективных причинах такого положения. Те же самые судьи, рассматривая по существу те же самые вопросы, но в ином ракурсе (например, по жалобам), действуют по-другому. Поэтому нужно винить не судей, а законодателя, возложившего на суд выполнение чуждой для него функции. Судья, по нашему мнению, – лишнее звено в механизме принятия решения о производстве следственного действия. Чем иным, если не этим можно объяснить более чем странное положение, когда в большинстве случаев судья не формулирует итоговое постановление самостоятельно, а подписывает, как правило, некачественный его "проект", предложенный следователем. Полагаем, не следует втягивать суд туда, где выводы делаются на вероятностном уровне, где суду надо проявлять несвойственную ему инициативу в решении частных вопросов, "запутываясь" в мелочах и участвуя косвенно в уголовном преследовании»[46]).

И. Петрухин отмечает: «Высокая удовлетворяемость ходатайств прокуроров и следователей – не признак больших успехов прокуратуры и органов расследования, а свидетельство низкой эффективности судебного контроля. Причин здесь несколько: высокая служебная нагрузка судей районного звена; возложение одной и той же функции на следователя, прокурора и судью; действующий принцип солидарности в работе прокуроров и судей, считающих, что их связывает профессиональная обязанность бороться с преступностью и оказывать друг другу в этом содействие»[47]).

Нами были рассмотрены как положительные, так и отрицательные стороны судебного контроля, приведены мнения сторонников и противников данного института. Считаем, что несмотря на несовершенство законодательной регламентации и сложности, возникающие на практике, институт судебного контроля должен получить дальнейшее развитие и признание.

 

2.2 Предмет и формы судебного контроля в досудебном производстве

 

При определении форм судебного контроля в досудебном производстве необходимо остановиться и на предмете (объекте) правовых отношений, возникающих при осуществлении судебного контроля. Нельзя все возникающие в процессе производства по уголовному делу правовые отношения, в том числе и с участием суда, рассматривать в контексте соотношения функций обвинения, защиты и разрешения дела, например, в досудебном производстве. Здесь в качестве предмета (объекта) правовых отношений выступает не вопрос о виновности и наказании, а вопрос о законности и обоснованности принимаемых решений или совершаемых действий. В судебных стадиях процесса, если в ходе следствия были нарушены права граждан, то у суда есть достаточно возможностей, чтобы их в той или иной форме восстановить. Логично обжалование в суд тех действий и решений, которые пресекают доступ к правосудию (отказ в возбуждении уголовного дела, прекращение уголовного дела) или ограничивают конституционные права граждан. На это обращают внимание и другие авторы, считая, что функция судебного контроля не носит постоянно действующего характера, и ее реализация начинается с момента обжалования в суд любого процессуального действия дознавателя, следователя и прокурора[48]).

Судебный контроль распространяется на сравнительно ограниченный круг следственных и иных процессуальных действий и сводится к досудебной проверке законности и обоснованности этих действий, затрагивающих конституционные права граждан[49]).

Наделение суда полномочием осуществлять независимую оценку действий правоохранительных органов, связанных с ограничением конституционных прав граждан, создает дополнительные условия защиты этих прав.

Исследование судебного контроля в досудебных стадиях привело многих авторов к выводу о необходимости исследования его характера и форм. Так, отмечается, что судебный контроль за расследованием осуществляется в двух формах: предварительный и последующий.

Предварительный (разрешительный) судебный контроль состоит в рассмотрении ходатайств следователя, дознавателя и прокурора о производстве следственных и оперативных действий, последующий – в рассмотрении жалоб участников уголовного процесса. Выделяют еще и последующий судебный контроль в судебных стадиях процесса. Однако, если соответствующие действия и решения органов предварительного расследования существенно ограничивают конституционные права и свободы личности, отложение проверки законности и обоснованности таких действий до стадии судебного разбирательства может причинить ущерб, восполнение которого в дальнейшем может оказаться неосуществимым[50]).

Под контролем суда оказались три ключевых направления защиты прав человека: во-первых, дан перечень следственных и процессуальных действий и решений, осуществляемых при наличии судебного решения (сообщение суду о производстве в необходимых случаях некоторых следственных действий при отсутствии решения суда об этом), во-вторых, определен предмет жалоб и ходатайств участников уголовного процесса, в-третьих, определен процессуальный механизм рассмотрения жалоб и ходатайств, а также получения разрешения на производство следственного действия (оперативно-розыскного мероприятия).

А.Д. Назаров выделил три вида судебного контроля в досудебных стадиях. Первый вид – заключение под стражу осуществляется только по судебному решению, во-вторых, ограничение права каждого на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений допускается исключительно на основании судебного решения, в-третьих, рассмотрение жалоб, нарушающих права и свободы граждан[51]).

В литературе отмечается, что феномен судебного контроля в современном российском уголовном процессе упрочил свои позиции настолько, что вполне уместно говорить о нем как о самостоятельном направлении судебной деятельности, другими словами, – о нарождающейся уголовно-процессуальной функции судебного контроля.

Неизбежно возникает вопрос о перечне процессуальных действий и решений, которые, в соответствии с ч. 1 ст. 125 УПК РФ, способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию[52]).

Законом не определен критерий своевременности и необходимости применения механизма судебного контроля в досудебном производстве, не определена тактика следственных действий, проводимых под контролем суда, не достаточно четко определены полномочия участников уголовного судопроизводства в механизме судебного контроля.

Сказанное выше о трех ключевых направлениях судебного контроля в досудебных стадиях позволяет определить его формы.

Во-первых, судебное обжалование действий и решений органа дознания, дознавателя, следователя и прокурора в той части, в которой производимые процессуальные действия и принимаемые решения затрагивают интересы участников уголовного судопроизводства (ст. 123 УПК РФ).

УПК РФ 2001 г. определяет приоритеты при судебном обжаловании действий и решений в досудебных стадиях. Так, в ч. 1 ст. 125 УПК РФ названы конкретные решения следователя и прокурора: постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, постановление о прекращении уголовного дела. В этой же норме законодатель допускает возможность судебного обжалования также и иных решений и действий. Критерием определена способность причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию[53]).

По мнению Н.А. Колоколова, «судебный контроль в досудебном производстве носит преимущественно превентивный характер, предупреждая возможность незаконного ограничения конституционных прав человека и гражданина, но может быть и постфактум»[54]).

Во-вторых, формой осуществления судебного контроля в досудебном производстве можно назвать принятие судебных решений о производстве отдельных следственных и процессуальных действий и решений. Эта форма характеризуется тремя видами судебно-контрольных действий. К первому можно отнести правомочие суда принимать решения в ходе досудебного производства (ч.2 ст. 29 УПК РФ), включая судебные решения на производство оперативно-розыскных мероприятий в соответствии с Федеральным законом РФ от 12 августа 1995 г. № 144 - ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности». Ко второму - принятие судебных решений в отношении отдельных категорий лиц в досудебном производстве по уголовному делу (судебный иммунитет) – ст. ст. 448 - 450 УПК РФ. К третьему виду судебно-контрольной деятельности на досудебном производстве можно отнести принятие судебных решений при осуществлении международного сотрудничества в сфере уголовного судопроизводства (часть 5 УПК РФ).

В-третьих, форму судебного контроля, можно определить следующим образом – заявление ходатайства о проведении предварительных слушаний (п. з ч. 5 ст. 217 УПК РФ, ч. З ст. 229 УПК РФ). Возможность заявить данное ходатайство в досудебном производстве по окончании ознакомления обвиняемого и его защитника с материалами уголовного дела (ч. 4 ст. 217 УПК РФ) свидетельствует о реальности судебной власти на этом этапе процессуальной деятельности. Возможно, именно на этом этапе после своевременно заявленного ходатайства, например, об исключении доказательств, следователь или прокурор более внимательно рассмотрит всю совокупность собранных доказательств по делу, и признает доказательство недопустимым. Доказательство, признанное недопустимым, не подлежит включению в обвинительное заключение или обвинительный акт (ч. з ст.88 УПК РФ). Таким образом, сама возможность обращения обвиняемого и его защитника к суду, заявляя о недопустимости доказательств, свидетельствует о действенности судебного контроля в досудебном производстве.

Таким образом, некоторые элементы стадии предварительного расследования становятся составной частью судебной функции, и судебный контроль становится частью процессуальной процедуры предварительного расследования, обеспечивая при этом право на судебную защиту и доступ граждан к правосудию.

В связи с констатацией законодателем осуществления судом процессуальных действий аналогичных тем, что производятся и на досудебных стадиях, представляется необходимым внести изменения в судебную систему Российской Федерации. Прежде всего, это связано с необходимостью введения института следственных судей.

По мнению Н.Г. Муратовой  отечественное уголовное судопроизводство, определившее введение судебного контроля в досудебных стадиях предполагает необходимость введения в систему судебных органов новой должности – следственного судьи, наделенного исключительно контрольными судебными полномочиями за предварительным расследованием. Таким образом, контроль на стадии предварительного расследования должен быть обеспечен организационно.

Следственный судья  мог бы осуществлять все формы судебного контроля в досудебных стадиях:

– разрешение ходатайств участников уголовного судопроизводства (ст. 119 УПК РФ);

– рассмотрение жалоб участников уголовного судопроизводства и лиц, чьи интересы были затронуты производимыми процессуальными действиями и процессуальными решениями (ст. 123 УПК РФ) или способны причинить ущерб конституционным правам и свободам, либо затруднить доступ граждан к правосудию (ч.1 ст. 125 УПК РФ);

– разрешение на производство следственного действия (ч.2 ст. 29, ст. 165УПК РФ);

– судебный иммунитет (заключение о наличии в действиях отдельных категорий лиц состава преступления и согласие на производство в отношении них отдельных следственных действий) - ст. ст.447-450 УПК РФ[55]).

 

2.3 Судебный контроль как средство обеспечения прав и свобод личности

 

Рассмотрев понятие и сущность судебного контроля, мы пришли к выводу, что этот институт является важным средством обеспечения прав и свобод личности, признанных международными договорами и Конституцией РФ.

В контексте уголовного процесса наиболее важное значение имеют следующие международные договоры: Международный пакт о гражданских и политических правах (1966 г.); Всеобщая декларация прав человека (1948 г.); Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод (1950 г.) и Дополнительные протоколы к ней; Общие международные договоры: Конвенция о правовой помощи; Конвенция против пыток; Конвенция о статусе беженцев.

Уголовно-процессуальный кодекс РФ закрепляет принципы неприкосновенности личности, жилища, тайну переписки, телефонных и иных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений. Аналогичные принципы провозглашены в большинстве международно-правовых актов, ратифицированных РФ, например, в Конвенции о защите прав человека и основных свобод (1950 г.), где в п. 1 ст. 8 говорится: «Каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища него корреспонденции». Однако толкование данных принципов в уголовном процессе России существенно отличается от их понимания Европейским Судом, несмотря на то, что Европейская конвенция о защите прав и основных свобод в Российской Федерации вступила в силу 5 мая 1998 г., а решения Европейского Суда по правам человека приобрели обязательную силу[56]).

А.П. Гуськова отмечает, что «сегодня на современном этапе развития цивилизации идет всеобщий процесс становления нового мирового порядка. Достижение этого немыслимо без обеспечения прав каждого человека в соответствии с международными документами в области прав человека. В решении конкретных задач уголовного судопроизводства, как представляется, требуется универсальное понимание прав человека. На мировой арене утвердилась позиция, что отношение к правам человека не является внутренним делом отдельного государства»[57]).

Конституция РФ в ст. 18 предписывает, что права и свободы человека и гражданина определяют смысл, содержание и применение законов, и как способ обеспечения этих прав и свобод наделяет суд исключительной правоспособностью.

Неприкосновенность предоставляемых Конституцией РФ прав может нарушить лишь решение суда (кроме возможного ограничения неприкосновенности жилища на основании федерального закона), основанное на достаточных и достоверных доказательствах, имеющихся в уголовном деле.

В соответствии с полномочиями суда, предусмотренными положениями 4.2 ст. 29 УПК РФ, суд наделен исключительной компетенцией принятия решения о производстве тех следственных действий, которые прямо посягают на охраняемые государством права и интересы.

Принимая решение о производстве того или иного следственного действия, суд определяет незримую грань между защищаемыми уголовно-процессуальным законом интересами потерпевшего, подозреваемого, обвиняемого и необходимостью вторжения в сферу охраняемых Конституцией РФ прав и интересов для получения доказательств, подтверждающих или опровергающих виновность последнего[58]).

Главное предназначение судебной власти – обеспечивать защиту прав и свобод человека и гражданина. В постановлении Конституционного Суда РФ от 3 июля 2001 г. № 10 - П подчеркивается: «Конституционный принцип правового государства, возлагающий на Российскую Федерацию обязанность признавать, соблюдать и защищать права и свободы человека и гражданина как высшую ценность, предполагает установление такого правопорядка, который должен гарантировать каждому государственную защиту его прав и свобод»[59]).

Для изучения института судебного контроля представляется необходимым рассмотрение вопроса о его конституционных основах.

Согласно фундаментальному принципу организации власти в Российской Федерации государственная власть в РФ осуществляется на основе ее разделения на законодательную, исполнительную и судебную. Судебная власть посредством конституционного, гражданского, административного и уголовного судопроизводства осуществляет в Российской Федерации правосудие (ст. 118 Конституции РФ). Важно подчеркнуть, что согласно Конституции РФ суд является единственным органом, уполномоченным осуществлять правосудие как особую функцию государственной власти[60]).

Целью осуществления правосудия является защита прав и свобод человека и гражданина (ст. 18 Конституции РФ), поэтому логично, что это породило необходимость введения судебного контроля в досудебное производство, где, как показывает практика, и происходит огромное число нарушений прав и свобод человека.

Еще в 1993 году в конституционных нормах было закреплено положение суда как органа, контролирующего досудебное производство. Это, прежде всего, положения ч. 2 ст. 22 Конституции РФ, согласно которой «арест, заключение под стражу и содержание под стражей допускаются только по судебному решению». До судебного решения лицо не может быть подвергнуто задержанию на срок более 48 часов; ч. 2 ст. 23 Конституции РФ, согласно которой «ограничение права на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений допускается только на основании судебного решения»; ст. 25 Конституции РФ устанавливающей, что «никто не вправе проникать в жилище против воли проживающих в нем лиц иначе как в случаях, установленных федеральным законом, или на основании судебного решения»; ст. 46 Конституции РФ, гарантирующей каждому судебную защиту и возможность обжалования в суд решений и действий (или бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц.

В течение почти десяти лет указанные положения Конституции РФ не были реализованы, сталкиваясь с сопротивлением силовых ведомств, несмотря на то, что вопрос о необходимости введения судебного контроля в предварительное следствие, как важнейший фактор гарантий основных прав и свобод человека, поднимался и учеными, и практическими работниками, и самими законодателями, и Конституционным Судом Российской Федерации (в постановлениях о признании неконституционными ряда положений ст. 248, 255, 335, 371 УПК РСФСР и др.). И только с 1 июля 2002 г. (момента введения в действие Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации от 18 декабря 2001г.) уголовно-процессуальные нормы, предусматривающие возможность ограничения основных прав и свобод человека, обжалования обвиняемым, защитником и другими участниками процесса в суд незаконных действий и решений следователя и прокурора, были приведены в соответствие с конституционными нормами, что привело к появлению института судебного контроля в досудебном производстве.

Появление в российском процессе указанного института приблизило Россию ко всему цивилизованному миру, в котором практикуется именно судебный порядок ограничения прав человека в уголовном процессе. Преимущество такого подхода заключается в том, что решения следователя и прокурора об ограничении прав и свобод гражданина проверяются таким органом, который не зависит от следствия и прокурорского надзора: судья не отвечает за раскрываемость преступлений и качество следствия, он не связан обвинительной установкой и узковедомственными интересами, у него отсутствует заинтересованность в раскрываемости преступлений, поэтому он способен наилучшим образом защитить права граждан. Кроме того, эффективность судебного контроля объясняется высоким государственным статусом судебной власти, ее отдаленностью и независимостью от законодательной и исполнительной властей.

Судебный контроль еще на один шаг приблизил российский уголовный процесс к состязательному типу. Состязательность судопроизводства как конституционный принцип впервые был введен также Конституцией РФ 1993 года (ч. 3 ст. 123), однако долгое время он не был основополагающим в российском уголовном процессе, который вследствие этого сохранял некоторые черты инквизиционного.

Состязательность – форма организации уголовного судопроизводства, для которой характерны: строгое разделение функций обвинения, защиты и разрешения дела между прокурором (частным обвинителем), обвиняемым (защитником) и судом; процессуальное равноправие сторон обвинения и защиты; разбирательство дела путем полемики сторон перед независимым и беспристрастным судом.

В досудебном производстве, создающем предпосылки для успешного достижения целей как конкретного судебного разбирательства, так и уголовного процесса в целом, роль судебного контроля не менее важна, чем роль и значение суда в судебном разбирательстве и уголовном процессе в целом. Однако, что особенно важно, это то, что он не должен быть отдален от человека и его прав и интересов, именно их защита в процессе возбуждения уголовного дела и предварительного расследования должны быть главной целью его функционирования. При этом суд выполняет привычную для себя роль, являясь арбитром в возможном столкновении интересов личности и государства в лице должностных лиц органов исполнительной власти и гарантией законности в досудебном производстве.

Итак, с введением в действие УПК РФ произошло расширение сферы функционирования судебной власти в досудебных стадиях уголовного судопроизводства, повышение ее роли в реализации конституционных прав граждан при применении мер уголовно-процессуального принуждения, при производстве оперативных мероприятий, при принятии процессуальных решений[61]).

 

 

3 Виды следственных действий, проводимых по судебному решению

3.1 Осмотр, обыск, выемка в жилище

 

Виды следственных действий, проводимых по решению суда, были перечислены нами в первой главе. В рамках нашей работы считаем целесообразным подробнее остановиться на таких как: осмотр, обыск, выемка в жилище; наложение ареста на корреспонденцию, разрешение на ее осмотр и выемку в учреждениях связи; контроль и запись телефонных и иных переговоров.

Рассматривая вопрос о производстве отдельных следственных действий в жилище, невозможно обойти стороной вопрос о том, что же такое «жилище».

В правоприменительной практике есть ряд проблем, связанных с пробелами в толковании тех или иных уголовно – правовых норм. Одна из них толкование понятия «жилище».

Собственно, формулировка «жилище» в примечании к ст. 139 УК РФ изложена довольно подробно: индивидуальный жилой дом с входящими в него жилыми и нежилыми помещениями, жилое помещение независимо от формы собственности, входящее в жилищный фонд и пригодное для постоянного или временного проживания, а равно иное помещение или строение, не входящее в жилищный фонд, но предназначенное для временного проживания.

Однако возникают ситуации, когда ограничиваться положениями этого примечания не представляется возможным. Если с первой частью примечания все ясно, то во второй чувствуется явная законодательная недоработка. Речь идет об «иных помещениях или строениях, не входящих в жилищный фонд, но предназначенных для временного проживания».

Многие правоприменители зачастую по-разному понимают суть выражений «…пригодное для постоянного или временного проживания…», «…предназначенные для временного проживания…», содержащихся в примечании к ст. 139 УКРФ. Они полагают: если какое-либо помещение или строение возможно использовать под жилье, то оно в любом случае является жилищем в уголовно-правовом смысле. С этим нельзя согласиться потому, что примечание лишь обобщает всю сферу правоотношений, связанных с правом владения и пользования объектами жилья, и не может служить прецедентом для любой ситуации. Каждый раз требуется конкретизация.

Исходя из смысла ст. 25 Конституции РФ, в жилище, на которое направлено посягательство, должен кто-либо постоянно или временно проживать.

Поскольку применение примечания к ст. 139 УК РФ неодинаково,           В. Копылов, исходя из вышесказанного, считает, что целесообразно было бы законодательно дополнить конец примечания после слов «… но предназначенные для временного проживания» словами «… и используемое в этих целях». Это дополнение внесло бы ясность в примечание и развеяло бы сомнения[62]).

В связи с этим обратим внимание на решение Европейского суда по делу Джиллоу против Соединенного Королевства[63]), в котором Суд указал, что владельцы дома, фактически не проживавшие в нем в течение 19 лет, могут называть этот дом своим жилищем. Суд обосновывал это тем, что несмотря на длительное отсутствие, заявители намеревались вернуться, и у них сохранялись непрерывные связи со своей собственностью.

Н. Лопаткина отмечает, что местом временного пребывания являются гостиницы, санатории, дома отдыха, пансионаты, кемпинги, другие подобные учреждения, а также каюты пароходов, купе поездов, гаражи, автомобили, палатки и иные помещения, в которых человек находиться временно[64]).

А. Васильев рассматривает данную проблему несколько в ином ракурсе. Согласно инструкции по заполнению формы федерального государственного статистического наблюдения № 1 - жилфонд «Сведения о жилищном фонде», утвержденной постановлением Комитета РФ по статистике № 81 (д) от 5 ноября 2001 г., жилым зданием (домом) считается строение, имеющее почтовый номер, вся или не менее половины площади которого предназначена для постоянного проживания, расположенное на земельном участке в определенных границах со всеми находящимися на нем вспомогательными сооружениями, элементами благоустройства, здание, пригодное для постоянного проживания, в котором жилые помещения составляют более половины площади помещения здания. Законченное строительством жилое здание в установленном законом порядке принимается в эксплуатацию, регистрируется в кадастровом и техническом учете, включается в жилищный фонд.

Таким образом, по признаку включения в жилищный фонд виды жилища, находящиеся под защитой ст. 139 УК РФ, можно разделить на две группы. К первой следует отнести те, которые включены в жилищный фонд. Ко второй относятся помещения и строения, не входящие в жилищный фонд, но предназначенные для временного проживания.

Зачастую граждане, приспособив недостроенный дом для временного проживания, начинают жить в нем. Такое недостроенное неблагоустроенное индивидуальное здание по причинам несоответствия требования жилого дома не может быть признано индивидуальным жилым домом, пригодным для постоянного проживания.

Но оно также не может считаться «предназначенным для временного проживания», поскольку в проектных документах этот дом определяется как «предназначенный для постоянного проживания».

Правовое положение такого индивидуального здания не охватывается системой понятий «жилище», предусмотренных примечанием к ст. 139 УК. В связи с этим А. Васильев считает, что здания и помещения, построенные на отведенном для этого земельном участке и приспособленные для временного проживания, а также здания и помещения, с согласия собственника или владельца приспособленные для временного проживания, должны быть взяты под защиту УК[65]).                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                 

Принцип неприкосновенности жилища нашел свое отражение в международных нормах, Конституции РФ, отраслевом законодательстве. В ст. 12 УПК сказано: «Осмотр жилища производиться только с согласия проживающих в нем лиц или на основании судебного решения, за исключением случаев, предусмотренных частью пятой статьи 165 настоящего Кодекса…»[66]).

Принцип неприкосновенности жилища должен соблюдаться и по месту постоянного жительства, и по месту временного пребывания человека. Неприкосновенность жилища должна быть обеспечена не только в тех случаях, когда проживающий является собственником или занимает жилище по договору найма, аренды или на других законных основаниях, но и когда налицо лишь фактическое пользование жилищем. Например, без судебного решения нельзя проводить обыск в самовольно построенном доме. Другими словами, право на неприкосновенность жилища и право на жилище нетождественны. Первое – самостоятельно и не является производным второго.

Осмотр жилища производится только с согласия проживающих в нем лиц или на основании судебного решения. Если проживающие в жилище лица возражают против осмотра, то следователь возбуждает перед судом ходатайство о производстве осмотра в соответствии со статьей 165 УПК РФ[67]).

Так, Центральным районным судом г. Ярослава было удовлетворено ходатайство старшего следователя СО о разрешении производства обыска в жилище, где проживает И. В судебном заседании старший следователь С. Показал, что у следствия имеются основания полагать, то И. имел возможноссть скрыть следы преступления: мог спрятать у себя дома похищенное имущество. Имеются основания полагать, что оно может храниться в квартире, где проживает И. Руководствуясь ст. 165, ст. 182 УПК РФ, судья постановил: разрешить производство обыска в жилище И.[68]).

Соблюдение принципа законности при производстве следственных действий важнейшее условие признания допустимыми доказательств, полученных в ходе их производства. Это особенно актуально в случае, когда непосредственно затрагиваются права граждан. В связи с этим мы рассмотрим проблемы, которые возникают при производстве осмотра жилища как места происшествия.

Если местом происшествия является жилище, следует ли для его осмотра истребовать согласие проживающих в нем лиц, а в случае возражений ходатайствовать о разрешении осмотра в судебном порядке? Как быть в случае, когда единственным лицом, проживающим в данном жилище, является подозреваемый, который в качестве способа защиты отказывает в производстве осмотра и, пользуясь тем, что для получения судебного решения нужно время, уничтожает следы преступления?

Возникает проблема комплексного характера: с одной стороны, существуют конституционные принципы неприкосновенности жилища и ограничения прав и свобод только в судебном порядке, а с другой - необходимость полно и качественно осмотреть место происшествия, установить наличие или отсутствие факта преступления, изъять следы и орудия преступного деяния, т. е выполнить задачи уголовного преследования, возложенные законом на дознавателя, следователя, прокурора. Неразрешенность этого вопроса «связывает руки» правоохранительным органам, повышает риск признания полученных доказательств недопустимыми[69]).

Учитывая нередко неотложный характер, когда производство этих следственных действий не терпит отлагательства, в ч. 5 ст. 165 УПК РФ предусмотрена возможность проводить осмотр жилища, обыск и выемку в жилище до получения судебного решения с последующим уведомлением об этом в течение 24 часов судьи. В исключительных случаях также необходимы соответствующие основания и соблюдение процессуальной процедуры их проведения. Отсроченный контроль со стороны судьи может лишь выявить и устранить допущенные нарушения, но не предупредить их. Этим определяются повышенные требования к следователю по обеспечению законности и обоснованности производства осмотра жилища, обыска и выемки в жилище в порядке ч. 5 ст. 165 УПК РФ[70]).

Выемки и обыски в домах как для доставления обвиняемого, так и для получения поличного были в употреблении с давних времен в нашем праве, в Уставной книге Разбойного приказа они определены уже с точностью, а в Уложении надлежащим образом определены условия выемки, образ ее производства и последствия, так что правила, в нем изложенные, служат главным основанием ныне действующих постановлений по сему предмету, о котором в Уложении сказано следующее: «А будет кто у кого в дому сведает поличное, и похочет то поличное выняти, и ему на то поличное взяти из приказу пристава, а приставу взяти с собою понятых, сторонних людей, добрых, кому мочно вериги; и поличное выняти с теми людьми, куды он послан будет искати, и то поличное, выняв, отнести в приказ с теми же людьми, при ком то поличное вымет»[71]).

Обыск – это следственное действие, состоящее в принудительном обследовании помещений, иных мест или отдельных лиц в целях отыскания и изъятия предметов и документов, могущих иметь значение для дела, а также для обнаружения разыскиваемых лиц или трупов. Основания и порядок производства обыска регламентируются ст. 182 УПК РФ. Следователь, имея достаточные основания полагать, что в каком-либо помещении, ином месте или у какого-либо лица находятся орудия преступления, предметы и ценности, добытые преступным путем, а равно другие предметы или документы, могущие иметь значение для дела, производит обыск[72]).

УПК РФ предусматривает судебное решение как основание для производства обыска и выемки в жилище[73]).

Судебный порядок получения разрешения на производство следственного действия закреплен в ст. 165 УПК РФ:

  1. Следователь с согласия руководителя следственного органа возбуждает перед судом ходатайство о производстве следственного действия, о чем выноситься постановление.
  2. Ходатайство о производстве следственного действия подлежит рассмотрению единолично судьей районного суда или военного суда соответствующего уровня по месту производства предварительного следствия или производства следственного действия не позднее 24 часов с момента поступления указанного ходатайства.
  3. В судебном заседании вправе участвовать прокурор, следователь и дознаватель.
  4. Рассмотрев указанное ходатайство, судья выносит постановление о разрешении производства следственного действия или об отказе в его производстве с указанием мотивов отказ.

В ходе дачи согласия на проведение обыска у суда должно сформироваться предположение о нахождении в определенном месте имеющих значение для дела объектов. Это предположение должно основываться на достаточных и достоверных фактических данных. Необязательно раскрывать, какое именно значение будет иметь изымаемый объект, в постановлении суда достаточно ссылки на значимость его для дела[74]).

В ч. 11 ст. 182 УПК РФ предусмотрено, что при производстве обыска участвует лицо, в помещении которого производиться обыск, либо совершеннолетние члены его семьи.

В случае отсутствия лица, в жилище которого предполагается делать обыск, возникает вопрос: можно ли при наличии законно вынесенного постановления о производстве обыска в жилище войти туда в отсутствии проживающего в нем лица?

В подобной ситуации следователь, руководствуясь ч.6 ст. 182 УПК, может применять меры для принудительного проникновения в жилище, взломав дверь, окно, замок и т.п. Именно в выборе варианта способа законного вторжения в помещение коренится ключ к решению вопроса, так как следователь при производстве обыска не должен допускать не вызванное необходимостью повреждение имущества[75]).

В ч. 11 ст. 182 УПК не предусмотрена обязательность участия лица в обыске, который производиться в его жилище. Там зафиксировано только его право на это. Гражданин вправе сам решать, что делать ему в своем жилище во время обыска, кроме случаев, когда следователь запрещает участникам покидать место проведения данного следственного действия[76]).

В исключительных случаях, когда производство осмотра жилища, обыска или выемки в нем не терпят отлагательства, они могут быть произведены на основании постановления следователя без получения судебного решения, но при этом на следователя возложена обязанность в течение 24 часов с момента начала производства следственного действия уведомить об этом судью[77]).

Получив указанное уведомление, судья проверяет законность проведения следственного действия и выносит постановление об его законности или незаконности. В случае признания произведенного следственного действия незаконным полученные доказательства признаются недопустимыми[78]).

Так, в Промышленном суде г. Ярослава имеется материал о проведенном в феврале 2010 г. Следователем СО Управления Госнаркоконтроля РФ по Ярославской области А. обыске жилища П. без судебного решения. В уведомлении следователем указывается, что проведение обыска жилища П. вызвано обстоятельствами, не терпящими отлагательства, однако такие обстоятельства указаны не были. Таким образом, суду не были представлены доказательства, подтверждающие законность и необходимость проведенного обыска в жилище П. без судебного решения. Руководствуясь ст. 165 УПК РФ, суд признал данный обыск незаконным[79]).

В любом случае, человек может подать жалобу как на само процессуальное решение, так и по поводу производства обыска. Прокурор должен рассмотреть жалобу в течение трех суток, в исключительных случаях – в срок до 10 суток и о принятом решении сообщить заявителю. Судья проверяет законность и обоснованность действий (бездействия) и решений дознавателя, следователя, прокурора не позднее пяти суток со дня поступления жалобы в судебном заседании, на которое приглашается заявитель и другие представители его интересов[80]).

 

3.2 Наложение ареста на корреспонденцию, разрешение на ее осмотр и выемку в учреждениях связи

 

Всеобщая декларация прав человека 1948 года провозгласила, что «никто не может подвергаться произвольным посягательствам на тайну его корреспонденции»[81]).

Право на тайну корреспонденции следовало бы определить как гарантированную государством возможность свободно обмениваться информацией личного характера, не опасаясь, что она станет известна третьим лицам. Без тайны переписки немыслимо существование современного общества. Тайна переписки как правовой принцип обеспечивает поддержание социальных контактов – семейных, дружеских и деловых отношений. Тайна переписки – гарантия охраны интимных и других личных сторон жизни граждан, условие искреннего общения между ними.

Сохранение тайны переписки возложено на почтово-телеграфные учреждения, за исключением немногочисленных случаев, когда корреспонденция доставляется иным образом.

Общее правило о сохранении в тайне почтово-телеграфной корреспонденции знает три исключения. Устав связи (ст. 55) разрешает вскрывать корреспонденцию:

1) по распоряжению адресата (например, в случае его болезни);

2) по указанию руководителя предприятия связи (при нарушении оболочки перевязи, печати, недостаче веса, обнаружении подозрительного запаха или течи (кроме писем), при наличии оснований для предположения об утрате или порче содержимого бандеролей, посылок, при длительном невостребовании корреспонденции);

3) по определению суда[82]).

Статья 185 УПК РФ закрепляет: «При наличии достаточных оснований полагать, что предметы, документы или сведения, имеющие значение для уголовного дела, могут содержаться соответственно в бандеролях, посылках или других почтово-телеграфных отправлениях либо в телеграммах или радиограммах, на них может быть наложен арест.

Наложение ареста на почтово-телеграфные отправления, их осмотр и выемка в учреждениях связи производятся на основании судебного решения, принимаемого в порядке, установленном статьей 165 настоящего Кодекса.

В ходатайстве следователя о наложении ареста на почтово-телеграфные отправления и производстве их осмотра и выемки указываются:

1) фамилия, имя, отчество и адрес лица, почтово-телеграфные отправления которого должны задерживаться;

2) основания наложения ареста, производства осмотра и выемки;

3) виды почтово-телеграфных отправлений, подлежащих аресту;

4) наименование учреждения связи, на которое возлагается обязанность задерживать соответствующие почтово-телеграфные отправления.

В случае принятия судом решения о наложении ареста на почтово-телеграфные отправления его копия направляется в соответствующее учреждение связи, которому поручается задерживать почтово-телеграфные отправления и незамедлительно уведомлять об этом следователя.

Осмотр, выемка и снятие копий с задержанных почтово-телеграфных отправлений производятся следователем в соответствующем учреждении связи с участием понятых из числа работников данного учреждения. В необходимых случаях для участия в осмотре и выемке почтово-телеграфных отправлений следователь вправе вызвать специалиста, а также переводчика. В каждом случае осмотра почтово-телеграфных отправлений составляется протокол, в котором указывается, кем и какие почтово-телеграфные отправления были подвергнуты осмотру, скопированы, отправлены адресату или задержаны.

Арест на почтово-телеграфные отправления отменяется следователем с обязательным уведомлением об этом суда, принявшего решение о наложении ареста, и прокурора, когда отпадает необходимость в этой мере, но не позднее окончания предварительного расследования по данному уголовному делу[83]).

Правила данной статьи подчинены обеспечению конституционного права граждан на тайну переписки и иных сообщений (ч. 2 ст. 23 Конституции РФ).

Наложение ареста на отправления в отличие от контроля и записи переговоров (ст. 186 УПК РФ) производится на уже существующие носители (отправления) и исполняется операторами почтовой связи.

Основанием для наложения ареста являются доказательства о том, что почтово-телеграфные отправления могут содержать относимую к делу информацию. Получение этой информации составляет конечную цель данного следственного действия. При этом закон не разрешает налагать арест на корреспонденцию для иных целей, например, для создания препятствий общения.

Так, Центральным районным судом г. Ярослава было удовлетворено ходатайство старшего следователя СО о разрешении наложения ареста на почтовую корреспонденцию В. В судебном заседании старший следователь С. показал, что у следствия имеются основания полагать, то переписка В. содержит информацию относимую к возбужденному уголовному делу. Руководствуясь ст. 165, ст. 182 УПК РФ, судья постановил: разрешить наложение ареста на почтовую корреспонденцию В.[84]).

Наложение ареста на почтово-телеграфные отправления всегда производится на основании судебного решения, принимаемого в порядке ст. 165 УПК РФ.

Судебное решение о наложении ареста одновременно означает и разрешения на осмотры и выемки отправлений. Поэтому во время действия ареста неоднократные осмотры и выемки корреспонденции проводятся без дополнительных санкций.

Арест накладывается только на отправления конкретного лица – подозреваемого или обвиняемого как на исходящие от него, так и входящие для него. Корреспонденция юридического лица подвергается аресту, если она будет исходить от подозреваемого (обвиняемого) или будет ему адресована. Когда обвиняемый использует постороннее лицо для отправки и получения корреспонденции, то последняя может быть изъята в ходе другого следственного действия – обыска или выемки. Запрещается наложение ареста на корреспонденцию свидетеля, потерпевшего или иного лица[85]).

Задерживаться могут любые виды почтово-телеграфных отправлений: а) письменная корреспонденция (простые и регистрируемые письма, почтовые карточки, секограммы – сообщения для слепых, бандероли и мелкие пакеты); б) иные отправления (посылки, прямые почтовые контейнеры, телеграфные сообщения) – ст. 2 Закона РФ "О почтовой связи" от 17.07.99 г. № 176-ФЗ.

Денежные переводы должны быть арестованы в порядке ст. 115 УПК РФ. Оператор связи, исполняя решение суда, уведомляет следователя о факте задержания отправлений. Следователь вправе в любой момент (и до уведомления) приступить к осмотру и выемке отправлений. При этом должны обеспечиваться условия не распространения информации о тайне сообщений.

При осмотре, выемке и снятии копий с отправлений обязательно присутствуют понятые из числа работников данного учреждения связи.

Каждый факт осмотра и выемки отправлений (вне зависимости от результатов) оформляется протоколом по правилам ст. 166 УПК РФ. По результатам осмотра отправления могут быть задержаны и приобщены к делу (в оригинале или копии) или отправлены адресату.

Арест отменяется постановлением следователя, когда в нем отпадает необходимость, с уведомлением об этом суда. Для ареста отправлений как процессуальной меры принуждения должны соблюдаться общие условия их применения. В частности, арест не может действовать по приостановленному делу, по прекращенному делу. Срок ареста не может превышать срока предварительного расследования.

Учитывая тесную связь между арестом почтово-телеграфных отправлений и контролем и записью переговоров суду целесообразно устанавливать по аналогии срок ареста в пределах 6 месяцев (ч. 5 ст. 186 УПК).

В практике встречаются случаи выемки иных сообщений, которые формально не являются почтово-телеграфными отправлениями. Часть 2 ст. 23 Конституции РФ допускает ограничение права граждан на тайну "иных сообщений" только по судебному решению. На основании прямого действия Конституции РФ, выемка пейджинговых сообщений, сообщений электронной почты или иных передаваемых по сетям электросвязи сообщений должна быть проведена только по решению суда. Нарушение этого требования влечет признание полученных доказательств недопустимыми (ч. 2 ст. 50 Конституции РФ)[86]).

Данное следственное действие регламентировано ст. 185 УПК РФ и по существу является особой разновидностью выемки. Оно состоит из двух относительно самостоятельных, но взаимосвязанных элементов: а) наложения ареста на почтово-телеграфные отправления и б) их осмотра и выемки. Наложение ареста в данном случае является принудительной мерой, обеспечивающей последующее следственное действие – выемку[87]).

Арест, осмотр и изъятие почтово-телеграфных отправлений – это эффективное средство раскрытия преступлений, позволяющее в негласном порядке выявить намерения подозреваемых и обвиняемых (планирование новых преступлений, сокрытие следов и т.д.), определить круг соучастников преступлений, получить информацию о местонахождении вещественных доказательств, трупа, установить каналы сбыта похищенного и другие обстоятельства, подлежащие доказыванию. Однако негласный характер этих действий не превращает их в оперативно-розыскное мероприятие, предусмотренное п. 9 ст. 6 Закона об ОРД (контроль почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений), т.к.: 1) познавательную деятельность осуществляет не оперативный орган, а сам следователь; 2) эта деятельность детально урегулирована процессуальным законом[88]).

 

3.3 Контроль и запись телефонных и иных переговоров

 

Каждый гражданин имеет право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений. Ограничение этого права допускается только на основании судебного решения. Для производства контроля и записи переговоров основанием является предположение о том, что в телефонных переговорах подозреваемого, обвиняемого и других лиц могут содержаться сведения, имеющие значение для дела. Данное предположение безусловно носит вероятностный характер, однако необходимо, чтобы оно имело фактическую основу в материалах уголовного дела (сведения об этом в показаниях потерпевшего, свидетеля, рапорт оперативного сотрудника и т. д.). Контроль и запись переговоров возможны только по уголовным делам о тяжких и особо тяжких преступлениях[89]).

При этом следует отметить, что в соответствии со ст. 18 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» допускается проведение оперативно-розыскных мероприятий, связанных с контролем и записью телефонных переговоров при наличии судебного решения и при наличии информации не только по тяжким и особо тяжким преступлениям, но и другим совершенным, совершаемым и подготавливаемым уголовно-наказуемым деяниям, по которым производство предварительного следствия является обязательным. Однако полученная в данном случае информация носит только оперативный характер и не является доказательством. Также закон оговаривает случаи, когда имеет место угроза совершения насилия, вымогательства и других преступных действий в отношении потерпевшего, свидетеля или их близких родственников, родственников и близких лиц. В данном случае необходимо наличие письменного заявления указанных лиц, а если оно отсутствует, то судебное решение, полученное в порядке ст. 165 УПК РФ. Ходатайство следователя о производстве контроля и записи телефонных и иных переговоров должно содержать ряд обязательных сведений, а именно – указание на номер уголовного дела, при производстве которого необходимо применение данной меры, основания, по которым производится данное следственное действие, фамилия, имя и отчество лица, чьи телефонные и иные переговоры подлежат контролю и записи (целесообразно также указывать его процессуальное положение), – срок, в пределах которого предполагается осуществление контроля и записи, а также наименование органа, которому поручается техническое осуществление контроля и записи. После получения судебного решения постановление о производстве контроля и записи телефонных и иных переговоров направляется следователем для исполнения в соответствующий орган. Контролю и записи могут быть подвергнуты не только переговоры, которые лицо ведет по личному номеру, но и иные каналы связи, которыми он пользуется в связи со служебной или иной деятельностью. Место и способы осуществления контроля и записи телефонных и иных переговоров может определять как следователь, так и орган, которому направляется на исполнение постановление следователя. Установлен максимальный срок контроля и записи переговоров, который не может превышать 6 месяцев. При наличии оснований данный срок может быть продлен, но каждый раз на срок не более 6 месяцев. При этом контроль и запись переговоров могут быть прекращены, если необходимость в них отпала, и до истечения установленного срока. Так как контроль и запись переговоров являются следственным действием, то и их производство возможно только в период расследования конкретного уголовного дела. С истечением срока расследования прекращается и срок контроля и записи переговоров. Следователь, по постановлению которого осуществляется контроль и запись переговоров, в любое время по мере необходимости может истребовать от органа, их осуществляющего, фонограмму для осмотра и прослушивания.

В данном случае выемка не требуется[90]).

Контроль и запись переговоров как следственное действие состоит: а) в поручении следователем специализированным органам вести прослушивание и запись переговоров путем использования любых средств коммуникации лиц, которые могут располагать сведениями, имеющими значение для уголовного дела; б) в истребовании полученной фонограммы; г) фиксации содержания переговоров в протоколе (п. 141 ст. 5; ст. 186 УПК РФ)[91]).

Данное следственное действие во многом напоминает сходные с ним оперативно-розыскных мероприятия – прослушивание телефонных переговоров, звуковое наблюдение, снятие информации с технических каналов связи, контроль сообщений. С точки зрения методов производства между ними нет принципиальных различий, поскольку само техническое осуществление прослушивания и звукозаписи производится оперативными подразделениями технической разведки ФСБ, ОВД в условиях конспирации, т. е. оперативно-розыскными средствами. Это дает некоторым авторам повод утверждать, что контроль и запись переговоров не являются следственным действием, так как между прослушивающими переговоры органами и прослушиваемыми лицами они не усматривают каких-либо процессуальных правоотношений. Следует, однако, признать, что некоторые процессуальные отношения в ходе самого прослушивания и записи все же возникают – при даче следователем поручения специализированному подразделению органа дознания о контроле и записи переговоров, а также при истребовании и оформлении результатов этих действий. Определенные правоотношения имеют место и между прослушивающими переговоры органами и прослушиваемыми лицами. Так, последние имеют право на то, чтобы прослушивание производилось лишь с разрешения суда и не более установленного им срока. Впрочем, аналогичные права предоставляет прослушиваемым лицам и законодательство об оперативно-розыскной деятельности (ст. 8–9 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности), поэтому их нельзя признать сугубо процессуальными. Признаками следственного действия в полной мере обладают не все элементы контроля и записи переговоров, предусмотренные ст. 186 УПК РФ. Любое следственное действие по форме представляет собой открытое (неконспиративное и до известной степени гласное) восприятие следователем или сотрудниками органа дознания фактических обстоятельств дела в порядке, детально урегулированном уголовно-процессуальным законом. Собственно процесс контроля и записи переговоров (ч. 4–5 ст. 186 УПК РФ), осуществляемый конспиративно оперативными подразделениями органов дознания, этим требованиям не отвечает. Техническое осуществление контроля и записи переговоров уголовно-процессуальными нормами не регулируется. По существу, они вплотную приближаются к оперативно-розыскному мероприятию, выполняемому по поручению следователя. Напротив, осмотр и прослушивание следователем полученной таким способом фонограммы с участием понятых, при необходимости – специалиста, а также лиц, чьи переговоры записаны (ч. 7 ст. 186 УПК РФ), несомненно, обладают признаками следственного действия[92]).

Контроль и запись переговоров необходимо отграничивать также от ареста и выемки почтово-телеграфных отправлений. Между ними существует два основных различия. Во-первых, арест и выемка состоит в контроле, задержании и изъятии материальных носителей информации, уже созданных самими участниками письменных переговоров (записки, письма, пейджинговые сообщения, документы, отправленные по электронной почте). При контроле и записи переговоров материальные носители – фонограммы создаются по поручению следователя, поскольку переговоры ведутся устно. Во-вторых, при контроле и записи переговоров основным участником является специализированное оперативное подразделение органа дознания, которое их прослушивает и записывает. В выемке же почтово-телеграфных отправлений принимает участие обычный (неконспиративный) оператор связи, через который передаются сообщения[93]).

Контролю и записи могут быть подвергнуты как телефонные, так и любые другие устные переговоры подозреваемого, обвиняемого, и других лиц, которые могут располагать сведениями о преступлении либо иными сведениями, имеющими значение для уголовного дела. В качестве условия для проведения данного следственного действия закон признает наличие производства по тяжкому или особо тяжкому преступлению (ч. 4–5 ст. 15 УК РФ)[94]).

Таким образом, порядок осуществления контроля и записи переговоров включает в себя несколько этапов.

  1. Вынесение следователем мотивированного постановления о возбуждении перед судом ходатайства о контроле и записи переговоров. Оно направляется в суд в порядке ст. 165 УПК РФ. Постановление судьи об осуществлении контроля и записи переговоров направляется следователем в соответствующий орган для исполнения. Если контроль и запись переговоров ведется по письменному заявлению их участника, то следователь лишь выносит постановление и уведомляет об этом прокурора.
  2. Техническое производство контроля и записи переговоров специализированным подразделением органа дознания.
  3. Истребование следователем фонограммы переговоров от органа, осуществляющего их контроль и запись, может быть сделано в любое время в течение всего срока контроля и записи. В ответ на запрос следователя фонограмма ему передается в опечатанном виде с сопроводительным письмом, с указанием времени начала и окончания записи, кратких технических характеристик использованных средств. При этом не нужны сведения о лицах, которые осуществляли сами контроль и запись переговоров.
  4. Осмотр и прослушивание фонограммы следователем производится в присутствии понятых. В осмотре могут участвовать специалист и лица, чьи переговоры записаны. О результатах осмотра составляется протокол по правилам ст. 166 УПК РФ, причем в нем излагается (дословно) лишь та часть фонограммы, которая, по мнению следователя, имеет отношение к данному делу. Однако вся фонограмма в полном объеме приобщается к делу в качестве вещественного доказательства.

Контроль и запись переговоров прекращаются по постановлению следователя, когда в них отпадает необходимость, либо истекает установленный судом срок их производства или срок предварительного следствия, либо прекращается уголовное дело, или приостанавливается предварительное расследование[95]).

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Заключение

 

В заключении нашей работы приведем основные выводы.

Следственные действия – это такие способы собирания и проверки доказательств, которые детально регламентированы законом и обеспечены возможностью применения государственного принуждения.

Следственные действия принято классифицировать по таким основаниям, как: познавательные методы, способы получения информации, сложность отображаемых объектов и цели следственных действий. Уголовно-процессуальный кодекс делит следственные действия по общности их операциональной структуры. По методам правового регулирования следственные действия строятся либо по розыскной, либо по состязательной модели.

Общие правила производства следственных действий – это уголовно-процессуальные нормы, регламентирующие каждое следственное действие. Общие правила составляют процессуальную форму следственных действий, распадающуюся на три группы норм, регламентирующих: 1) условия их проведения; 2) процедуру; 3) меры, гарантирующие производство следственных действий.

Наличие специального санкционирования – согласия уполномоченными уголовно-процессуальным законом должностными лицами, а именно судьей, является отличительным критерием следственных действий, проводимых по судебному решению от иных видов следственных действий.

К числу следственных действий, которые ограничивают охраняемые Конституцией РФ права на свободу и неприкосновенность личности, жилища и частной жизни, тайну личной и семейной жизни, переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, проводимых по судебному решению относятся: 1) обыск, выемка в жилище; 2) осмотр жилища при отсутствии согласия проживающих в нем лиц; 3) личный обыск; 4) выемка документов содержащих информацию о вкладах и счетах граждан в банках и иных кредитных организациях; 5) наложение ареста на почтово-телеграфные отправления, осмотр и выемка их в учреждениях связи; 6) контроль и запись переговоров;7) эксгумация, при отсутствии согласия родственников.

Судебный контроль в уголовном судопроизводстве представляет собой многоаспектную (многофункциональную) уголовно-процессуальную деятельность органа судебной власти, осуществляемую в определенных законом процессуальных формах, направленную на реализацию комплексного института судебной защиты в целях обеспечения доступа к правосудию и восстановления нарушенных прав и законных интересов личности при производстве по уголовному делу.

В соответствии с полномочиями суда, предусмотренными положениями 4.2 ст. 29 УПК РФ, суд наделен исключительной компетенцией принятия решения о производстве тех следственных действий, которые прямо посягают на охраняемые государством права и интересы.

Принимая решение о производстве того или иного следственного действия, суд определяет незримую грань между защищаемыми уголовно-процессуальным законом интересами потерпевшего, подозреваемого, обвиняемого и необходимостью вторжения в сферу охраняемых Конституцией РФ прав и интересов для получения доказательств, подтверждающих или опровергающих виновность последнего.

Рассмотренные нами виды следственных действий, проводимых по решению суда, детально регламентированы УПК РФ.

Так, согласно закону, только суд правомочен принимать решения о производстве осмотра в жилище при отсутствии согласия проживающих в нем лиц, а также о производстве обыска и (или) выемки в жилище.

Учитывая нередко неотложный характер, когда производство этих следственных действий не терпит отлагательства, в ч. 5 ст. 165 УПК РФ предусмотрена возможность проводить осмотр жилища, обыск и выемку в жилище до получения судебного решения с последующим уведомлением об этом в течение 24 часов судьи. В исключительных случаях также необходимы соответствующие основания и соблюдение процессуальной процедуры их проведения. Отсроченный контроль со стороны судьи может лишь выявить и устранить допущенные нарушения, но не предупредить их. Этим определяются повышенные требования к следователю по обеспечению законности и обоснованности производства осмотра жилища, обыска и выемки в жилище в порядке ч. 5 ст. 165 УПК РФ.

Что касается наложения ареста на почтово-телеграфные отправления, их осмотра и выемки в учреждениях связи, то при наличии достаточных оснований полагать, что предметы, документы или сведения, имеющие значение для уголовного дела, могут содержаться соответственно в бандеролях, посылках или других почтово-телеграфных отправлениях либо в телеграммах или радиограммах, на них может быть наложен арест.

Наложение ареста на почтово-телеграфные отправления, их осмотр и выемка в учреждениях связи производятся на основании судебного решения.

Оно состоит из двух относительно самостоятельных, но взаимосвязанных элементов: а) наложения ареста на почтово-телеграфные отправления и б) их осмотра и выемки. Наложение ареста в данном случае является принудительной мерой, обеспечивающей последующее следственное действие – выемку.

Говоря о контроле и записи телефонных и иных переговоров, отметим, что для их производства основанием является предположение о том, что в телефонных переговорах подозреваемого, обвиняемого и других лиц могут содержаться сведения, имеющие значение для дела. Данное предположение безусловно носит вероятностный характер, однако необходимо, чтобы оно имело фактическую основу в материалах уголовного дела (сведения об этом в показаниях потерпевшего, свидетеля, рапорт оперативного сотрудника и т. д.). Контроль и запись переговоров возможны только по уголовным делам о тяжких и особо тяжких преступлениях.

Контроль и запись переговоров как следственное действие состоит: а) в поручении следователем специализированным органам вести прослушивание и запись переговоров путем использования любых средств коммуникации лиц, которые могут располагать сведениями, имеющими значение для уголовного дела; б) в истребовании полученной фонограммы; г) фиксации содержания переговоров в протоколе (п. 141 ст. 5; ст. 186 УПК РФ).

Резюмируя сказанное, следует отметить, что выполнение обязательств, принятых в связи с членством в ООН, в Совете Европы и других международных организациях, подразумевает, что наше национальное законодательство и практика его применения в рамках единого правового пространства должно соответствовать современным международным стандартам, основополагающим принципам и нормам международного права. A институт судебного контроля является тем инструментом, с помощью которого российский уголовный процесс со временем приблизится к мировым стандартам защиты прав человека.

Полагаем, что расширение полномочий судьи позитивно сказалось на уровне защиты прав и законных интересов личности в ходе предварительного расследования, а, следовательно, и на обеспечении прав граждан. Мы весьма положительно относимся к данному достижению судебной реформы и считаем, что следует не просто говорить о неэффективности и нецелесообразности судебного контроля, а способствовать дальнейшему развитию правовых норм, путем внесения предложений по совершенствованию действующего законодательства,  которые смогут быть действительно реализованы в практической деятельности.

Значение судебного контроля за проведением следственных действий, полагаем, заключается в следующем:

  1. Являясь независимым, беспристрастным и авторитетным органом, суд способен непредвзято дать оценку сложившейся ситуации и принять законное решение в отношении следственных действий, ограничивающих конституционные правомочия личности.
  2. Руководствуясь принципами уголовного судопроизводства, суды обязаны исходить из того, что все их решения должны служить защите прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, а также защите личности от незаконного и необоснованного обвинения, от ограничения ее прав и свобод.
  3. Для защиты прав личности от необоснованного ограничения судебный контроль представляет собой существенную гарантию законности, приобретает важное значение механизма, обеспечивающего деятельность правоохранительных органов при производстве следственных действий.

Безусловно, институт судебного контроля требует дальнейшего законодательного совершенствования, но несмотря на это он должен иметь место в российском уголовном процессе.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Список использованных источников

 

1  Всеобщая декларация прав человека. Генеральная Ассамблея ООН. 10.12.1948 // Российская газета. – 1995. – № 32.

2 Российская Федерация. Конституция Российской Федерации. Принята Всенародным голосованием 12 декабря 1993 года : офиц. текст. // Российская газета. – 1993. – № 237.

3  Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: офиц. текст. - с изменениями и дополнениями 15.01.20012 года - Москва: Проспект, 2012. - 256 с. - ISBN 5- 94421-925-6.

  • Уголовный кодекс Российской Федерации: офиц. текст. - с изменениями и дополнениями на 20.01.20012 года - Москва: Проспект, 2012. - 208с. - ISBN 5-94432-241-8.

5 Азаров, В.А. Функция судебного контроля в истории, теории и практике уголовного процесса России: монография / В.А. Азаров, И.Ю. Таричко. – Омск: Омский гос.университет, 2004. – 160 с. – ISBN5-98713-001-8.

6 Адигамова, Г.З. Следственные действия, проводимые по судебному решению и с санкции прокурора : дис. …канд. юрид. наук / Г.З. Адигамова. – Уфа, 2004. – 229 с.

7 Адигамова, Г.З. Совершенствование судебного контроля за производством следственных действий / Г.З. Адигамова // Ученые записки: сб. науч. тр. юридического факультета Ярославского университета / под ред. А.П. Гуськовой. – Выпуск 3. – Ярослав: Издательский центр ОГАУ, 2006. – С. 53-57. – ISBN 5-88838-312-0.

8 Арабули, Д.Т. Лицо, в помещении которого производится обыск, как участник уголовного судопроизводства / Д.Т. Арабули  // Ученые записки: сб. науч. тр. юридического факультета Ярославского государственного университета / под ред. А.П. Гуськовой. – Выпуск 2. –Т.2 – Ярослав: РИК ГОУ ОГУ, 2005. – С. 27-32. – ISBN 5-7410-0567-5.

9 Бабин, А.В. Процессуальная самостоятельность следователя при производстве обыска / А.В. Бабин // Ученые записки: сб. науч. тр. юридического факультета Ярославского государственного университета / под ред. А.П. Гуськовой. – Выпуск 2. – Т. 2. – Ярослав: РИК ГОУ ОГУ, 2005. – С. 146-148. – ISBN 5-7410-0567-5.

10 Багаутдинов, Ф.Н. О содержании судебного контроля на предварительном следствии / Ф.Н. Багаутдинов  // Журнал российского права.– 2002. –  № 12. – С. 43-46.

11 Безлепкин, Б.Т. Уголовный процесс России: учебное пособие /           Б.Т. Безлепкин. – М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2004. – 347 с. – ISBN 5-93295-020-X.

12 Белозоров, Ю.Н. Производство следственных действий: учебное пособие / Ю.Н. Белозоров. – М., 1990. – 490 с.

13 Бочкарев, А. Проводить обыск или ждать? / А. Бочкарев // Законность. – 2005. – № 3. – С. 38-40.

14  Божьев, В.П. Уголовный процесс: учебник для вузов / под. ред.   В.П. Божьева. – М.: Спарк, 2004. – 342 с.

15 Бунина, А.В. Об универсальном понимании права на неприкосновенность личной жизни и жилища / А.В. Бунина, Х.П. Шептунова // Ученые записки: сб. науч. тр. юридического факультета Ярославского государственного университета / под ред. А.П. Гуськовой. – Выпуск 3.  – Ярослав: Издательский центр ОГАУ, 2006. – С. 101-104. – ISBN 5-88838-312-0.

16 Быков В.М. О регламентации следственных действий / В.М. Быков., Н. Макаров // Российская юстиция. –– 2000. – № 2.– С. 29-30.

17 Быков, В.М. Принятие следователем решения о производстве следственных действий / В.М. Быков // Законность. – 2005. – № 10. – С. 7-9.

18 Быков, В.М. Правовые основания производства следственных действий по УПК РФ / В.М. Быков // Уголовный процесс. – 2007. – № 1. – С. 72-73.

19 Быков, В.М. Актуальные проблемы уголовного судопроизводства  / В.М. Быков. – Казань: Познание, 2008. – 300 с. – ISBN 978-5-8399-0238-1.

20 Васильев, А. Защита права на неприкосновенность жилища лицом, у которого производится обыск / А. Васильев // Законность. – 2005. – № 3. – С. 56-58.

21 Вандышев, В.В. Уголовный процесс. Общая и Особенная части: учебник для юридических вузов / В.В. Вандышев. -  М.: Контракт,  2010. - 950 с. - ISBN 5-94462-346-2.

22 Васяев, А.А. Начало судебного следствия  / А.А. Васяев // Адвокат. - 2008. № 5. - С. 198.

23 Гаврилин, Ю.В. Следственные действия: учебное пособие /       Ю.В. Гаврилин,  А.В. Победкин, В.Н. Яшин. – М.: МосУ МВД России, Книжный мир, 2006. – 187 с. – ISBN 5-8041-0260-5.

24 Гуськова, А.П. Избранные труды / А.П. Гуськова. – Ярослав: Изд. Центр ОГАУ, 2007. – 986 с. – ISBN 978-5-88838-433-6.

25 Гуськова, А.П. Судебное право: история и современность судебной власти в сфере уголовного судопроизводства: монография / А.П. Гуськова, Н.Г. Муратова – М.: И Г «Юрист», 2005. – 176 с. – ISBN 978-5-88838-438-4.

26 Гуськова А. П. К вопросу о понятиях «охрана», «защита», используемых в российском уголовном судопроизводстве / А.П. Гуськова //  Новый уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации в действии: сб. науч. ст. / под ред. А. П Гуськовой. –  Ярослав: Издательский центр ОГАУ, 2003. –  С. 3-6.

27 Гуськова, А. П Судебная защита прав и свобод человека и гражданина посредством уголовного судопроизводства / А.П. Гуськова // Ученые записки: сб. науч. тр. юридического факультета Ярославского государственного университета  / под ред. А.П. Гуськовой. – Выпуск 2. – Т. 2. – Ярослав: РИК ГОУ ОГУ, 2005. – С. 279-282. – ISBN 5-7410-0567-5.

28 Гуськова, А.П. Обеспечение прав и свобод личности в сфере действующего российского уголовного судопроизводства: монография / А.П. Гуськова, О.А. Тарнавский. -  Ярослав: Издательский центр ОГАУ, 2011. - 156 с. - ISBN  978-5-88838-695-8.

29 Глушков, А.И. Некоторые аспекты реализации полномочий следователя по производству следственных действий, выполняемых с разрешения суда / А.И. Глушков // Российский следователь. – 2006. – № 9. – С. 5-8.

          30 Даневский, В.П. Наше предварительное следствие: его недостатки и реформа / В.П. Даневский. – К.: Семенко Сергей, 2003. – 142 с.

31 Даровских, С.М. Судебный контроль и прокурорский надзор в досудебных стадиях уголовного процесса / С.М. Даровских // Ученые записки: сб. науч. тр. юридического факультета Ярославского университета / под ред. А.П. Гуськовой. – Выпуск 2. – Т. 2. – Ярослав: РИК ГОУ ОГУ, 2005. – С. 48-50. – ISBN 5-7410-0567-5.

32 Егоров, С.Е. Права человека в уголовном процессе: международные стандарты и российское законодательство / С.Е. Егоров. – М.: Норма, 2006. – 224 с. – ISBN 5-89123-988-4.

33 Жеребятьев, И.В. Судебный порядок выдачи разрешения на производство отдельных процессуальных действий / И.В. Жеребятьев // Уголовный процесс. – 2005. – № 2. – С. 83-85.

34 Жогин, Н.В. Предварительное следствие в советском уголовном процессе: монография / Н.В. Жогин, Ф.Н. Фаткуллин. – М.: Юридическая литература, 1965. – 367 с.

35 Жумагазиева, А.У. Судебный контроль в досудебном производстве как отражение конституционных гарантий ограничений прав и свобод личности / А.У. Жумагазиева // Ученые записки: сб. науч. тр. юридического факультета Ярославского государственного университета / под ред. А.П. Гуськовой. – Выпуск 2. – Т. 2. – Ярослав: РИК ГОУ ОГУ, 2005. – С. 161-163. – ISBN 5-7410-0567-5.

36 Зажицкий, В.И. Проблемы повышения эффективности правосудия по уголовным делам / В.И. Зажицкий // Государство и право. - 2009. - № 7. - С. 38

37 Зинатуллин, Т.З. Уважение чести и достоинства личности в российском уголовном процессе: монография / Т.З. Зинатуллин,  А.Ф. Закиров. – Ижевск: Детектив-информ, 2005. – 144 с.

38 Исаенко, В. Следственные действия и полномочия прокурора по надзору за ними / В. Исаенко // Законность. – 2003. – № 2. – С. 19-21.

39 Кальницкий, В. «Санкционирование» и проверка судом законности следственных действий в ходе досудебного производства не эффективны  / В. Кальницкий // Уголовное право. – 2004. – № 2. – С. 74-75.

40  Копылов, В. Понятие «жилище» в УК РФ / В. Копылов // Законность. – 2005. – № 9. – С. 26-28.

41 Колоколов, Н.А. Идеология и политика – неотъемлемые функции современной судебной власти / Н.А. Колоколов // Российский судья. – 2003. – № 6. – С 28-31.

42 Колоколов, Н.А. Судебный контроль в стадии предварительного расследования: учебное пособие / Н.А. Колоколов. – M.: ЮНИТИ, 2004.–197 с.

43 Комисаренко, Е.С. Следственные действия в уголовном процессе России: дис. …канд. юрид. наук. / Е.С. Комисаренко. – М., 2005. – 197 с.

44 Крюков, В.Ф. Уголовное преследование в судебном производстве: уголовно-процессуальные и надзорные аспекты деятельности прокурора / В.Ф. Крюков – М.: Контракт, 2010. - 174 с. - ISBN 5- 94445- 087-1.

45 Лазарева, В.А., Судебная защита в уголовном процессе РФ: проблемы теории и практики: дис. … док. юрид. наук / В.А. Лазарева. – Самара, 2000. – 256 с.

46 Линовский, В.А. Опыт исторических розысканий о следственном уголовном судопроизводстве в России / В.А. Линовский. – М.: «Лекс Эст», 2001. – 240 с.

47 Лопаткина, Н. Реализация принципа неприкосновенности жилища в уголовном судопроизводстве / Н. Лопаткина // Российская юстиция. – 2002. – № 11. – С. 51-53.

48 Лупинская, П.А. Уголовный процесс: учебник / П.А. Лупинская. – СПб: Бести, 2006. – 567 с. – ISBN 5-7975-0590-8.

49 Машков, С.А. Прослушивание телефонных и иных переговоров – вопросы законодательного регулирования и правоприменительной практики / С.А. Машков // Государство и право. – 2006. – № 9. – С. 7-11.

50  Мельников, В.Ю. Судебный контроль в условиях состязательности уголовного процесса / В.Ю. Мельников // Российский судья. - 2010.  №8. - С. 25. – ISSN 2076-4413.

51  Муратова, Н. Г. Правовая природа судебных решений в механизме судебного контроля по уголовным делам / Н.Г. Муратова  // Ученые записки: сб. науч. тр. юридического факультета Ярославского университета / под ред. А.П. Гуськовой. – Выпуск 2. – Т. 2. – Ярослав: РИК ГОУ ОГУ, 2005. – С. 96-97. – ISBN 5-7410-0567-5.

52  Муратова, Н.Г. Зарубежный опыт принятия судебных решений при осуществлении судебного контроля за законностью расследования уголовных дел / Н.Г. Муратова, М.А. Подольский // Судья. – № 5. – 2006. – С. 23-30.

53 Муратова, Н.Г. Система судебного контроля в уголовном судопроизводстве: учебное пособие / Н.Г. Муратова. – Казань: Издательство Казанск. Ун-та, 2004. – 346 с. – ISBN 5-98180-081-X.

54 Ожегов, С.И. Толковый словарь русского языка / С.И. Ожегов, Н.Ю. Шведова / Российская АН. – Российский фонд культуры. – 2-е изд., испр. и доп. – М.: АЗЪ, 1995. – 1000 с.

55 Петрухин, И. Об эффективности судебного контроля за следствием и ОРД / И. Петрухин // Уголовный процесс. – 2007 – № 2. – С. 92-94.

56 Писарев, А.В. Производство следственных действий, ограничивающих право граждан на личную неприкосновенность: учебное пособие / А.В. Писарев. – Омск: Омская академия МВД России, 2006. – 75 с. – ISBN 5-88651-333-7.

57  Полуянова, Е.В. Следственные действия в уголовном процессе РФ: понятие, классификация и порядок производства: дис. …канд. юрид. наук /   Е.В. Полуянова. – Владимир, 2007. – 196 с.

58  Рыжаков, А.П. Уголовный процесс: учебник / А.П. Рыжаков. – 3-е изд. – М.: Норма, 2004. – 248 с. – ISBN 5-85493-076-X.

59 Соловьев, А. Обеспечение обоснованности проведения осмотра, обыска и выемки в жилище в исключительных случаях, не терпящих отлагательства /А. Соловьев // Уголовный процесс. – 2004 . – № 2. – С. 103-104.

60 Санинский, Р. Процессуальный порядок получения информации о телефонных контактах / Р. Санинский // Законность. – 2007. – № 3. – С. 30-33.

61  Соловьев, А.Б. Система следственных действий как средство уголовно-процессуального доказывания: учебное пособие / А.Б. Соловьев. – М.,  2006. – 231 с. – ISBN 5-93295-023-4.

62 Смирнов, А.В. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / под общ. ред. А.В. Смирнова. – 2-е изд., доп. и перераб. – СПб.: Питер, 2004. – 1008 с.

63 Смирнов, А.В. Следственные действия в российском уголовном процессе: учеб. пособие / А.В. Смирнов, К.Б. Калиновский. – СПб: СПбГИЭУ, 2004. – 197 с.

64 Уголовный процесс : учеб. для студентов вузов, обучающихся по специальности 030501 «Юриспруденция» / под ред. А.П. Гуськовой, Ф.К. Зиннурова. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: ЮНИТИ-ДАНА: Закон и право, 2010. – 663 с.  – ISBN 978-5-238-01875-1.

65 Устименко, M.А. Судебный контроль на стадии предварительного расследования: автореф. дисс. … канд. юр. наук / М.А. Устименко. – Саранск, 1999. – 189 с.

66 Феоктистов, А.М. Осмотр места происшествия – жилища подозреваемого / А.М. Феоктистов // Уголовный процесс. – 2006. – № 2. – С. 48-49.

67 Халиков, А.Н. Взаимодействие и конкуренция следственных действий / А.Н. Халиков // Российский следователь. – 2006. – № 2. – С. 6.

68 Хижняк, Д.С. Процессуальные и криминалистические проблемы развития тактики следственных действий: учеб.  пособие / Д.С. Хижняк. – М., 2004. – 245 с. – ISBN 5-93487-051-5

69 Шадрин, В.С. Обеспечение прав личности при расследовании преступлений / В.С. Шадрин. – М.: Юрлитинформ, 2000. – 232 с. – ISBN 5-88778-382-4.

70 Шалумов, М. Судебный контроль и прокурорский надзор: не междоусобица, а взаимодействие / М. Шалумов // Российская юстиция. – 2001. – № 4. – С. 23-29.

71 Шейфер, С.А. Следственные действия. Система и процессуальная форма / С.А. Шейфер. – М.: Юридическая литература, 1981. – 128 с.

72 Шейфер, С.А. Следственные действия. Основания, процессуальный порядок и доказательственное значение. – Самара: Издательство «Самарский университет», 2004. – 134 с.

73 Ярковой, В.А. Пределы судебного      контроля в досудебном производстве / В.А. Яркова // Уголовный процесс. – 2005. – № 8. – С. 21-28.

74 Gillow v UK, judgment of 24 Nov 1986. P. 46 // СПС Гарант – СтройМаксимум – М.: ГАРАНТ-СЕРВИС, 2008. – 1 электрон. опт. диск (СD-ROM).

Судебная практика

 

1  Архив Центрального районного суда, 2008. Уголовное дело № 1/207 по обвинению В. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228 УК РФ.

2  Архив Центрального районного суда, 2008. Уголовное дело № 1/302 по обвинению И., в совершении преступления, предусмотренного п. б ч. 2 ст. 158 УК РФ.

3  Архив Центрального районного суда, 2008. Уголовное дело № 65/91 по обвинению П. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 161 УК РФ.

4  Архив Центрального районного суда, 2008. Уголовное дело № 67/103 по обвинению М. в совершении преступления, предусмотренного п. а ч. 2 ст.158 УК РФ.

5  Архив Центрального районного суда, 2009. Уголовное дело № 1/206 по обвинению Ф. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 162 УК РФ.

6  Архив Центрального районного суда, 2009. Уголовное дело № 65/123 по обвинению А. в совершении преступления, предусмотренного п. а ч. 2 ст. 158 УК РФ.

7  Архив Центрального районного суда, 2009. Уголовное дело № 65/92 по обвинению П. в совершении преступления, предусмотренного п. а ч. 2 ст. 158 УК РФ.

8  Архив Центрального районного суда, 2009. Уголовное дело № 52/18 по обвинению Л. в совершении преступления, предусмотренного п. б ч. 2 ст.228 УК РФ.

9   Архив Центрального районного суда, 2009. Уголовное дело № 1/17 по обвинению Ю. в совершении преступления, предусмотренного п. а ч. 2 ст. 158 УК РФ.

10  Архив Центрального районного суда, 2010. Уголовное дело № 1/112 по обвинению В. в совершении преступления, предусмотренного п. а ч. 2 ст. 158 УК РФ.

11 Архив Промышленного районного суда, 2010. Уголовное дело № 52/91 по обвинению Д. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 162 УК РФ.

12 Архив Промышленного районного суда, 2010. Уголовное дело № 1/109 по обвинению М. в совершении преступления, предусмотренного п. в ч. 2 ст.158 УК РФ.

13 Архив Промышленного районного суда, 2010. Уголовное дело № 1/134 по обвинению Л. в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ.

14  Архив Центрального районного суда, 2010. Уголовное дело № 1/67 по обвинению И., в совершении преступления, предусмотренного п. б ч. 2 ст. 158 УК РФ.

15 Архив Центрального районного суда, 2010. Уголовное дело № 52/98 по обвинению З. в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ.

16  Архив Центрального районного суда, 2010. Уголовное дело № 67/134 по обвинению Щ. в совершении преступления, предусмотренного п. а, ч. 2 ст.161 УК РФ.

17 Архив Центрального районного суда, 2011. Уголовное дело № 1/207 по обвинению Я. в совершении преступления, предусмотренного п. б ч. 2 ст. 158 УК РФ.

18  Архив Центрального районного суда, 2011. Уголовное дело № 52/302 по обвинению И., в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 162 УК РФ.

19  Архив Центрального районного суда, 2011. Уголовное дело № 65/112 по обвинению О. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 161 УК РФ.

20  Архив Центрального районного суда, 2011. Уголовное дело № 1/103 по обвинению Г. в совершении преступления, предусмотренного п. а, ч. 2 ст.158 УК РФ.

21  Архив Центрального районного суда, 2011. Уголовное дело № 52/207 по обвинению В. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228 УК РФ.

22  Архив Центрального районного суда, 2011. Уголовное дело № 1/302 по обвинению Х. в совершении преступления, предусмотренного п. а ч. 2 ст. 158 УК РФ.

23  Архив Центрального районного суда, 2011. Уголовное дело № 65/12 по обвинению Р. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 161 УК РФ.

24  Архив Центрального районного суда, 2011. Уголовное дело № 52/113 по обвинению Н. в совершении преступления, предусмотренного п. а, ч. 2 ст.162 УК РФ.

25  Архив Центрального районного суда, 2011. Уголовное дело № 1/156 по обвинению В. в совершении преступления, предусмотренного п. а ч. 2 ст. 158 УК РФ.

26  Архив Центрального районного суда, 2011. Уголовное дело № 1/302 по обвинению И., в совершении преступления, предусмотренного п. б ч. 2 ст. 158 УК РФ.

27  Архив Центрального районного суда, 2011. Уголовное дело № 52/91 по обвинению Г. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 161 УК РФ.

28  Архив Центрального районного суда, 2011. Уголовное дело № 52/103 по обвинению М. в совершении преступления, предусмотренного п. а, ч. 2 ст.158 УК РФ.

29  Архив Центрального районного суда, 2011. Уголовное дело № 1/207 по обвинению В. в совершении преступления, предусмотренного п. а ч. 2 ст. 158 УК РФ.

30  Архив Центрального районного суда, 2011. Уголовное дело № 1/178 по обвинению В. в совершении преступления, предусмотренного п. б ч. 2 ст. 158 УК РФ.

31  Архив Центрального районного суда, 2011. Уголовное дело № 52/97 по обвинению П. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 162 УК РФ.

32  Архив Центрального районного суда, 2011. Уголовное дело № 1/105 по обвинению И. в совершении преступления, предусмотренного п. а, ч. 2 ст.158 УК РФ.

39  Архив Ярославского районного суда г. Ярослава, 2011. Уголовное дело № 1-394/11 по обвинению С. в совершении преступления, предусмотренного п. в ч. 2 ст. 158 УК РФ.

40  Архив Ярославского районного суда г. Ярослава, 2011. Уголовное дело № 1-419/11 по обвинению С. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 116 УК РФ.

41  Архив Ярославского районного суда, 2012.  Уголовное дело  №1-112/12 по обвинению Р. в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ.

42  Архив Ярославского районного суда г. Ярослава, 2012. Уголовное дело № 1-36/12 по обвинению В. в совершении преступления, предусмотренного п.п. а, б ч. 2 ст. 158 УК РФ.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

[1]) Далее по тексту – УПК РФ.

1) Безлепкин, Б.Т. Уголовный процесс России: учеб. пособие / Б.Т. Безлепкин. М.: ТК Велби, Изд-во Проспект. 2004. С. 246.

[3]) Полуянова, Е.В. Следственные действия в уголовном процессе РФ: понятие, классификация и порядок производства: дис. …канд. юрид. наук / Е.В. Полуянова.  Владимир, 2007. С. 23.

[4]) Хижняк, Д.С. Процессуальные и криминалистические проблемы развития тактики следственных действий: учеб. пособие / Д.С. Хижняк. М., 2004. С. 12.

[5]) Шейфер, С.А. Следственные действия. Система и процессуальная форма /          С.А. Шейфер. М.: Юридическая литература, 1981. С. 96.

[6]) Соловьев, А.Б. Система следственных действий как средство уголовно-процессуального доказывания: учебное пособие / А.Б. Соловьев. М., 2006. С. 231.

[7]) Белозоров, Ю.Н. Производство следственных действий: учеб. пособие / Ю.Н. Белозоров. М., 1990. С. 4.

[8]) Хижняк, Д.С. Процессуальные и криминалистические проблемы развития тактики следственных действий: учеб. пособие / Д.С. Хижняк. М., 2004. С. 12.

[9]) Адигамова, Г.З. Следственные действия, проводимые по судебному решению и с санкции прокурора: дис. …канд. юрид. наук / Г.З. Адигамова. Уфа, 2004. С. 27.

[10]) Комисаренко, Е.С. Следственные действия в уголовном процессе России: дис. …канд. юрид. наук / Е.С. Комисаренко. М., 2005. С. 34.

[11]) См.: Полуянова, Е.В. Следственные действия в уголовном процессе РФ: понятие, классификация и порядок производства: дис. …канд. юрид. наук / Е.В. Полуянова.  Владимир, 2007. С.19.

[12]) Смирнов, А.В. Следственные действия в российском уголовном процессе: учеб. пособие для студентов. С-Пб. гос. инж.-экон. ун-т (ИНЖЭКОН) / А.В. Смирнов, К.Б. Калиновский. СПб: СПбГИЭУ, 2004. С. 53.

[13]) Исаенко, В. Следственные действия и полномочия прокурора по надзору за ними / В. Исаенко // Законность. 2003. № 2. С. 20.

[14]) Смирнов, А.В. Следственные действия в российском уголовном процессе: учеб. пособие для студентов. С-Пб. гос. инж.-экон. ун-т (ИНЖЭКОН) / А.В. Смирнов, К.Б. Калиновский. СПб: СПбГИЭУ, 2004. С. 56.

[15]) Халиков, А.Н. Взаимодействие и конкуренция следственных действий /              А.Н. Халиков // Российский следователь. 2006. № 2. С. 6.

[16]) См.: Полуянова, Е.В. Следственные действия в уголовном процессе РФ: понятие, классификация и порядок производства: дис. …канд. юрид. наук / Е.В. Полуянова.  Владимир, 2007. С. 23.

[17]) Смирнов, А.В. Следственные действия в российском уголовном процессе: учеб. пособие для студентов. С-Пб. гос. инж.-экон. ун-т (ИНЖЭКОН) / А.В. Смирнов, К.Б. Калиновский. СПб: СПбГИЭУ, 2004. С. 76.

[18]) Адигамова, Г.З. Следственные действия, проводимые по судебному решению и с санкции прокурора: дис. …канд. юрид. наук / Г.З. Адигамова. Уфа, 2004. С. 34.

[19]) Смирнов, А.В. Следственные действия в российском уголовном процессе: учеб. пособие для студентов. С-Пб. гос. инж.-экон. ун-т (ИНЖЭКОН) / А.В. Смирнов, К.Б. Калиновский. СПб: СПбГИЭУ, 2004. С. 81.

[20]) Глушков, А.И. Некоторые аспекты реализации полномочий следователя по производству следственных действий, выполняемых с разрешения суда / А.И. Глушков // Российский следователь. 2006. № 9. С. 5.

[21]) Адигамова, Г.З. Следственные действия, проводимые по судебному решению и с санкции прокурора: дис. …канд. юрид. наук / Г.З. Адигамова. Уфа, 2004.  С. 56.

[22]) Гуськова, А.П. Судебная защита конституционных прав и свобод человека, гражданина посредством уголовного судопроизводства // Ученые записки: сб. науч. трудов юридического факультета Оренбургского государственного университета / под ред. А.П. Гуськовой.  Выпуск 2. Т. 2.  Оренбург: РИК ГОУ ОГУ, 2005. С. 4.

[23]) Быков, В.М. Принятие следователем решения о производстве следственных действий / В.М. Быков // Законность. 2005. № 10. С. 8.

[24])  Глушков, А. И. Некоторые аспекты реализации полномочий следователя по производству следственных действий, выполняемых с разрешения суда / А.И. Глушков // Российский следователь. 2006. № 9. С. 4.

[25]) Быков, В.М. Правовые основания производства следственных действий по УПК РФ / В.М. Быков // Уголовный процесс. 2007. № 1. С. 72-73.

[26])  Быков, В.М Принятие следователем решения о производстве следственных действий / В.М. Быков // Законность. 2005. № 10. С. 9.

[27]) Глушков, А. И. Некоторые аспекты реализации полномочий следователя по производству следственных действий, выполняемых с разрешения суда / А.И. Глушков // Российский следователь. 2006. № 9. С. 6.

[28]) Быков, В.М. Актуальные проблемы уголовного судопроизводства / В.М. Быков. Казань: Познание, 2008. С. 209.

[29]) Кальницкий, В. «Санкционирование» и проверка судом законности следственных действий в ходе досудебного производства не эффективны / В. Кальницкий // Уголовное право. 2004. № 2. С. 74.

[30]) Соловьев, А. Обеспечение обоснованности проведения осмотра жилища, обыска и выемки в жилище в исключительных случаях, не терпящих отлагательства / А. Соловьев // Уголовное право. 2004. № 2. С. 103-104.

[31]) Быков, В.М. Правовые основания производства следственных действий по УПК РФ / В.М. Быков // Уголовный процесс. 2007. № 1. С. 73.

[32]) Жеребятьев, И.В. Судебный порядок выдачи разрешения на производство отдельных процессуальных действий / И.В. Жеребятьев // Уголовный процесс. 2005.  № 2. С. 84.

[33]) Бойков, А.Д. Выявление и устранение следственных ошибок при судебном рассмотрении уголовных дел: методическое пособие / А.Д. Бойков. М., 1990. С. 8.

[34]) Гуськова, А.П. Судебное право: история и современность судебной власти в сфере уголовного судопроизводства: монография / А.П. Гуськова, Н.Г. Муратова. М.: ИГ «Юрист». 2005. С. 68.

[35]) Таричко, И.Ю. Оптимальные пределы судебного контроля в уголовном судопроизводстве России / И.Ю. Таричко // Стратегии уголовного судопроизводства: материалы межд. конф., посвященной посвященной  160-летней годовщине со дня рождения проф. И.Я. Фойницкого 11-12 октября 2007 г. (Санкт-Петербург) // Режим доступа: МАСП (IUAJ) http://iuaj.net/modules.php?name=Pages&go=page&pid=257

[36]) Адигамова, Г.З. Следственные действия, проводимые по судебному решению и с санкции прокурора: дис. …канд. юрид. наук / Г.З. Адигамова. Уфа, 2004. С. 197.

[37]) Муратова, Н.Г. Система судебного контроля в уголовном судопроизводстве: учебное пособие / Н.Г. Муратова. Казань: Издательство Казанск. Ун-та, 2004. С. 72.

[38]) Гуськова, А.П. Судебное право: история и современность судебной власти в сфере уголовного судопроизводства: монография / А.П. Гуськова, Н.Г. Муратова. М.: ИГ «Юрист». 2005. С. 70.

[39]) См: Гуськова, А.П. Указ. соч. С. 71.

[40]) Лазарева, В.А., Судебная защита в уголовном процессе РФ: проблемы теории и практики: дис. … док. юрид. наук / В.А. Лазарева. Самара, 2000. С. 243.

[41]) Даровских, С.М. Судебный контроль и прокурорский надзор в досудебных стадиях уголовного процесса // Ученые записки: сб. науч. тр. юридического факультета Оренбургского университета / под ред. А.П. Гуськовой. Выпуск 2. Т. 2. Оренбург: РИК ГОУ ОГУ, 2005. С. 48.

[42]) Муратова, Н. Г. Правовая природа судебных решений в механизме судебного контроля по уголовным делам // Ученые записки: сб. науч. тр. юридического факультета Оренбургского университета / под ред. А.П. Гуськовой. Выпуск 2. Т. 2.  Оренбург: РИК ГОУ ОГУ, 2005. С. 96.

[43]) Гуськова, А.П. Судебное право: история и современность судебной власти в сфере уголовного судопроизводства: монография / А.П. Гуськова, Н.Г. Муратова.  М.: ИГ «Юрист». 2005. С. 72-73.

[44]) Азаров, В.А. Функции судебного контроля в истории, теории и практике уголовного процесса России: монография / В.А. Азаров, И.Ю. Таричко. Омск: Омск. гос. ун-т, 2004. С. 276.

[45]) Гуськова, А.П. Судебное право: история и современность судебной власти в сфере уголовного судопроизводства: монография / А.П. Гуськова, Н.Г. Муратова. М.: ИГ «Юрист». 2005. С. 75.

2) Кальницкий, В. «Санкционирование» и проверка судом законности следственных действий в ходе досудебного производства не эффективны / В. Кальницкий // Уголовное право. 2004. № 2. С. 74-75.

[47]) Петрухин, И. Об эффективности судебного контроля за следствием и ОРД // Уголовный процесс. 2007. № 2. С. 93.

[48]) Муратова, Н.Г. Правовая природа судебных решений в механизме судебного контроля по уголовным делам // Ученые записки: сб. науч. тр. юридического факультета Оренбургского университета / под ред. А.П. Гуськовой. Выпуск 2. Т. 2.  Оренбург: РИК ГОУ ОГУ, 2005. С. 85.

[49]) Адигамова, Г.З. Совершенствование судебного контроля за производством следственных действий // Ученые записки: сб. науч. тр. юридического факультета Оренбургского университета / под ред. А.П. Гуськовой. Выпуск 3. Т. 2. Оренбург: РИК ГОУ ОГУ, 2006. С. 548.

[50]) Гуськова, А.П. Судебное право: история и современность судебной власти в сфере уголовного судопроизводства: монография / А.П. Гуськова, Н.Г. Муратова. М.: ИГ «Юрист». 2005. С. 82.

[51]) См: Муратова, Н.Г. Правовая природа судебных решений в механизме судебного контроля по уголовным делам // Ученые записки: сб. науч. тр. юридического факультета Оренбургского университета / под ред. А.П. Гуськовой. Выпуск 2. Т. 2.  Оренбург: РИК ГОУ ОГУ, 2005. С. 87.

[52]) Даровских, С.М. Судебный контроль и прокурорский надзор в досудебных стадиях уголовного процесса // Ученые записки: сб. науч. тр. юридического факультета Оренбургского университета / под ред. А.П. Гуськовой. Выпуск 2. Т. 2. Оренбург: РИК ГОУ ОГУ, 2005. С. 51.

[53]) Муратова, Н.Г.  Правовая природа судебных решений в механизме судебного контроля по уголовным делам // Ученые записки: сб. науч. тр. юридического факультета Оренбургского университета / под ред. А.П. Гуськовой. Выпуск 2. Т. 2.  Оренбург: РИК ГОУ ОГУ, 2005. С. 88.

[54]) Колоколов, Н.А. Идеология и политика – неотъемлемые функции современной судебной власти / Н.А. Колоколов // Российский судья. 2003. № 6. С 28.

[55]) Муратова, Н.Г. Правовая природа судебных решений в механизме судебного контроля по уголовным делам // Ученые записки: сб. науч. тр. юридического факультета Оренбургского университета / под ред. А.П. Гуськовой. Выпуск 2. Т. 2.  Оренбург: РИК ГОУ ОГУ, 2005. С. 91.

[56]) Бунина, А.В. Об универсальном понимании права на неприкосновенность личной жизни и жилища / А.В. Бунина, Х.П. Шептунова // Ученые записки: сб. науч. тр. юридического факультета Оренбургского государственного университета / под ред. А.П. Гуськовой. Выпуск 3. Т. 2. Оренбург: РИК ГОУ ОГУ, 2006. С. 102.

[57]) Гуськова, А. П Судебная защита прав и свобод человека и гражданина посредством уголовного судопроизводства // Ученые записки: сб. науч. тр. юридического факультета Оренбургского государственного университета / под ред. А.П. Гуськовой. Выпуск 2. Т. 2. Оренбург: РИК ГОУ ОГУ, 2005. С. 279.

[58]) Адигамова, Г.З. Совершенствование судебного контроля за производством следственных действий // Ученые записки: сб. науч. тр. юридического факультета Оренбургского университета / под ред. А.П. Гуськовой. Выпуск 3. Т. 2. Оренбург: РИК ГОУ ОГУ, 2006. С. 548.

[59]) Гуськова, А.П. Судебное право: история и современность судебной власти в сфере уголовного судопроизводства: монография / А.П. Гуськова, Н.Г. Муратова. М.: ИГ «Юрист». 2005. С. 82.

[60]) Адигамова, Г.З. Совершенствование судебного контроля за производством следственных действий // Ученые записки: сб. науч. тр. юридического факультета Оренбургского университета / под ред. А.П. Гуськовой. Выпуск 3. Т. 2. Оренбург: РИК ГОУ ОГУ, 2006. С. 549.

[61]) Жумагазиева, А.У. Судебный контроль в досудебном производстве как отражение конституционных гарантий ограничений прав и свобод личности // Ученые записки: сб. науч. тр. юридического факультета Оренбургского государственного университета / под ред. А.П. Гуськовой. Выпуск 2. Т. 2. Оренбург: РИК ГОУ ОГУ, 2005. С. 162-163.

[62]) Копылов, В. Понятие «жилище» в УК РФ / В. Копылов //Законность. 2005. № 9.        С. 27.

[63]) Gillow v UK, judgment of 24 Nov 1986. P. 46 // СПС «Гарант – СтройМаксимум».

[64]) Лопаткина, Н. Реализация принципа неприкосновенности жилища в уголовном судопроизводстве / Н. Лопаткина // Российская юстиция. 2002. № 11. С. 51.

[65]) Васильев, А. Защита права на неприкосновенность жилища лицом, у которого производится обыск / А. Васильев // Законность. 2005. № 3. С 56.

[66]) Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: офиц. текст. с изменениями и дополнениями 15.01.20012 года Москва: Проспект, 2012. 256 с.

[67]) Феоктистов, А.М. Осмотр места происшествия – жилища подозреваемого /        А.М. Феоктистов // Уголовный процесс. 2006. № 2. С. 48.

[68]) Архив Центрального районного суда г. Оренбурга, 2009. Уголовное дело № 1/302 по обвинению И. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 УК РФ.

[69]) Феоктистов, А. М. Осмотр места происшествия – жилища подозреваемого /        А.М. Феоктистов // Уголовный процесс. 2006. № 2. С. 48.

[70]) Соловьев, А. Обеспечение обоснованности проведения осмотра, обыска и выемки в жилище в исключительных случаях, не терпящих отлагательства / А. Соловьев // Уголовный процесс. 2004 . № 2. С. 103.

[71]) Линовский, В.А. Опыт исторических розысканий о следственном уголовном судопроизводстве в России / В.А. Линовский. М.: «Лекс Эст», 2001. С. 23.

[72]) Бабин, А.В. Процессуальная самостоятельность следователя при производстве обыска // Ученые записки: сб. науч. тр. юридического факультета Оренбургского государственного университета / под ред. А.П. Гуськовой. Выпуск 2. Т. 2. Оренбург: РИК ГОУ ОГУ, 2005. С. 147.

[73]) Лопаткина, Н. Реализация принципа неприкосновенности жилища в уголовном судопроизводстве / Н. Лопаткина // Российская юстиция. 2002. № 11. С. 52.

[74]) Лопаткина, Н. Реализация принципа неприкосновенности жилища в уголовном судопроизводстве / Н. Лопаткина // Российская юстиция. 2002. № 11. С. 53.

[75]) Бочкарев, А. Проводить обыск или ждать? / А. Бочкарев // Законность. 2005. № 3. С. 38.

[76])Арабули, Д.Т. Лицо, в помещении которого производится обыск, как участник уголовного судопроизводства // Ученые записки: сб. науч. тр. юридического факультета Оренбургского государственного университета / под ред. А.П. Гуськовой. Выпуск 2. Т. 2. Оренбург: РИК ГОУ ОГУ, 2005. С. 28.

[77]) Васильев, А. Защита права на неприкосновенность жилища лицом, у которого производиться обыск / А. Васильев // Законность. 2005. № 3. С 56.

[78]) Петрухин, И. Об эффективности судебного контроля за следствием / И. Петрухин // Уголовный процесс. 2007. № 2. С 6.

[79]) Архив Промышленного районного суда г. Оренбурга, 2010. Уголовное дело № 65/91 по обвинению П. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 161 УК РФ.

[80]) Васильев, А. Защита права на неприкосновенность жилища лицом, у которого производиться обыск / А. Васильев // Законность. 2005. № 3. С. 55.

[81]) Всеобщая декларация прав человека. Принята Генеральной Ассамблей ООН 10 декабря 1948 г. // Российская газета. 1995. № 32.

[82]) Быков, В. О регламентации следственных действий / В.М. Быков, Н. Макаров // Российская юстиция. 2000. № 2. С. 29.

[83]) Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: офиц. текст. с изменениями и дополнениями 15.01.20012 года. Москва: Проспект, 2012. 256 с.

 

[84]) Архив Центрального районного суда г. Оренбурга, 2009. Уголовное дело № 1/207 по обвинению В. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228 УК РФ.

[85]) Божьев, В.П. Уголовный процесс: учебник для вузов / под. ред.В.П. Божьева. М.: Спарк, 2004. С. 342.

[86]) Смирнов, А.В. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / под общ. ред. А.В. Смирнова. 2-е изд., доп. и перераб. СПб.: Питер, 2004. С. 748.

[87]) Смирнов, А.В. Следственные действия в российском уголовном процессе: учеб. пособие для студентов. С-Пб. гос. инж.-экон. ун-т (ИНЖЭКОН) / А.В. Смирнов, К.Б. Калиновский. СПб: СПбГИЭУ, 2004. С. 78.

[88]) Шейфер, С.А. Следственные действия. Система и процессуальная форма /          С.А. Шейфер. М.: Юридическая литература, 1981. С. 134.

[89]) Машков, С.А. Прослушивание телефонных и иных переговоров – вопросы законодательного регулирования и правоприменительной практики / С.А. Машков // Государство и право. 2006. № 9. С. 7.

[90]) Смирнов, А.В. Следственные действия в российском уголовном процессе: учеб. пособие для студентов. С-Пб. гос. инж.-экон. ун-т (ИНЖЭКОН) / А.В. Смирнов, К.Б. Калиновский. СПб: СПбГИЭУ, 2004. С. 80.

[91]) Санинский, Р. Процессуальный порядок получения информации о телефонных контактах / Р. Санинский // Законность. 2007. № 3. С. 31.

[92]) Машков, С.А. Прослушивание телефонных и иных переговоров – вопросы законодательного регулирования и правоприменительной практики / С.А. Машков // Государство и право. 2006. № 9. С. 9.

[93]) Санинский, Р.  Процессуальный порядок получения информации о телефонных контактах / Р. Санинский // Законность. 2007. № 3. С. 33.

[94]) Смирнов, А.В. Следственные действия в российском уголовном процессе: учеб. пособие для студентов. С-Пб. гос. инж.-экон. ун-т (ИНЖЭКОН) / А.В. Смирнов, К.Б. Калиновский. СПб: СПбГИЭУ, 2004. С. 82.

[95]) Машков, С.А. Прослушивание телефонных и иных переговоров – вопросы законодательного регулирования и правоприменительной практики / С.А. Машков // Государство и право. 2006. № 9. С. 10.

 

 Скачать:  У вас нет доступа к скачиванию файлов с нашего сервера. КАК ТУТ СКАЧИВАТЬ

Категория: Дипломные работы / Юриспруденция дипломы

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.