Экология, ее задача

0

Этимология слова «экология» (греческое «ойкос» — жилище, убежище и «логос»—наука) не позволяет достаточно полно уяснить себе смысл и содержание данной дисциплины, которая в буквальном переводе означает науку, изучающую организм в его «домашней обстановке», т. е. в условиях обитания.

Выше мы говорили, что экология есть наука о взаимоотношениях организма и среды. Это правильно, но неполно. Определение науки должно учитывать ее специфические особенности, опирающиеся на качественное своеобразие объекта исследования. Каждая наука изучает законы определенного круга явлений объективного мира, а изучение взаимоотношений организма и среды не является монополией экологии, как правильно отмечает Н. П. Наумов (1955).

Если раньше организм изучался биологическими науками в отрыве от среды, и появление экологии было вызвано необходимостью заполнить определенный пробел в биологических исследованиях, то позднее, с победой материалистического направления в биологии, содержание экологии несколько сузилось и конкретизировалось.

Подобное положение происходило и происходит во. всех науках. К. Маркс и Ф. Энгельс «... показали, что процесс дифференциации наук, постоянно сужая предмет прежней философии, привел не к полному сведению философии на нет, а к тому, что совершенно точно был очерчен ее собственный предмет исследования» (Кедров, 1955, стр. 50).

Как учит Ф. Энгельс, в классификации наук отражается прежде всего расположение форм движения материи. Основными формами движения материи являются: механическое движение, физическое, химическое, органическое движение, социальная форма движения. Биологические пауки представляют собой обширную отрасль знания, изучающую органическое движение материи, или жизнь — во всех ее сложных проявлениях, во времени и в пространстве. Чтобы выяснить положение экологии среди биологических наук, нам придется схематично изложить их классификацию, хотя этот вопрос является очень сложным, не разработанным, а соответствующей классификации до сих пор не существует. В последнее время лишь Е. Н. Павловский (1952) коснулся этой темы, в связи с рассмотрением соотношения биологических и медицинских наук.

Мы полагаем, что в качестве рабочей схемы может быть предложено разделение биологических наук на три группы:

Общие

Частные

Комплексные

Систематика

Микробиология

Гидробиология

Морфология

Ботаника

Аэробиология

Физиология

Зоология

Почвоведение

Экология

Антропология

Паразитология

Г енетика

 

 

Биогеография

Дарвинизм

Общие биологические дисциплины подразделяются по рассматриваемым вопросам, причем каждая из них изучает весь органический мир. Отдельные общие дисциплины, в силу углубленной разработки соответствующей стороны жизненных явлений, представляют в свою очередь сложные объединения. Например, морфологические науки делятся на цитологию, гистологию, органологию, эмбриологию и др. Зоологический и ботанический материал в них достаточно обособлен, но все же можно говорить о цитологии как таковой, эмбриологии вообще и т. п.

Частные биологические дисциплины рассматривают материал по объектам, но со всех точек зрения, входящих в компетенцию общих дисциплин. Например, зоология представляет собой науку о животных, или совокупность знаний о их систематике, морфологии, физиологии, экологии, генетике и т. п. Зоология, в свою очередь, может быть подразделена на более мелкие частные дисциплины: протистологию, гельминтологию, малакологию, энтомологию, ихтиологию, орнитологию и т. д.

Относительно частных дисциплин можно сказать, что они изучают «все об одном» (о классе, типе или группе типов организмов). В общих науках, напротив, изучается «понемногу обо всем», т. е. характеризуется какая-либо одна сторона жизненных явлений всего органического мира.

Основным объектом общих и частных дисциплин является организм — растительный или животный, живой или мертвый. В основе выделения в самостоятельные области знания комплексных дисциплин лежит характер среды жизни (вода, воздух, почва, организм-— для паразитов), всестороннее изучение которой и составляет существенную составную часть этих сложных наук (в отличие от общих и частных отраслей биологии, в которых среде уделяется значительно меньшее внимание, чем организму). При этом следует учесть, что аэробиологии еще нет (на что указывает С. А. Зернов, 1949), хотя ее задачи частично восполняет агробиология. Появление метеоробиологии (Келёр, 1955), биоклиматологии (Кердё, 1956) и других подобных направлений свидетельствует о заполнении пробелов, препятствовавших формированию аэробиологии. Почвоведение, лишь недавно ставшее биологической дисциплиной, сводилось к изучению «среды», и теперь усиленно наверстывает недостаток знаний о ее населении. Паразитология была преимущественно медицинской наукой и в настоящее время восполняет пробелы недостаточного знания паразитов животных и растений в природе.

Не настаивая на всеобъемлющем характере предложенной классификации биологических наук и подчеркивая рабочее значение этой схемы, мы ясно видим место экологии среди дисциплин общей биологии.

Чтобы выявить особенности экологии как науки, нужно ее сопоставить прежде всего с отраслями общей биологии. Последние изучают организм каждая с определенной стороны, а все вместе дают его всестороннюю характеристику. Мы полагаем, что каждая из этих дисциплин имеет центральное, основное понятие, характеризующее специфику данной науки и рассматривающее одну из принципиальноважных сторон объекта исследования, а именно следующее:

Систематика — классификацию,

Морфология — форму,

Физиология — функции,

Экология — образ жизни,

Генетика — наследственность,

Биогеография — распространение,

Палеонтология — происхождение,

Дарвинизм — эволюцию.

Не сразу определилось указываемое «разделение труда» между биологическими науками. Возникнув в период победы исторического метода в биологии, когда зоология и ботаника были чисто описательными морфологическими дисциплинами, а экспериментальная наука — физиология — развивалась в полном отрыве от них, экология на первых лорах стремилась заполнить существующий разрыв между ними. Экологи стали изучать образ жизни животных исследовать жизненные функции растений — их зимостойкость, засухоустойчивость, солевыносливость и др. Все это изучалось с точки зрения рассмотрения взаимоотношений организма и среды, выяснения декларированной Дарвином борьбы за существование, установления морфо-фиэиологических адаптаций и т. п.

Вопрос об адаптациях был особо актуальным в период борьбы за победу дарвинизма, теперь же центр тяжести в экологии переместился на практически важнейший вопрос о динамике численности (включающий в себя и вопрос об адаптациях), с которым связана разработка необходимых хозяйству кратко- и долгосрочных прогнозов выхода пушнины, уловов рыбы, размножения вредителей, возможного урожая сельскохозяйственных растений и т. п.

В настоящее время экология тесно связана со всеми отраслями биологии. Остановимся вкратце на вопросе о взаимоотношениях экологии с другими отраслями общей биологии.

Экология и систематика. Первоначально, в период донаучной систематики, ученые пытались классифицировать организмы по экологическим признакам. Научная систематика времен Линнея полностью игнорировала экологию и строилась исключительно на морфологических признаках.

Однако разработка проблемы вида показывает, что при различении видов и особенно при установлении внутривидовых подразделений часто невозможно обойтись без экологии. Теперь вновь разрабатываются экологические классификации организмов, имеющие практическое значение. Таково, например, деление всех рыб по местообитанию на экологические группы морских, солоноватоводных, проходных, речных, озерных и др. или по условиям икрометания — на литофильных, фитофильных, псаммофильных и др.

Односторонняя морфологическая систематика недостаточно глубоко вскрывает природу изучаемых объектов и является всегда мало практичной. Этим объясняются многочисленные призывы сблизить систематику с экологией, физиологией и генетикой.

Как указывает Е. Н. Синская (1932), прежние попытки классификации костра безостого (Bromus inermis) основывались на признаках сильно изменчивых, не характерных для экотипов и лишенных практического значения. В результате классификации костра, разработанной на основе эколого-географического принципа, получилась возможность оперировать с формами, характеризующимися не только морфологическими, но и экологическими и также хозяйственными особенностями растений. Таким образом, выдвигается задача усовершенствования методов экологической систематики организмов.

Экология нуждается в объективной системе организмов, позволяющей точно определять изучаемые виды, но и систематика не может обойтись без экологического критерия вида и экологических разновидностей (морф). Таким образом, экология и систематика тесно взаимосвязаны.

Экология и морфология. На первом этапе своего развития морфология, и особенно одна из ее древнейших ветвей — анатомия, создавались в полном отрыве от других биологических дисциплин. Затем стало ясно, что морфология не может успешно развиваться без физиологии, так как форма не существует без функции, или в отрыве от последней.

Форма и функция взаимодействуют между собой, но обе в целом могут стать организмом лишь при их единстве с необходимыми условиями жизни. Поэтому совершенно ясно, что современная морфология не может дальше плодотворно развиваться в отрыве от экологии. Уже существует экологическая морфология, а также экологическая анатомия растений и животных, развивается экологическая эмбриология.

Экология и физиология. Физиология изучает процессы в организме, а экология — реакции этого организма как целого на среду, но в то же время эти две науки и тесно связаны. Функции организмов определяются не. только строением органов, но и наличием необходимых условий жизни. Если условия изменяются, становятся неестественными, то нарушаются и прежние функции, между ними устанавливается новое соотношение: тем самым организм пытается выйти из противоречия со средой и приспособиться к необычным условиям жизни

Все чаще раздаются голоса физиологов о необходимости изучения экологии подопытных животных, без знания которой нельзя правильно оценить результаты опытов. Реакции организмов в нормальных для них условиях жизни иные, чем в неблагоприятной среде (Бабак, 1954).

Тесная взаимосвязь экологии и физиологии подтверждается созданием экологической физиологии животных и растений, а также пограничной с морфологией науки — экологической гистофизиологии.

Экология и генетика. Автогенез, попытка рассмотрения явлений наследственности и изменчивости организмов в отрыве от среды, является ошибочным и уже пройденным этапом биологии, хотя некоторые генетики еще продолжают стоять на соответствующих позициях.

Для советских биологов ясно, что наследственность — это свойство организма требовать определенных условий для своего существования и развития (Т. Д. Лысенко) или, что то же, способность к воспроизведению в поколениях сходного типа обмена веществ (Н. П. Дубинин, 1957), а изменчивость наследственности— способность ассимилировать и несколько отличающиеся от обычных условия и соответственно на них реагировать.

Экология тесно связана с селекцией. Основная задача селекции — достижение наибольшей продуктивности организма и улучшение качества продукта — может быть разрешена, как показал И. В. Мичурин, путем создания сортов (пород), наиболее приспособленных к местным условиям. В этой работе решающее значение принадлежит воспитывающему влиянию местных условий на молодой формирующийся организм, обладающий расшатанной наследственностью.

Поэтому прогрессивная генетика теперь не может развиваться в отрыве от экологии, а последняя, в свою очередь, нуждается в правильных генетических представлениях относительно механизма изменения организмов под влиянием воздействия среды.

Экология и биогеография. Линней полагал, что творец создал виды организмов для определенных условий, но после Дарвина не вызывает сомнений тот факт, что соответствие организмов условиям их природных местообитаний является результатом естественного отбора. Экология растений и животных тесно связаны с фито- и зоогеографией, из которых, как мы видели, они в значительной степени и выросли.

Выяснить закономерности географического распространения и географической изменчивости, а также дать правильное районирование фаун и флор, можно лишь на экологической основе — при учете своеобразия сред жизни и обитания. Поэтому экологическая география животных и растений является полноправной составной частью современной биогеографии.

Экология и палеонтология. Палеонтология стала действительной наукой лишь после того, как В. О. Ковалевский приложил к анализу ископаемого материала экологический метод. Ископаемые перестали быть просто отпечатками вымерших организмов, имеющими значение лишь для определения возраста земных слоев, но стали также доказательствами эволюции организмов, этапами формирования и совершенствования под влиянием условий жизни пред ков современных животных и растений. Поэтому вполне закономерно появление палеоэкологии, которая изучает условия существования организмов в прошлые геологические эпохи, определяя истинные причины их исторического развития, тогда как экология исследует современные условия жизни во всей их совокупности.

Палеонтология, опираясь на экологию, выясняет причины вымирания и развития организмов, экология находит в палеонтологии и геологии необходимые ей сведения об историческом изменении условий жизни на Земле.

Экология и дарвинизм. Историческое развитие организмов, которое кратко и по существу неправильно называют их эволюцией, происходило и происходит под влиянием непрерывного изменения условий жизни. В некоторые геологические эпохи эти условия менялись особенно резко и это усиливало процесс видообразования и возникновения крупных систематических категорий. И в настоящее время территории с равномерным распределением условий жизни вызывают меньшую экологическую изменчивость организмов, чем пересеченные местности, с разнообразием микроусловий и биотопов.

Эволюционное учение вызвало к жизни экологию и далее может развиваться лишь рука об руку с этой дисциплиной. Их тесное взаимодействие доказывается также тем, что уже существует эволюционная экология растений и закладываются основы аналогичного изучения животных.

Работами А. Н. Северцова и его школы положено начало объединению филогенетики и экологии, которые разрабатывались до этого независимо друг от друга. Установлено, что эволюция организмов носит приспособительный характер и развитие новых приспособлений связано с изменением внешней среды. Морфофизиологические изменения организмов могут быть прогрессивными и регрессивными (упрощение); те и другие ведут к биологическому прогрессу (термин А. Н. Северцова, который с нашей точки зрения следовало бы заменить термином «экологический прогресс»), выражающемуся в увеличении численности особей, расширении ареала и образовании дочерних систематических подразделений.

Мы лишь в кратких словах указали связи экологии с основными отраслями общей биологии, но таково же положение и с частными и комплексными биологическими науками, о которых говорилось выше. Таким образом экология дает опору всем отраслям биологии, но при этом не растворяется в них и не «исчезает». За ней остается своя специфическая область исследования — изучение образа жизни организмов, динамики численности видового населения и природы биоценозов. Больше того, формирование в пределах основных биологических дисциплин особых экологических направлений— экологической систематики, экологической морфологии, экологической физиологии, экологической географии животных и растений, палеоэкологии, наконец, эволюционной экологии организмов, — неоспоримо доказывает жизненность и закономерность проникновения экологии во все разделы биологических наук, которые вынуждены соответствующим образом перестраиваться. В настоящее время и совершается процесс этой перестройки, вызванный переходом биологии в качественно новый этап своего исторического развития. Процесс, который начался уже давно — в трудах К. А. Тимирязева, В. О. Ковалевского, Н. А. Северцова и других, получил свое завершение после победы диалектико-материалистического учения И. В. Мичурина.

Мы полагаем, что термины «экологическая морфология», «экологическая эмбриология», «экологическая физиология», которые на первых порах были правомочны, теперь уже неправомерны. Дело заключается в том, что морфология, физиология и другие биологические науки поднялись в XX в. на новый, более высокий уровень в своем развитии — экологический. Если современный морфолог изучает адаптации строения организма в связи с условиями его жизни, то это не экология, а самая настоящая морфология, и незачем ее 'именовать экологической. Описание морфологических структур без учета влияния среды — это вчерашний день морфологии, морфология XVIII в. Когда Н. И. Калабухов изучает изменение количества эритроцитов и гемоглобина в крови мышевидных грызунов при переносе их из низменности в горы, то не нужно называть это исследование «эколого-физиологическим» — оно подлинно физиологическое. Но, к сожалению, многие физиологи еще и сейчас ведут свои исследования на прежнем научном уровне — без учета видовых особенностей объекта исследования и необходимых для него условий жизни. Не следует называть развивающееся современное физиологическое направление «экологической физиологией», так как подобная терминология предусматривает возможность существования в наши дни какой-то другой физиологии, изучающей организм в отрыве от среды.

При определении экологии растений (в меньшей мере — животных) авторы нередко указывают на ее задачу — изучение формы строения, функций, химизма, адаптаций в связи с внешними условиями. С нашей точки зрения, изучение форм строения и морфологических адаптаций составляет jсодержание морфологии в широком смысле, исследование физиологических адаптаций, функций, химизма и т. п. — задачу физиологии. Современная морфология и физиология не могут изучать форму и функцию организма в отрыве от среды. Экологический подход исследования, т. е. рассмотрение не абстрактного организма, а конкретных видов животных и растений, предусматривает обязательный учет условий их жизни и изучение организмов в единстве с последними.

Поэтому экология на современном этапе становится неотъемлемой основой всех биологических наук.

Теперь ни одна биологическая дисциплина не может успешно развиваться в изоляции от экологии. Задача заключается не в том, чтобы обязательно отграничить их от экологии, что пытается сделать, например, Л. А. Зенкевич (1951) с гидробиологией, но, напротив, всемерно пронизать их духом экологии, так как теперь мы уже не можем рассматривать организмы вне единства с условиями их жизни.

Существующая разобщенность экологии растений и экологии животных, как указывалось, приводит к тому, что ботаники и зоологи совершенно различно трактуют содержание, методы и задач данной науки. Это отрицательно сказывается на разработке вопросов теории экологии и приложении результатов исследованийв практике народного хозяйства.

К вопросу о границах науки нельзя подходить субъективно, с точки зрения интересов того или иного исследователя, легкости или трудности проведения соответствующей работы и т. д. Существующее разделение экологии растений и экологии животных является в известной мере искусственным, а разный подход к определению экологии ботаниками и зоологами вредит делу в такой же степени, как если бы мы попытались разграничить дарвинизм ботанический и дарвинизм зоологический.

Генетика, биогеография, палеонтология и некоторые другие области общей биологии изучают соответствующие их профилю закономерности развития всей живой природы, хотя имеются также и частные их отрасли: генетика животных и растений, зоогеография и фитогеография, палеозоология и палеоботаника. Нужно, чтобы и экология поднялась от рассмотрения частных вопросов к общим. Победа мичуринского учения в биологии и переоценка накопленного научного багажа в свете всепобеждающего великого учения марксизма-ленинизма дают основания к созданию единой подлинно материалистической экологии.

Зоогеография и фитогеография, генетика животных и растений, палеозоология и палеоботаника, как и другие ветви общей биологии, различаясь своими объектами и методами (в силу специфики первых), в то же время имеют общие принципы и единую целевую установку. В отношении экологии этого сказать нельзя. Основное различие между ними заключается в том, что зоологи и ботаники смотрят на экологию в корне различно. Зооэкологи изучают организмы в биоценозах, а большинство фитоэкологов оставляет рассмотрение растительных сообществ вне экологии, передавая его фитоценологам.

Как видим, термин «экологический» прилагается к среде, ее элементам, организму, его свойствам, виду, популяции и пр. Если, к этому добавить, что некоторые допускают выражения «экология пустыни», «экология фотосинтеза», «экология корня», «экология стебля», «экология листьев», «экология голодания» и т. д., то термин «экология» окончательно утрачивает всякий биологический смысл. Неправомерно и выражение «био-экология», применяемое американскими экологами и некоторыми советскими энтомологами, поскольку экология является частью биологии.

Очевидно, что вся эта путанная терминология возникла исторически, когда биологи впервые обратились к изучению внешней среды и факторов, но подходили к разрешению задачи с разных позиций. Теперь уже нельзя называть экологическим просто внешнее. В природе нет морфологических или физиологических факторов, нет, очевидно, и факторов экологических. Есть обычные факторы среды, или просто факторы, которые и следует классифицировать единообразно.

Это может быть сделано, если зоологи и ботаники будут понимать содержание и задачи экологии одинаково. И прежде всего необходимо договориться о специфическом предмете экологии растений и животных, который у них не может быть разным.

Подчеркивая связь и взаимозависимость экологии с другими биологическими дисциплинами, мы считаем необходимым особо подчеркнуть ее качественную обособленность и специфику, которые еще недостаточно учитываются. В связи с этим следует напомнить одно из основных положений диалектического материализма: научное познание в первую очередь должно установить качественную определенность изучаемых явлений, т. е. вскрыть присущие им особенности, отличающие их от других явлений. Не установив качества предметов, нельзя выяснить закономерности их развития. Для науки важно прежде всего не то, что объединяет предметы, а то, что отличает их друг от друга. Качество вещей и явлений не вечно, оно подвержено изменению.

Применительно к интересующему нас вопросу это означает, что экология как наука должна иметь свой качественно определенный объект исследования, а при характеристике экологии важно не столько подчеркивать ее связи с другими биологическими дисциплинами (которые весьма широки и глубоки), сколько показать отличие от них, ее обособленность, специфику.

В чем заключается специфика экологии как общебиологической науки, позволяющая легко отграничить ее от всех остальных биологических дисциплин? Основных отличий можно указать шесть:

1. Специфичен предмет исследования: с одной стороны — организмы, популяции и биоценозы, с другой стороны — среда и факторы жизни, и, наконец, закономерности взаимоотношений тех и других (т. е. организмов и среды). Другие отрасли биологии изучают особь или вид, а также конкретные изменения организмов в онтогенезе и филогенезе под влиянием среды, и закономерности их распространения во времени и пространстве. Экология не может изучать лишь отношения организмов и среды, игнорируя сами организмы и среду. Отношения познаются в процессе изучения жизни растений и животных.

Другие биологические дисциплины всегда изучают особь или ее части, экология же изучает целый организм или чаще группу особей.

Как правильно отмечает С. А. Северцов (1936), «для экологии характерно большое внимание к числовым отношениям среди животных, что совершенно понятно именно для прикладных наук, интересующихся эксплуатацией природных объектов. Эколог исследует население, а не единичную особь» (стр. 1053—1054).

2. Специфична общая задача исследования: изучение образа жизни и выявление закономерностей динамики численности организмов. Если другие биологические науки в какой-то мере, хотя бы косвенно, изучают организм во взаимодействии со средой и отдельные факторы последней, то динамикой численности популяций в целях управления развитием биоценозов занимается только экология. Закономерности динамики численности популяций выявляются на основе изучения размножения, питания, роста, миграций, паразитов, врагов и других явлений и факторов (составляющих частные задачи экологического исследования), обусловливающих пополнение и убыль популяции.

3. Специфичен основной метод исследования: количественный учет организмов. Для других биологических наук численность организмов в определенном пространстве или объеме среды не представляет особого значения. Для эколога, изучающего закономерности динамики численности организмов в популяции и биоценозе, количественный учет организмов приобретает первенствующее значение.

4. Специфичны основные понятия, среди которых могут быть выделены несколько групп: а) для среды и ее подразделений: среда (жизни, обитания), арена жизни, биотоп, стация, местообитание, местонахождение; б) для факторов и их подразделений: фактор (абиотический, биотический, антропический), условие жизни (существования, развития), диапазон, спектр; в) для группировок организмов: жизненная форма (биоморфа), популяция, биоценоз, биом, сукцессия; г) для характеристики взаимоотношений организмов и среды: борьба за существование, внутривидовые и межвидовые отношения (индифферентные, конкурентные, борьба, хищничество, взаимопомощь), валентность, пластичность, выживаемость, ниша, цепи питания, пирамида чисел; д) показатели численности организмов: встречаемость, обилие (плотность населения), биомасса, индекс плотности, продукция, удельная продукция и др. (см. ниже их расшифровку).

5. Специфичен характер работы эколога: организмы изучаются в биоценозе, в естественных природных условиях жизни (для искусственно выведенных и содержимых человеком рас, сортов и пород—в их специфической среде). Представители других отраслей биологии изучают мертвые или живые организмы, но обычно одиночные особи и в измененной обстановке. Эколог изучает только живые растения и животных, притом в естественных условиях их существования. Живой организм в нормальной среде — это значит в совокупности с другими организмами, т. е. в биоценозе. Физиолог изучает тоже живые организмы, но в искусственных условиях, а если и в природе, — то изолированно от других организмов, и этим его работа принципиально отличается от экологической. Специфика экологии—изучение организмов в биоценозе. Эколог, изучая популяции и биоценозы, не может их изъять из пределов биотопа. Поскольку биоценоз объединяет все растительное и животное население биотопа, постольку экология по самой своей природе является общебиологической наукой.

Многообразны взаимоотношения животных и растений...

 

Бабочка боярышница (Aporia crataegi ) на цветах акации (Caragana arborescens): питание одного вида сопровождается оплодотворением другого. Участие боярышницы в оплодотворении акации установлено П. И. Мариковским. Томск.

 

Красносерая полевка (Clethrionomys rufocanus wosnessenskii) кормится на иве (Salix sp. ). Нижнее течение р. Анадыря, Чукотка.

Все биологические дисциплины изучают организмы, живые или мертвые, и неизбежно перекрывают друг друга в отдельных вопросах. В то же время ни одна биологическая наука не изучает организмы в биоценозе, т. е. именно естественную природную среду, действующие в ней абиотические и биотические факторы и взаимоотношения организмов со средой. Неправильно выделять «биоценологию» в совершенно самостоятельную науку, изучающую биоценозы как таковые (при таком отношении к ней она становится формалистической дисциплиной, оторванной от практики, как учит опыт некоторых «биоценологов»).

Трудности комплексного всестороннего изучения биоценоза и биотопа ведут к тому, что практически исследовательская работа проводится отдельными специалистами ботаниками, зоологами, почвоведами, климатологами и т. п., и это правильно. Однако из этого не следует, что по соображениям удобства методики исследования необходимо применять и соответствующие односторонние понятия — термины «фитоценоз», «зооценоз» и т. п., так как тем самым вносится неправильное представление в самую сущность природного комплекса.

Следует еще раз подчеркнуть, что специфика экологии заключается не в самостоятельном изучении биоценозов как таковых, а именно организмов в биоценозах, а через них — и самих биоценозов.

6. Специфична тесная связь экологического исследования с практикой народного хозяйства: изучение путей и результатов воздействия человека на живую природу, т. е. всестороннее познание антропического фактора. Это обстоятельство придает экологии особую действенность. Эколог не только анализирует и объясняет происшедшие в природе изменения под влиянием стихийной или направленной хозяйственной деятельности, но и активно руководит комплексными исследованиями в целях разумного преобразования животного и растительного мира, т. е. изменения видового состава и численности населения определенных биотопов.

Экология может использовать в своих целях данные других биологических наук. Науки об индивидуальном развитии, изучающие современный образ жизни организмов, помогают выявить закономерности суточной и сезонной жизни и численности. Науки об историческом развитии организмов содействуют экологии в выяснении конкретной первопричины биологического прогресса (и регресса) видов, каковой является изменение численности особей. По учению

А. Н. Северцова биологический прогресс характеризуется увеличением численности особей, которое влечет за собой расширение ареала и, как результат освоения новых условий, — увеличение внутривидовой разнокачественности и видообразование.

В настоящее время нельзя признать правильными определения экологии как науки об адаптациях (Парамонов, 1933), как науки о борьбе за существование среди организмов (Северцов, 1937), как науки о биоценозах (Шелфорд, 1929) и др. В этих определениях отражены лишь отдельные стороны экологии, но не выделено главное. Неполны определения экологии как науки об отношениях организма со средой (Геккель, 1866; Кашкаров, 1934 и др. ). Совершенно принижает экологию сведение ее до положения учения о жизненных формах (Сукачев, 1957).

Более прогрессивным является современное определение экологии, даваемое зоологами, но и оно еще не стабилизировалось. Это можно показать на примере определения, развиваемого Н. П. Наумовым и вошедшем в учебную литературу, которое на протяжении трех лет эволюционировало следующим образом:

Недостатком этих определений является их сугубо зоологический характер. Автор и не пытается рассматривать экологию как общебиологическую дисциплину.

Мы считаем, что экология уже «доросла» до указанного уровня и потому можно дать ей соответствующее определение.

Экология — общебиологическая наука о закономерностях взаимоотношений организмов и среды, изучающая образ жизни животных и растений, их продуктивность, динамику численности популяций и природу биоценозов. Иными словами, экология изучает организмы в природном или культурном биоценозе и среду их жизни, на основе чего познает динамику численности и законы управления ею через изменение условий существования.

Таким образом, объективно экология занимает вполне определенное место в комплексе биологических дисциплин. Как видим, миф об «отмирании» экологии, пущенный в последние годы некоторыми учеными, не соответствует действительности и происходит от смешения понятий и совершенно неправильного низведения биологии до уровня экологии.

При определении содержания экологии ботаники обычна возражают против указания на продуктивность и численность организмов, что для подавляющего большинства зоологов уже не вызывает сомнений. В связи с этим необходимо привести интересное замечание В. Л. Комарова, сделанное им на дискуссии о путях развития советской экологии:

«Одним из основных общих законов экологии является закон максимума органического вещества на данную площадь. Сначала кажется, что можно откинуть то, какие именно растения и животные составляют эту массу, но при дальнейшем изучении этого закона становится ясным, что масса вещества, общий урожай с гектара зависит в природе именно от того, насколько велико разнообразие растительных и животных видов на данном пространстве.

... Экология изучает, как в природе образуется комплекс растений и животных, дающих при данных климатических и почвенных условиях максимум органического вещества, иначе максимальный урожай» (Советская ботаника, № 3, 1934, стр. 23—24).

В. Л. Комаров не только правильно определил задачу экологии — изучение того, как в природе возникает максимальный урожай, но и показал неправомочность сужения экологии растений до рамок учения об абиотических факторах, неправильность отрыва ее от фитоценологии, а последней — от зооценологии. Достойно сожаления, что почти четверть века спустя после выступления В. Л. Комарова положение в экологии растений осталось без перемен, и его слова звучат вполне злободневно и в наши дни.

Экология не только тесно связана со всеми биологическими дисциплинами, но и обслуживает все отрасли практики, которые используют живые организмы или отдельные их свойства.

Сельское хозяйство в целом и все отрасли растениеводства и животноводства, лесное, рыбное и охотничье хозяйство, пищевая промышленность, водоснабжение и канализация, ветеринария и здравоохранение — каждодневно сталкиваются на практике и решают экологические вопросы.

 

Используемая литература: Основы Экологии: Учеб. лит-ра./Б. Г. Иоганзен
Под. ред.: А. В. Коваленок,-
Т.: Типография № 1,-58 г.

 

Скачать реферат: У вас нет доступа к скачиванию файлов с нашего сервера. КАК ТУТ СКАЧИВАТЬ

Пароль на архив: privetstudent.com

Категория: Рефераты / Биология

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.